Анатолий Маевский - Боец поневоле. Чужая война

Громыхнул взрыв, затем еще и еще — видимо Куцый тоже выбросил свои гранаты.

Осколки засвистели над головой. Много осколков, один из них снес каблук на правом ботинке Дока — Куцый, наверное, бросал гранаты вверх.

Антон сменил магазин в автомате и открыл стрельбу по уже отступавшему противнику. Обратно до воронки добежал только один Призрак. Раздался сильный хлопок и воронка закрылась. Воцарилась тишина. В воздухе опять разлился сильный запах озона.

— Куцый!

— Чего тебе?

— Живой?

— Живой. Валить отсюда надо — они вернуться скоро за своими.

— Прикрой, я пойду, гляну

— Давай. Быстро только.

Антон осмотрел поле боя: восемь убитых. Обычные люди, под балахонами — зелено — серый камуфляж. Армейские ботинки. Прекрасно вооружены — какие — то неизвестные Антону автоматические винтовки, гранаты в подсумках — Призраки даже не успели ими воспользоваться, настолько короткий был бой. Один вражеский боец сидит на земле и раскачивается, обхватив голову руками — контужен.

— Куцый! Чисто. Иди сюда, соберем гранаты.

Подбежал Куцый, и они вдвоем стали собирать гранаты. Забрали еще по трофейной винтовке и по пять штук снаряженных магазинов к ним. Куцый сорвал чеки у нескольких гранат и подложил их под убитых бойцов

— Зачем?

— Привет Призракам передам. Это немного их задержит.

— Злой ты какой, Куцый. А с этим что делать? — Антон кивнул в сторону контуженного бойца.

— Сейчас глянем — Куцый убрал руки контуженного с головы. — А — ну, покажись, красавец!

— Оба — на! Ленька Седоков! — Куцый от удивления присвистнул и присел.

— Знакомый?

— Это мой десятник был, у Волков. Исчез во время рейда полгода назад.

— Что делать будем?

— Не знаю даже. Пристрелю сейчас.

— Не торопись, Куцый. Сдается мне, что он нам пригодиться — Антон подошел к Призраку и задрал ему рукава камуфляжа — на правом предплечье была татуировка в виде ромба.

— И что?

Антон молча осмотрел руки у убитых призраков — у всех была та же татуировка.

— Чего молчишь?

— Сам видишь, я тебе говорил об этом — Антон достал нож и, не церемонясь, вскрыл кожу над татуировкой у Седокова. Тот было дернулся, но Куцый ударил его по голове:

— Сидеть!

Доктор уверенным движением при помощи ножа вытащил знакомый чип из руки Седокова.

— Глянь — ка, и правда, чип. Думал, что врешь ты все — удивился наемник.

Антон выбросил чип и поднялся:

— Уходим, быстро!

— А Леньку шлепнуть?

— Он с нами пойдет, понесет рюкзаки.

— Годится. А ну, поднимайся, Ленька! — Куцый пинками поднял Седокова.

Через несколько минут, собрав свои вещи и прихватив еще одну трофейную винтовку, они быстрым шагом двинулись в путь. Впереди Куцый налегке, за ним пленный, нагруженный рюкзаками и тремя винтовками без магазинов. Замыкал группу Антон. Через минут двадцать где — то сзади раздался громкий хлопок раскрывающееся воронки и через минуту взрыв гранаты. Затем второй. Антон с наемником переглянулись и молча ускорили шаг. Нужно было быстрее уносить ноги.

Три часа они шли не останавливаясь.

Куцый, видно, хорошо знал эти места — он вел по еле заметным звериным тропам, вдоль лесных ручьев, обходил заросшие молодняком балки и открытые пространства на месте выгоревшей очагами тайги. Остановились на привал на берегу небольшой, но достаточно быстрой лесной речушки. Пока наемник разводил костер и готовил похлебку из концентрата, Антон обработал Седокову рану на предплечье и забинтовал руку. Пленный все время молчал, не проронив ни звука, даже во время перевязки.

