"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

Руфус закатал правый рукав рубашки, демонстрируя свой ахакор – обязательную татуировку от запястья до локтя.

Ахакор есть у каждого, различаются татуировки разве что дизайном и используемым при её создании металлом. У богатых чернила смешаны с золотой или платиновой пылью, представители среднего класса способны оплатить чернила с серебром, а самые бедные выбирают медь, латунь, железо или олово. У Руфуса узор мерцает серебром при каждом движении руки. У меня и Сирши – медь.

– Ахакор, – напомнил Руфус, тыча в свою татуировку, – защитит твои мозги, а пушка от посягательств на тело. Вроде ты давно совершеннолетняя, куколка, пора научиться. Толку хранить ствол, если не умеешь им пользоваться?

Я уверенно кивала в такт наставлениям Руфуса, губы невольно растянулись в довольной улыбке, но приятное ощущение оборвалось из-за прикосновения к моему плечу. Пульс моментально подскочил, и тело дёрнулось, чтобы уйти от возможной опасности. Шаг вперёд был таким резким, что, обернувшись, я чуть не врезалась в Сиршу. Мне пришлось несколько раз моргнуть, чтобы паническая пелена сошла и зрение прояснилось.

– Извините, – сказал молодой человек, один из посетителей. Ранее я объяснила им технику безопасности, а затем оставила ознакомиться с остальными правилами заведения и подписать бумаги, подтверждающие, что они совершеннолетние и осознают риски при неаккуратном обращении с оружием. – Мы всё прочитали. Вы могли бы помочь нам собрать винтовку?

– Я принесла вам собранную.

– Мы её разобрали.

Я нахмурилась, тревожный пульс не позволил быстро оценить намёк и заинтересованные взгляды его дружков.

– Ничего, парни, – встрял Руфус, уложив широкую ладонь мне на плечо. – Я вам соберу. И не просто соберу, но и вас научу. Да так, что вы с закрытыми глазами сможете повторить.

Улыбка начальника стала довольной и угрожающей, он отодвинул меня в сторону, и предложение троицы, наконец, стало очевидным.

При приёме на работу Руфус предупреждал, что девушка в стрелковом клубе может получать излишнее внимание, но я не понимала его тревог, пока меня не попытались облапать в первый же месяц. Тому мудаку я заехала прикладом винтовки в живот и добавила ударом ноги.

Несмотря на устроенные неприятности, Руфус встал на мою защиту и, кажется, сломал кретину нос. Я была пострадавшей, но полиция не посчитала приставания достаточным аргументом для нанесения увечий обидчику. Нам с Руфусом пришлось оплатить штраф и медицинские счета того придурка. Начальник оказал мне неоценимую поддержку. Сперва боялась, что он выгонит меня, предпочтя избавиться от проблем, однако Руфус заверил, что у него раньше работали девушки и подобные ситуации не приносили ему критичных убытков, иногда, наоборот, присутствие девушки помогало привлечь в клуб женщин, которые чувствовали себя таким образом в большей безопасности. С момента первого происшествия я стала осторожнее с посетителями, хотя скверные инциденты продолжали случаться.

– Разберись с куколкой, Кас, и пообедай. Я принес бургеры. И, кстати, крутая стрижка. Мне нравится, – напоследок бросил Руфус и пошёл разбираться с троицей, которая уже не выглядела столь воодушевлённой.

Я невольно подняла руку и коснулась кончиков волос. Сегодня утром обрезала ровное каре чуть выше плеч. Думала, Сирша завопит, увидев, но вместо этого она с энтузиазмом предложила перекрасить мой натуральный пшеничный блонд во что-нибудь дерзкое. Я отказалась, не желая мучиться с отрастающими корнями. К тому же мне нравилось сочетание светлых волос с моими карими глазами.

– Хоть это место и помойка, но Руфус всё-таки ничего, – серьёзно подметила Сирша. – Ты говорила ему о своих проблемах?

Я покачала головой. Я не нервная, но, если кто-то застаёт меня врасплох, могу отреагировать излишне резко. Однажды оставила Сирше болезненный синяк: двинула локтем из-за того, что она подкралась, пока у меня на голове были наушники.

– Значит, сам догадался, – пришла к выводу Сирша. – Смотри-ка. Отвлёк тебя фразой о причёске. Он молодец.

Я сосредоточилась на сердцебиении. Оно действительно успокоилось, а тревога незаметно исчезла из-за переключения на мысли о бургерах и волосах.

– Полтора года, а ты ему уже доверяешь? – усмехнувшись, бросила я.

– Это вряд ли. Такие, как мы, никому не доверяют, – со всей серьёзностью сказала подруга, но после натянуто улыбнулась, скрыв настороженность. – Так как эту штуку снимать с предохранителя?

Я скопировала её улыбку и пальцем указала на спусковой крючок, напомнив об автоматическом реагировании при сознательном нажиме.

Сирша права. Такие, как мы, выросшие в приюте, никому не доверяют.