Марина Абина - Грибница
На следующее утро Тарас изложил ей свой план. Во-первых: они действительно должны вооружиться. Во-вторых: они не станут колесить по городу и писать на стенах свой адрес, вместо него, они дадут сведения о частоте, на которой можно будет связаться с ними по рации. Это предохранит их от нежелательных встреч и даст возможность совершенно безопасно общаться с любыми людьми. И в-третьих: чтобы увеличить вероятность привлечения молодых людей, своё послание они оставят в местах, где молодёжь чаще всего бывает — например на стенах какого-нибудь ВУЗа.
На том и остановились.
Тарасу пришлось попотеть, перепиливая прутья решётки в оружейном магазине ножовкой. Законодательством была запрещена продажа короткоствольного огнестрельного оружия без специального разрешения, и такого оружия на прилавках магазина молодые люди не нашли. Им пришлось довольствоваться травматическими револьверами под резиновую пулю. Таскать с собой ружьё Тарасу было лениво да и обращаться с таким оружием он не умел, поэтому кроме револьверов и патронов к ним из магазина брать ничего не стал. Немного попрактиковавшись в стрельбе по бутылкам в центральном парке, во второй половине дня они отправились к ближайшему к ним Государственному университету, чтобы оставить на нём своё послание выжившим.
Рации они взяли в районном отделении милиции, в дежурной. Тарасу пришло в голову, что и здесь можно было бы вооружиться настоящими пистолетами, но скорее всего те заперты в каком-нибудь сейфе, а вскрывать его у Тараса не было ни малейшего желания.
Вечером в указанное в послании время состоялся их первый сеанс связи, на который никто не вышел. Тарас пытался проверить другие частоты, но все они молчали. Несмотря на эту неудачу, Евгения с необычайной страстью отблагодарила его за предпринятую попытку и Тарас почти перестал опасаться, что появление новых людей в их компании сможет повредить их отношениям с этой легкомысленной и сексапильной девушкой.
И вот потянулись долгие вечера, когда минуту за минутой Тарас повторял одно и то же: «Приём, приём, ответьте!» Но рация всё молчала.
Когда подошло время седьмого сеанса связи, Тарас предупредил Евгению, что это его последняя попытка и если она хочет, то пускай продолжает сеансы сама. Он уже час повторял надоевшую фразу и наконец, не выдержал:
— Всё, баста! Надоело!
— Ну, пожалуйста, Тарасик! — Евгения умоляюще взглянула на парня. — Ещё пятнадцать минут.
— Жень, послушай: возможно, не все умеют пользоваться рациями или не знают где их достать. Поэтому никто не отвечает. Это безнадежно! — Тарас взглянул на девушку. — Пятнадцать минут?
— Приём, приём, меня кто-нибудь слышит? Ответьте! — монотонно заговорил он в микрофон рации. На втором повторении рация неожиданно ответила, и Тарас чуть не выронил её из рук.
— Приём, приём, мы вас слышим! Кто вызывает? — раздался из динамика молодой мужской голос.
— Чёрт, ответили! Ну, надо же, ответили! — заорал в микрофон Тарас. И вдруг подумал, что голос из динамика ему просто приснился. — Эй, алло, алло!
— Мы слышим тебя, парень, слышим! Успокойся, мы по-прежнему на связи. Ты, наверное, уже давно пытаешься связаться с кем-нибудь? Я прав? — в тоне невидимого собеседника слышалось нескрываемое сочувствие, и Тарас неожиданно для самого себя захотел довериться этому человеку.
— Ты прав! Ты чертовски прав! Уже неделю мне никто не отвечает. Я думал, что все умерли после этой чертовщины с Грибницей. Все мои родные, все друзья умерли. И ты не поверишь, но я выходил в эфир в последний раз сегодня — уже не надеялся на ответ! Меня зовут Тарас.
— Очень приятно, Тарас. Мы пережили то же самое. Сочувствуем тебе! — голос в трубке стал на мгновение глуше, как будто его обладатель сдерживал эмоции. Потом бодрее произнёс. — Меня зовут Ярослав. Моя жена сама хочет представиться, передаю ей трубку.
— Привет, Тарас! Меня зовут Арина. Молодец, что догадался использовать для связи рацию! Нам такое в голову не пришло, — и тут Арина задала вопрос, от которого у Тараса внутри все напряглось, но он не смог солгать людям, чьи голоса звучали так искренне и обрадовано. — Ты один или с тобой есть кто-то ещё?
— Я не один, слава Богу, — Тарас оглянулся на Евгению. В ответ она улыбнулась, но улыбка исчезла, стоило Тарасу отвернуться. Евгения превратилась в само внимание: она представить себе людей, какие могли бы обладать голосами, доносящимися из динамика рации. — Я не один, со мной девушка, но она пока не может подойти поговорить с вами. Не обижайтесь, но мы немного опасаемся слишком быстрых знакомств, — Тарас понимал, что это звучит нелепо. Ну, о чём, скажите, узнают чужаки, услышав голос Евгении? Но не мог же он сказать прямо: «У моей подружки слишком длинный язык, и она нечаянно может выболтать вам что-нибудь важное. Например, местоположение нашего убежища. Или то, что мы плохо вооружены и почти не умеем стрелять». Скрывая свое смущение, он заторопился добавить. — Но мы тоже очень рады познакомиться! И то, что мы слышим вас — это просто чудесно!
— Без проблем! И у нас тоже были некоторые затруднения с парочкой типов, но теперь это в прошлом. Мы достаточно хорошо вооружились и ведём посменные дежурства, чтобы такого больше не повторилось, — совершенно спокойно ответил Ярослав.
— Хорошо, что вы понимаете! Не будем торопиться с встречей, — облегчённо сказал Тарас. Евгения делала ему знаки руками и корчила гримасы, прося разрешения поговорить. — Мою подругу зовут Евгения, она передаёт вам привет.
— Спасибо, Евгения! — прорвался голос Арины. — Надеюсь, твой парень скоро поймёт, что ревновать не стоит, и мы сможем с тобой пообщаться!
Евгения прыснула в кулак, а Тарас отчаянно покраснел.
— Я вовсе не ревную! — воскликнул он. — Это необходимая предосторожность!
— Брось оправдываться, друг! — рассмеялся в трубку Ярослав. — Это Рина тебя проверяет на свой лад. Не обращай внимания. Ты хорошо устроился? Расскажи.
Они общались до поздней ночи, пока не сели батареи в рациях. Тарас, который поначалу в штыки воспринимал идею Евгении о поисках других людей, теперь не мог дождаться утра, чтобы сбегать в магазин за свежими аккумуляторами и продолжить разговор с новыми знакомыми. Рассказ Ярослава о том, как они с Ариной обустроили свой быт, вогнал Тараса в краску. Роскошь их с Евгенией апартаментов стала казаться ему совершенно нелепой и нерациональной. Они пользовались свечами, питались одними консервами, и только последнюю неделю стали готовить на жаровне более-менее приличную пищу. Мыться приходилось минеральной водой из бутылок. Их жильё было совершенно непригодно для защиты от вторжения незваных гостей и два жалких травматических револьвера не шли ни в какое сравнение с тем арсеналом, который описал Тарасу Ярослав. Похоже, этот парень отлично разбирается в оружии и умеет им пользоваться! Поначалу это обстоятельство несколько настораживало Тараса, но доброжелательный тон их новых знакомых быстро развеяли его опасения на этот счёт.