— Док, а Док! — позвал Куцый, размешивая ложкой свое варево в котелке

— Чего тебе?

— Скажи, что ты думаешь — как они тебя вычислили с такой точностью?

Антон помолчал минуту:

— Не знаю, сам вот думаю об этом.

— А у тебя самого чипа в руке нет?

— Нет, Куцый. А ты свои руки смотрел, кстати?

— Смотрел — чисто, нет ничего.

— Тогда даже и не знаю. Может Призраки меня из космоса отслеживают? Да и какого рожна им за мной охотиться?

— Ну не скажи. — Куцый сосредоточено размешал кипящую баланду ложкой, которую он достал из — за высокого голенища своего ботинка. — Знаешь ты много. Видно, Призраки уж очень хотят добраться до тебя. Ты, вообще глянь, может у тебя на одежде есть что — нибудь такое, необычное или на обуви. Кушать подано, господа! Баланда готова.

Сели ужинать. Пленный механически ел ложкой густое варево, уставившись в одну точку в костре.

— Ленька! Слышишь меня? — сказал громко Куцый.

Седоков никак не отреагировал на вопрос.

Антон громко хлопнул в ладошки за головой у Седокова, но тот даже глазом не повел.

— Оглох твой Ленька при контузии.

— Ничего я не оглох — вдруг совершенно спокойно сказал пленный — а ты, Сашка Неелов, зря ввязался в эту историю с Рыбальским. Убьют тебя вместе с ним. И меня теперь грохнут.

— Во, даешь, Ленька! Прикидывался сколько, вроде ты контуженный. Ты как попал к Призракам? Говори, прошу пока по — хорошему.

— Да ладно, Неелов, не пугай меня — я пуганный. Да и теперь мне уже можно говорить — я сам уже их мишень. Помнишь, полгода назад, я в рейд пошел с группой дальней разведки Алабая? Головорезы те еще. Так вот, мы должны были изучить подходы к Медвежьему Распадку, тому, что возле горы Близнецов. Там, где второй метеорит упал. Говорят, что это и не метеорит вовсе. Нас было пятнадцать человек. Уже на подходе к Распадку, нас накрыло Туманной лавиной. Внезапно. Многих парней просто порвало, а я вырубился и очнулся только в бункере Призраков.

— Во, даешь! Интересно то как!

— Слушать интересно, а вот быть там — не очень. Очнулся, связанный на операционном столе, лицом вниз. Что со мной делали — не знаю. Только появилась у меня после этого эта татуировка на руке. С головой тоже стало явно что — то не то — мысли как остановились вовсе, мог сидеть и часами смотреть в одну точку, не спать сутками. Мог сутками ни с кем не разговаривать, и ждать в казарме приказа на выход на задание. И такие же ребята были все вокруг.

— Ты что, не соображал все это время, где ты и что с тобой?

— Нет. Как в тумане все было. Это я сейчас вспоминаю и чувствую, что я — это я.

— А что за приказы были?

— Когда приказ поступал, я радовался, как ребенок игрушке. Приказа приходилось ждать иногда неделями, а иногда ходили в воронку по несколько раз в день. Были приказы на уничтожение отдельных людей и целых групп. Были приказы на захват новых рекрутов для Призраков. Сопротивления почти никто не оказывал, потому что все боялись, да и после туманной лавины никто не мог оказывать отпор. Потом, правда, научились бойцы на Ромбе, понемногу. Потери у нас выросли. Самый жестокий был бой с группой военных десантников весной этого года — они дрались до конца и мы потеряли половину всех бойцов. Вы с Доком тоже, неожиданно, оказались очень непростыми ребятами, но они скоро пришлют группу Бессмертных за вами. И за мной. Эти достанут наверняка. Так что ребята, дергаться бесполезно.