Повелитель Хаоса - Илья Соломенный

Он направился к толпе, отгоняя заинтересовавшийся люд, а Настя побежала встречать подъехавшие кареты скорой помощи и броневик Бюро.

— Молодой человек, — Вахтанг заглянул мне в глаза, — Вы там всё хоть и разнесли, но я понимаю, что это не ваша вина.

— Ну ещё бы!

— И я… Спасибо, что расколдовали и вытащили меня оттуда! Век не забуду!

Я не стал говорить, что вообще не думал о «расколдовывании» Вахтанга во всей этой катавасии, но всё же кивнул.

— Как я уже сказал — это моя работа. Рад, что вы целы, уважаемый.

Быстро оглянувшись, Вахтанг достал из кармана кошелёк, выудил оттуда все имеющиеся красные купюры и сунул их мне в карман джинсов.

— Это лично вам, за смелость! — он осторожно потрепал меня по плечу, — Поправляйтесь, и заходите, как отремонтирую ресторан! Угощу как родного!

— Спасибо! — удивился я, глядя на удаляющуюся спину грузина, — Как неожиданно и приятно…

Вот что-что, а лишние деньги мне точно не помешают!

* * *

Милослава Зверева.

Сейчас.

Начальница отдела ликвидаций аномальных последствий сидела в своём кабинете и курила. Сигаретный дым поднимался к потолку, и исчезал где-то в системе вентиляции.

Зверева глубоко затянулась в последний раз, потушила сигарету и нажала на экран планшета.

Через секунду над ним сформировалась голограмма в виде бюста мужчины. Около пятидесяти, с орлиным профилем, глубоко посаженными глазами, длинными, зачёсанными назад волосами, и аккуратной бородкой. Эту внешность Милослава за последние полгода стала видеть куда чаще, чем раньше, и если бы кто-то спросил, она вряд ли бы призналась, что этот человек сильно раздражает её.

Пожалуй, даже сильнее, чем раньше — когда Зверева видела это лицо лишь на экране телевизора.

— Милослава, — поздоровался мужчина, — Как всегда, рад вас видеть.

— Здравствуйте, Пепел.

— Слышал, наш объект успел отличиться — дважды, меньше чем за неделю?

— Всё так, — Зверева вздохнула, — Первый случай прошёл, как и было запланировано. Подмена аномалии в ОКР-13 прошла планово, сотрудники ничего не поняли, и Андрей Рублёв оказался в нашем экспериментальном пространстве и полностью прошёл его. Сообразил, как действовать, применил базовое понимание своих навыков, прошел через боевое столкновение и уничтожил нексус, вернувшись в реальность. Подробный отчёт я вам отправляла.

— Да, я читал, — кивнул мужчина, — Проявил достойные качества, на мой взгляд. Всё прошло планово, как я понимаю?

— Капитан явно что-то заподозрила. Составила рапорт, запросила проверку, и сам Рублёв прошёл обследование. Но мы быстро замяли дело, составили протокол о спонтанной мутации и кажется, объект принял это объяснение. По крайней мере, пока подозрительных действий, разговоров, звонков и переписок у него нет.

— Слежка круглосуточная?

— В разумных пределах. Постоянно записывать звук и видео вокруг него просто так не получится, подобные действия требуют разрешений весьма… Высоких инстанций. И наверняка вызовут ненужные вопросы. А вы явно дали понять, что это…

— Нежелательно, верно. Пусть так же остаётся и впредь, — Пепел довольно улыбнулся, — А что касается второго случая? Это был плановый выезд группы, насколько я понимаю?

— Да, именно так. И в данном случае с обычной аномалией второго класса произошло то же, что и с нашим экспериментальным пространством.

— Она спонтанно мутировала? — на этот раз в голосе мужчины проскользнул интерес.

— Да, — Зверева постучала пальцами по столу.

— Занятно… Есть мысли, почему это произошло?

— Согласно исследованиям организма Рублёва, которые я отправляла вам раньше…

— Ближе к делу.

Перебитая Милослава шумно вдохнула и кашлянула.

— Есть мнение, что природа способностей объекта с каким-то шансом может спровоцировать аномалии на изменения.

— Любые?

— Пока данных нет. И шанс… Весьма вариативен.

— Что ж, понятно… В таком случае продолжайте наблюдение. Благодарю за отчёт.

* * *

Андрей и другие.

Аномалия КВ221Ц, Хамовники, приблизительно полгода назад.

Мы спрыгнули с последнего «островка» — плоского куска асфальта, зависшего в воздухе метрах в десяти над землёй, будто кто-то вырезал его из тротуара вместе с бордюром и подвесил на невидимые нити.

Дальше надо было только перебежать старую детскую площадку, когда Влад вдруг вскинул руку и дёрнул меня за рукав, заставляя упасть рядом с ним. Я потянул Дашу за нами.

— Тихо!

Мы втроём вжались в холодный асфальт за покрытой какими-то кристаллами горкой, и я увидел группу из четырёх резонантов в экзоскелетах Бюро. Люди медленно продвигались вдоль гаражных рядов, метрах в пятнадцати от нас, водя по воздуху какими-то приборами. Свет их фонариков плясал по искажённому пространству, и один луч скользнул слишком близко к нашему укрытию…

Сердце ухнуло куда-то в желудок. Если засекут — всё, приплыли! И хорошо ещё будет, если просто в детдом отправят под конвоем, а не в какой-нибудь изолятор для несовершеннолетних нарушителей!

Я огляделся и нашарил в метре от себя пустую бутылку из-под газировки — и почти не думая, зашвырнул её в противоположную сторону, за спины резонантам.

ДЗЫНЬ!

Бутылка ударилась о что-то металлическое и разлетелась осколками. Все четыре фонарика тут же метнулись туда.

— Что там? — послышался женский голос.

— Показалось, наверное…

— Надо проверить… Сыч, Ниган, давайте, мало ли…

Двое резонантов отделились и пошли проверять источник звука, остальные тоже отвернулись от нас, и Влад, воспользовавшись моментом, махнул рукой — вперёд, быстро! Мы проползли оставшийся участок островка на карачках и нырнули за выступ какой-то искорёженной металлической конструкции, скрывшись из виду окончательно.

— Красавчик, — выдохнул Влад, хлопнув меня по плечу, — Быстро соображаешь.

— Заткнись и иди уже, — буркнул я, всё ещё чувствуя, как колотится сердце.

До самого дерева оставалось всего метров двадцать, и вблизи оно оказалось ещё более жутким, чем с крыши.

То, что издалека казалось стволом, оказалось переплетением тысяч тонких, полупрозрачных «веток» — или, скорее, стеклянных нитей, каждая толщиной с человеческую руку, которые изгибались и перетекали друг в друга, будто были не твёрдым материалом, а застывшей в моменте жидкостью.

Сквозь них пробивался тусклый лиловый свет, а те самые огоньки, которые мы видели с крыши, теперь оказались совсем близко — маленькие, размером с ладонь, светящиеся комочки, которые лениво перемещались вдоль ветвей, то ныряя вглубь стеклянной массы, то выныривая обратно, оставляя за собой короткий шлейф искр.

— Смотрите! — Даша, забыв про всякую осторожность, встала во весь рост, задрав голову, — Они как живые!

—