Фаэтон: Планета аномалий. Дилогия (СИ) - Соколов Вячеслав Иванович

А потом меня долго и со вкусом били. Били и спрашивали, потом давали отдохнуть немного, и снова били и спрашивали. А в голове жила только одна мысль: «Что же эти звери делают с моей сестрой?» Убийство эльфийского аристократа никто не простит. Из нас сделают пугало. Тут даже сарказм Тунгуса не нужен и так всё понятно.

Анька, ну что же ты натворила!

— Ну что дождался? Теперь тебя расстреляют, — слышится глумливый голос внутри моей головы.

— Тебя тоже.

— Ну не знаю, — хмыкает, — я ведь не просто так тут оказался. Вполне возможно, что после твоей смерти меня опять перенесут куда-нибудь. Может, это будет не такой неудачник как ты?

— Сволочь!

— Почему? Я же предлагал тебе сбежать.

— Я хотел защитить семью!

— О да-а-а, — смеётся Тунгус. — Вижу, защитил!

— Из-за моей глупости, они умрут и никто их не спасет…

— Ну почему же, я бы, например, мог, — самоуверенно заявляет мой оппонент.

— То есть если я дам тебе воспользоваться своим телом, ты можешь спасти сестру и дядю?

— Мне это не интересно…

— Но если меня расстреляют, ты тоже умрёшь.

— Как я уже сказал, я не просто так здесь. Так что, скорее всего, меня перенесут в другое тело, — самоуверенно отрубает Тунгус.

— А если нет? Ты умрёшь и не сможешь выполнить своё задание.

— Хм… Ладно, но не попользоваться телом, а полностью отдашь его мне.

— А что будет со мной? Я умру?

— Не знаю, — кажется, что Тунгус пожимает плечами. — Но выбор небогатый, либо ты, либо твоя семья.

— Хорошо, поклянись, что спасёшь Аню и дядю Олега!

— Клянусь.

— Забирай моё тело.

И тут я как будто проваливаюсь куда-то вниз, желудок поднимается до самого горла, сердце перестаёт биться и на этом всё прекращается. Я вижу всё, слышу, но не могу пошевелить даже пальцем.

— Неплохое тело, — Тунгус размахивает руками, — крепкое. Жаль избитое. Подождём пару часов до ночи и порезвимся.

Встав посреди камеры, Тунгус принялся выполнять какие-то странные движения руками и ногами, приседать и даже подпрыгивать.

— Зачем ты это делаешь? — интересуюсь.

— А? — замирает. — Ты всё-таки здесь? Ну что ж, значит, всё-таки придётся идти на разборки.

— Какие?

— Почему меня запихнули в тело, в котором есть владелец. Как спрашивается, мне спасать мир, если в моей башке сидишь ты?

— Но это моя голова! — возмущаюсь.

— Вот и я о том же…

— А с кем разбираться? — не сдаюсь.

— Я двигаюсь, чтоб привыкнуть к телу, оно существенно отличается от моего родного. Я был ниже, по крайней мере, на целую голову. Не хотелось бы умереть только потому, что не справился с управлением.

— Ты не ответил!

— Почему же, ответил, но на первый вопрос. А на второй не готов пока отвечать, ибо сам не уверен. Скажи, здесь есть где-нибудь храм, церковь или часовня, на худой конец сгодится и просто алтарь? Желательно человеческого бога. Гномьих богов, я так понимаю, здесь нет? Но можно и эльфийского, но не Ллос. И вообще, желательно чтоб это была богиня.

— Бр-р-р… — хочется потрясти головой, но увы, управление моим телом для меня больше не доступно. — Ну ты и выдал. Да, думаю, есть поблизости. Но зачем?

— Хочу поинтересоваться, как они так накосячили?

— У кого? У жрецов? Так, это они устроили, чтоб ты вломился в мою голову?

— Во-первых, ты был мёртв. У тебя была вылечена смертельная рана, а ты взял и вернулся в тело. Ещё и в меня врезался. Так что мы оба потеряли память на две недели. Ну и, во-вторых, жрецам такое не под силу.

— А кому?

— Богам, — усмехается Тунгус. — Вот пусть теперь думают, как исправить ситуацию.

— Богам? Что за бред. Ты же не веришь в эти суеверия?

— Нет, конечно, не верю. Я просто знаю. А теперь не мешай и дай мне подготовиться. Мне ещё свалить надо отсюда.

