Авторов Коллектив - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I (ЛП)

Армия убывала, как песок, высыпающийся из разбитого сосуда. Люди умирали ночами, обезумев от голода, или просто падали на землю и отказывались вставать. Враждебность воинов утихла, исчезли и остальные эмоции. Пустыня лишила их мыслей и чувств, и теперь они просто ждали смерти.

И когда Бронзовое Войско окончательно ослабло, всадники Нагаша нанесли самый жестокий удар. Ночью тридцать вторых суток они легко проскользнули мимо ничего не замечающих часовых и оставили дары, которые ошеломленные воины обнаружили при первых лучах зари. Вокруг лагеря с равными промежутками были расставлены десять кувшинов зерна и пятнадцать кувшинов воды. Люди чуть с ума не сошли. Опустошив кувшины, они разбили эти толстые сосуды и вылизали их изнутри.

А потом, немного набив желудки, воины Бронзового Войска сели и стали думать, что означает этот странный дар.

Акмен-хотеп, вздрогнув, проснулся. Ночное небо над головой было ясным и чистым, на нем мерцали звезды.

Он не собирался спать. Царь сел, по-совиному моргая в темноте. Его окружали несколько ушебти, бдительно вглядываясь в пространство за лагерем. Остальные преданные обходили лагерь по периметру, ожидая следующего шага врага. Если скелеты собираются повторить вчерашнее, царь твердо вознамерился их остановить. Телохранителям он отдал строжайший приказ — отогнать скелеты и уничтожить любую еду и воду, которую они попытаются оставить. Акмен-хотеп не сомневался, что это единственный способ справиться с опасностью. Еда была смертельней, чем кинжал или копье. С ее помощью Нагаш с легкостью уничтожит Бронзовое Войско.

Внезапно трое ушебти вскочили на ноги, взяв мечи на изготовку. Кто-то приближался, осторожно обходя группы спящих людей, и когда подошел совсем близко, царь узнал Мемнета. Махнув рукой преданным, Акмен-хотеп поднялся, чтобы поздороваться с братом.

И сразу заметил, что верховный иерофант очень встревожен. Его изможденное лицо побледнело, в широко распахнутых глазах застыл страх.

— Час настал, — прошептал он. — Это происходит прямо сейчас.

Ужас и, что еще хуже, отчаяние охватили царя.

— Кто? — спросил он.

Мемнет заломил дрожащие руки.

— Два десятка не самых знатных аристократов и их люди. Сотня воинов, может, чуть больше. Вода и еда были последней каплей. Они считают, что смогут договориться с Нагашем и он позволит им спокойно вернуться в Ка-Сабар.

Акмен-хотеп угрюмо кивнул. Если собрать всех телохранителей, он сможет уничтожить заговор. Дюжина ушебти без труда справится с сотней умирающих от голода воинов.

— Где Пак-амн? — спросил он.

— Я здесь, — ответил Мастер Коня.

Пак-амн и дюжина аристократов приближались к царю и его телохранителям с оружием в руках. Лицо молодого полководца было искажено гневом.

— Твои люди восстали против тебя, о великий, — заявил он. — Это последствия твоей недальновидности.

Акмен-хотеп слышал звуки сражения и крики умирающих, эхом разносящиеся по лагерю. На его телохранителей напали те, кого они же пытались защитить.

— Что, хотел перерезать мне глотку, пока я сплю? — выкрикнул он Пак-амну. — Или собирался преподнести меня в дар своему новому хозяину в Кхемри?

Обвинение подействовало на молодого полководца, как удар. Он остановился с потрясенным видом. Воспользовавшись этим, царь схватил меч.

— Убейте их! — приказал он ушебти, и пятеро телохранителей без колебаний ринулись вперед, сверкая ритуальными клинками.

В воздухе звучали тревожные крики, лязгал металл — Пак-амн и его приспешники пытались отразить свирепый натиск ушебти. Под клинками преданных люди падали, как колосья пшеницы; мечи мелькали так быстро, что невозможно было уследить, и с легкостью прорубали доспехи. Пак-амн сражался яростно, выкрикивая ругательства и отражая удар за ударом. Ритуальный меч скользнул по его клинку, а второй глубоко врезался в бедро. Полководец пошатнулся, но продолжал сражаться. Кровь хлестала из раны, стекала по колену в песок, но он все отражал удары.

За какие-то несколько минут все приспешники Пак-амна погибли. Мастер Коня продержался на несколько секунд дольше, но было понятно, что меч перерезал артерию, и жизнь вытекает из него вместе с кровью. Он споткнулся. Меч ушебти вонзился ему в грудь, и Пак-амн медленно опустился на землю.

Акмен-хотеп подошел к упавшему полководцу. На сердце у него было тяжело, лицо исказилось от ярости.

— Идите помогите своим братьям, — велел царь преданным. — Но возвращайтесь как можно быстрее. — Зарычав, он пинком вышиб меч из руки Пак-амна. — С ним я разберусь сам.

Ушебти молча побежали и исчезли в темноте. Акмен-хотеп смотрел, как струя крови, вытекающая из раны Пак-амна, постепенно слабеет. Мастер Коня стоял на пороге смерти.

— Ты проклятый болван, — произнес Акмен-хотеп. — По возвращении в Ка-Сабар я бы осыпал тебя почестями. Почему ты не мог удовольствоваться этим? Зачем тебе потребовался мой трон?

Странное выражение появилось на обескровленном лице Пак-амна.

— Ты… — прошептал полководец, и из уголка его рта вытекла струйка крови, — ты сошел с ума… о великий. Боги… оставили тебя… Я пришел… тебя спасти.

С лица царя исчезло разгневанное выражение.

— Ты лжешь, — сказал он. — Я знаю, что ты задумал. Мемнет предупредил меня. — Он повернулся к брату. — Скажи ему…

Холодный клинок вонзился ему в грудь. Боль была невыносимой. Акмен-хотеп потрясенно приоткрыл рот и взглянул на брата.

Мемнет, верховный иерофант Птра, злобно смотрел на него.

— Я пытался тебе объяснить, — проговорил он. — Я пытался. Еще в Бел-Алияде, помнишь? Старая жизнь кончилась, брат. Нагаш стал владыкой смерти. Он низверг богов! И если мы хотим благоденствовать, то должны поклониться ему. Почему ты этого не понял?

Колени царя подогнулись. Он пошатнулся, выдернув клинок из трясущихся рук Мемнета, и упал на спину рядом с телом Пак-амна. Мастер Коня смотрел в небо, и в уголках его мертвых глаз высыхали слезы.

Царь-жрец Ка-Сабара поднял глаза к небу, пытаясь увидеть лица своих богов.

Архан Черный выехал из пустыни в сопровождении сотни всадников. Сражение в лагере закончилось. Ушебти жестоко отомстили за смерть своего царя, но в конце концов и они погибли. Трупы лежали повсюду, как кровавое свидетельство последней битвы Бронзового Войска. Визирь в отвратительной ухмылке обнажил черные зубы.