"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк
— Знаю, — кивнул генерал. — Но на Сахалине моя дочь и два твоих сына. И мои внуки, которые только появились на свет. Если остров падет, мы потеряем всех.
Бердышев выдохнул.
— Вы правы. Если Кузнецов устоит, Петр потеряет большую часть сил.
— Вот именно.
Граф поднялся, прошелся по кабинету и остановился у окна. За стеклом шел мелкий снег, покрывая двор тонким белым слоем.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Я отправлю две трети своей армии. Это около четырех тысяч бойцов. Плюс артиллерия и маголитовые установки, которые мы недавно разработали.
— Я тоже отправлю своих людей, — кивнул Кутузов. — Пять ударных рот и спецгруппу. Сам поведу их в бой.
— Лично? — поднял бровь Бердышев.
— А ты думал, я буду из Москвы по телефону командовать? У меня зять на передовой, дочь и внуки заражены какой-то космической дрянью. Какое тут «из Москвы»?
Бердышев позволил себе легкую улыбку.
— Знаете, Сергей Михайлович, когда мой Дима связался с Кутузовым, он сильно возмужал. Но иногда мне кажется, что мой сын может погибнуть в любой момент, находясь рядом с ним. Хотя я просил его присматривать за Димой.
— Все, кто связался с Кузнецовым, рано или поздно оказываются либо в броне, либо в лазарете, — фыркнул Кутузов и поправил усы. — Иногда одновременно.
Оба рассмеялись, но смех быстро затих. На душе было невесело.
— Я позвоню Михаилу, — сказал Бердышев, доставая телефон. — Предупрежу, что подкрепление на подходе.
— Скажи ему, чтобы подготовил портал. Так быстрее.
— Разумеется.
Кутузов поднялся. Кресло облегченно скрипнуло.
— Ростислав, еще одно…
— Да?
— Если я не вернусь, присмотри за моей Марфой. Она женщина сильная, но упрямая.
— Не обещаю, — покачал головой Бердышев. — Потому что вы вернетесь. И потому что ваша Марфа меня самого присмотрит, если что.
Генерал хмыкнул, пожал графу руку и вышел.
Андреев заглянул в кабинет через минуту.
— Ростислав Тихомирович, все в порядке?
— Нет, Василий Иннокентьевич. Совершенно не в порядке. Объявляй сбор двух третей личного состава. Полная боевая готовность к завтрашнему утру.
Андреев поправил монокль и кивнул.
— Могу я уточнить направление?
— На Сахалин через портал.
— Сахалин, — повторил помощник без тени удивления. — Я распоряжусь.
Когда дверь за ним закрылась, Бердышев набрал номер Михаила.
* * *
Москва.
Особняк Кутузовых.
В кабинете было тихо. Только потрескивал камин и еле слышно тикали старинные напольные часы.
Кутузов стоял у оружейного шкафа и молча разбирал свои доспехи. Нагрудник он положил на стол и протер мягкой тряпочкой. Поверхность блестела, ни одной царапины. За три года доспехи ни разу не покидали шкаф. Он надеялся, что и не покинут.
Надежды не оправдались.
Наплечники, наручи, поножи. Каждый элемент он доставал, осматривал и аккуратно укладывал на стол. Последним был меч. Тяжелый, полутораручный, с гравировкой фамильного герба на гарде. Генерал провел большим пальцем по лезвию и удовлетворенно кивнул.
Острый.
Он помнил, как вручал такой же Маше перед ее отъездом в КИИМ. Тогда ему казалось, что самое опасное, с чем столкнется его дочь, будут метеоритные монстры и наглые студенты. А получилось, что она вышла замуж за самого проблемного человека в Империи, если не в мире, и теперь живет на острове, который через два дня станет полем битвы.
Кутузов положил меч рядом с доспехами и расправил плечи.
— Давно ты стоишь? — спросил он, не оборачиваясь.
За его спиной в дверном проеме стояла Марфа Андреевна. Она прислонилась к косяку и скрестила руки на груди. Взгляд у нее был спокойный и внимательный.
— Достаточно, — негромко ответила она.
Кутузов выдержал паузу, потом заговорил, все еще не поворачиваясь.
— Марфа, я знаю, что ты скажешь. Что мне не двадцать лет, что у меня колено болит и что я обещал тебе тихую старость. Но я не могу остаться в стороне. На Сахалине наша Маша. И Света. И внуки, которых мы еще даже не видели. Если я сейчас останусь в Москве и буду ждать новостей по телефону, я себе этого не прощу. Ты же меня знаешь…
Он тяжело вздохнул.
— Просто не отговаривай меня. Пожалуйста.
Кутузов наконец повернулся и замер.
Марфа Андреевна стояла перед ним в полном боевом доспехе. Легкая броня, наплечники с гербом рода, на поясе короткий меч. Волосы собраны в тугой пучок. Выражение лица было таким, что даже генерал армии предпочел бы не спорить.
— И не собиралась, — сказала она.
Кутузов несколько секунд молча смотрел на жену, потом медленно провел ладонью по усам.
— Марфа, это когда ты успела?..
— Сергей, я жена генерала. Пока ты ехал от Бердышева, я успела собрать доспехи, проверить меч и отдать распоряжения прислуге. Ты на машине добирался двадцать минут. Этого более чем достаточно.
— Но…
— Никаких «но», — она подошла ближе и посмотрела ему в глаза снизу-вверх. Даже рядом с таким великаном она не выглядела маленькой. — Там моя дочь. Мои внуки. И мой зять, который, при всех его странностях, хороший мальчик. Так что если ты думал, что поедешь один, ты плохо знаешь свою жену.
Кутузов открыл рот, закрыл, опять открыл.
— Я вообще-то хотел красивую прощальную речь произнести…
— Перебьешься, — отрезала Марфа Андреевна. — Лучше помоги мне застегнуть наруч. Левая застежка заедает.
Генерал покачал головой, но в уголках его глаз мелькнул теплый огонек. Он подошел к жене и аккуратно застегнул непослушную застежку.
— Знаешь, — сказал он, — когда мне было двадцать, я думал, что самое страшное на войне это враг. В тридцать понял, что самое страшное это командиры. А сейчас выяснилось, что самое страшное это жена в боевом доспехе.
— Привыкай, — Марфа похлопала его по нагруднику. — А теперь собирайся быстрее. У нас два дня.
* * *
о. Сахалин.
Четвертый час мы с Лермонтовым торчали в этой глуши, а конца делам не было видно.
Проблемы начались, когда Лора, проанализировав новые тела Аркадия и Игоря, заявила, что они слишком слабые. Кости мелких монстров не давали достаточной прочности, а в предстоящей битве нам нужны были не декоративные скелеты, а полноценные боевые единицы. На всякий случай.
— Миша, — сказала она, развернув передо мной голограмму, которую, разумеется, видел только я. — Если добавить ребра от крупных тварей, мы увеличим массу тела Аркадия раза