И тут я понял, что Тунгус не собирается спасать мою семью. Он хочет просто свалить. Нет! Нет! Я не позволю, чтоб сестрёнка умерла. Яростно рвусь куда-то вперёд. Я должен вернуть моё тело! Надо спасти сестрёнку и дядю!

На очередном шаге Тунгус спотыкается и падает на пол, изрыгая проклятья:

— Что ты делаешь, придурок?!

— Ты обманул меня! — вернуть контроль над телом не получилось, но вмешаться и сбить движение вполне. Ведь это моё тело.

— Ах-ха-ха, — стоя на коленях Тунгус начинает смеяться. — Ну ты и простофиля, сперва тупо отдал тело, даже не попросив гарантий, совсем не удивительно, что тебя повязали и повесили всех собак. А затем вдруг решил, что я тебя обманул и принялся дёргаться. Жаль, что мы в одном теле, а то я бы с удовольствием сломал тебе нос. Просто для профилактики.

— Верни мне тело!

— Ага, сейчас. Договор заключён, и поверь, я его выполню.

— Точно? — сомневаюсь.

— Ну а зачем мне в башке тип, который пусть и не может вернуть себе управление, но может вмешаться. И самое главное, ныть о том, что я не сдержал слово. Повзрослей уже, и не мешай. Глядишь, и сможем что-то придумать, чтоб разделиться. Ну или тебя, в конце концов, отправят на тот свет.

— Но моих ты спасёшь?

— Да, только не мешай…

Два часа пролетели быстро, но Тунгус так ничего и не предпринял, наоборот, сел на жёсткую кровать и принялся чего-то ждать. На мой вопрос, почему он не действует? Этот тип пояснил:

— Предлагаешь выбить дверь? Возможно, что и получится, всё-таки, несмотря на то, что я был на вторых ролях, моя энергетика должна была изменить тело. Хоть немного. Но представь, сколько шума будет. Так что подождём, пока поведут на допрос. Заодно спросим у следака, где твоя сестра и дядя.

— Думаешь, скажет?

— А куда он денется, — и что-то такой холодное и страшное было в той интонации, которой были произнесены эти слова, что я поверил. Скажет. Ему точно скажет.

Пришли за нами примерно через полчаса. Два человека. Здоровенные лбы. Да уж, эльфы не станут служить охранниками в тюрьме. Это ниже их достоинства. На нас нацепили наручники и повели по пустым коридорам. Даже свет был приглушён в связи с ночным временем.

— Вадим, — обращается ко мне Тунгус, — очень тебя прошу, не делай глупостей, и не пытайся мне помешать иначе твоя семья может умереть.

— Помешать чему?

— Ну, например, вдруг ты посчитаешь, что убивать вот этих двоих нельзя. Типа надо вырубить.

— Они не враги. И убив их, уже не получится оправдаться.

— Ты что серьёзно ещё на что-то надеешься?

— Нет. Ты прав. Надежды нет. А учитывая, что стоит на кону… Мне уже всё равно. Делай что хочешь, но спаси сестру и дядю.

— А ты повзрослел, парень.

В комнате для допросов уже сидел следак, видно было, что он устал, по всей видимости, совсем недавно отсюда увели очередного допрашиваемого. Возможно, даже Аню или дядю Олега.

И тут в глаза бросаются свежие капли крови на полу. Твари! Возможно, это кровь сестрёнки или дяди! Твари!

— Убей их, убей всех! — яростно кричу внутри самого себя.

— Как скажешь…

Скованные наручниками руки тянут к скобе на столе, для того чтоб зафиксировать нас. И вроде безропотно позволяющий это сделать Тунгус, дождавшись момента, когда один наручник отстегнут, просто взрывается.

Толчок плечом в левого охранника и одновременно с этим резкой удар ногой в колено другого. Слышится хруст. Дёрнувшись в его сторону, врубает кулаком в висок. Не дожидаясь результата, разворот ко второму, и удар открытой ладонью в нос, снизу вверх, загоняя осколки хрящей в мозг.

Но Тунгусу, кажется, этого мало и, ухватив противника за голову, бьёт его об край стола. Затем, не успевшего рухнуть на пол второго охранника, хватает за затылок и повторяет процедуру. Готовы.

Затем прыжок через стол и удар ногой в грудь следователя. Всё происходит настолько быстро, что тот даже не успевает понять, что произошло, как врезается в стену.

— Ну что, теперь тебе не кажется хорошей идеей не вести запись пыток? — Тунгус остервенело скалится в лицо закатившего глаза следака. — Ты ведь понимаешь, что если ты тут будешь орать, тебя тоже никто не услышит?