Андрей Завадский - День победы
- Ну, ты даешь, братан, - довольно оскалился "бык", поиграв могучими мускулами. - Дистрофик! А мне по приколу!
Ефремов сплюнул сквозь зубы от раздражения - почему-то всякие ублюдки постоянно называли братьями тех, кого в следующую секунду собирались "опустить".
- Веселый ты мужик, - от души рассмеялся бритый. - Это хорошо!
- Так чего надо то?
- Короче, прапор, все просто. Нам много не нужно, так, по мелочи, - принялся деловито излагать качок. - Подгони "калашей" с полсотни, ну, патроны, ясное дело. Можно еще "макаровых" хоть сколько-нибудь. Еще что? Ну, гранаты, "эфки" или "эргедешки", по барабану, лишь бы побольше. "Мухи" тоже пригодятся. Да, и такую машинку, какую ты мацаешь, тоже прихвати! - Бритый кивком указал на пулемет: - Уважаю! Меня сразу реально вставила!
- А может мне еще и раком стать? Штаны не снять сразу, не нагнуться перед тобой, чтоб удобнее было? - и сразу, не давая опомниться братку: - Валите на хрен отсюда, пока я добрый, и пока караул в ружье не поднял. Повторять не буду! Еще минута - и так здесь и ляжете!
"Хозяин жизни" открыл рот от удивления, но быстро пришел в себя. Миг - и в метнувшейся за спину руке удобно устроилась тяжелая "Беретта". Вот только еще раньше Ефремов взял на изготовку ПКМ, в ствол которого уже был загнан первый патрон.
- А теперь я злой! - сообщил прапорщик, и нажал на спуск.
Длинная очередь хлестнула по "Лендкрузеру". Пули калибра 7,62 миллиметра порвали шипованые покрышки, прошили лакированный борт дорогущего внедорожника, высадили стекла, выбили фонтанчики земли под ногами у братка, заставив того отпрыгнуть назад на несколько метров.
- Ну, сука, - прошипел пришедший в себя качок, вытаращив глаза на изрешеченный, изгрызенный свинцом джип, дорогущую игрушку, враз ставшую просто грудой металлолома. - На чем же мы отсюда поедем-то!
- Пешком гуляй, пока можешь! Сейчас я сосчитаю до десяти, и тогда ты уже никуда отсюда не уедешь, если только в цинк твою тушу запаяют!
- Ну, прапор, падла, я тебе все припомню! Ты у меня еще на четырех костях будешь стоять, сапог!
"Лендкрузер", от былого лоска которого после "легкого тюнинга" из ПКМ не осталось и следа, с дороги убирать не стали. Дождавшись, когда четверка спортсменов скроется за горизонтом, прапорщик Ефремов, не размениваясь на мелочи, собрал личный состав - всех свободных от несения службы.
- Эти мордовороты вернутся, не сомневаюсь, - хмуро произнес прапорщик, изучая свое погрустневшее "воинство". - И церемониться с нами не будут. Здесь, за вашими спинами, столько всего, что они вдесятеро больше народу положат, чем нас здесь осталось, и не поморщатся.
Оставшиеся с Павлом Ефремовым бойцы, пацаны восемнадцати-девятнадцати лет, помрачнели. Красоваться, хвастаясь перед товарищами новеньким, только вытертым от смазки АК-74 это одно, а знать, что совсем скоро доверенное тебе оружие предстоит применить по назначению, стреляя в живых людей - совсем другое.
- Когда эта падаль вернется, мы должны быть готовы, - уверенно, заражая своих солдат собственным каменным спокойствием, произнес прапорщик, заглядывая в глаза каждому из пацанов по очереди. В ответных взглядах он видел многое - робость, сомнения, и лишь изредка откровенный страх. - Смотреть в оба, с оружием не расставаться даже в сортире! Всем немедленно получить двойной боекомплект, гранаты - обязательно! Каски, бронежилеты! И будьте готовы действовать! Если появятся чужие - валите их немедля, иначе они нас всех завалят!
Прапорщик Ефремов знал, что солдаты из гарнизона продавали местным жителям и патроны для "поохотиться", и толовые шашки - глушить рыбу, которой здесь было полным полно. Он и сам пару раз грешил этим, но одно дело - толкнуть автоматный рожок мужику из соседнего села, который потом, если самому повезет, еще и мясом поделится, и совсем другое - открыть арсенал для откровенных бандитов.
- Ублюдки скоро соберутся с силами и вернутся, - усмехнулся прапорщик. - Но мы к этому будем готовы!
На войне Ефремову не пришлось побывать, но не нужно быть Рэмбо, чтобы подготовиться к обороне, имея под рукой целый арсенал. Наскоро обученные бойцы опутали весь охраняемый периметр бессчетным множеством растяжек, использовав несколько ящиков гранат Ф-1. К ним добавились и мины, противопехотные "прыгающие" ОЗМ-72 со сплошным радиусом поражения до двадцати пяти метров, и даже древние, но чудовищно эффективные, особенно против обычной пехоты, МОН-100 направленного действия.
Закончив с инженерными приготовлениями, бойцы во главе с прапорщиком двинулись на стрельбище, и там каждый без исключения выпустил не меньше, чем по магазину патронов, вдобавок швырнув хотя бы по одной гранате. Мальчишки, которым дали в руки настоящее оружие, сразу почувствовали себя умелыми воинами, и страх в их глазах уступил место азарту.
Случилось все, когда не прошли еще и сутки с визита "спортсменов". Перед рассветом часовой с КПП разбудил прапорщика, сообщив, что слышит из-за леса шум моторов и голоса. Ефремов, вскочив с постели, успел только накинуть бронежилет, даже не застегивая его на боках, да подхватить АКМ с прибором бесшумной стрельбы, на который временно сменил пулемет. Прапорщик только выскочил из караулки, когда над погруженным во тьму гарнизоном взметнулся настоящий фонтан огня, и что-то пронзительно засвистело и захлопало.
- Это у артиллерийских складов! - безошибочно определил прапорщик, за которым, пыхтя и бряцая амуницией, бежали бойцы бодрствующей смены караула. - За мной!
На бегу передергивая затворы, бойцы рысью бросились туда, где взмывали над крышами боксов рукотворные звезды, ярко освещая ограждение военной части. Сигнальные мины СМ, установленные по периметру вместе с настоящим "летальными" минами, оказывали шоковое воздействие на неподготовленных людей. Грохот, свист, яркий свет - растеряться было легко. Так и получилось с десятком "спортсменов". Перекусить стальную сетку забора они смогли без проблем - это только в кино к проволочным заграждениям подведен электрический ток в десять тысяч вольт. Но, оказавшись в расположении, незваные гости и представить не могли, что вдоль забора тянется полоса шириной метров пятнадцать, буквально нашпигованная минами и растяжками.
В темноте кто-то нечаянно задел тонкую проволоку контактного натяжного взрывателя, приведя в действие сигнальную мину. А пока появился караул, петлявший меж каменных коробок боксов, запертых на висячие амбарные замки, "братки", ошарашенные происходящим, напоролись на "настоящую" мину ОЗМ-72.
С негромким хлопком вышибной заряд подбросил боевую часть на полтора метра над земле, а затем оглушительно громыхнул взрыв и завизжали осколки. Концентрическая волна стальной шрапнели срезала сразу нескольких человек, многие были ранены, а тем временем подоспел прапорщик со своими людьми.