"Фантастика 2026-200". Компиляция. Книги 1-24 - Дмитрий Ласточкин
— Из семнадцатой? — голос дрогнул. — Простите, но весь этот дом рухнул вместе с жителями, а остатки унесло волной… То, в чём вы копаетесь, это от других домов…
— Не может быть… Нет, я в это не верю! Они живые! — я стал ковырять руины с утроенной силой.
— Хватит, парень! — обладатель фонарика подошел ближе, воплотившись в тощего мужчину лет тридцати пяти. Никогда его не видел до этого. — Не сходи с ума. Всех нас потрясло случившееся, но держи себя в руках.
— Отвали! Они живые, я найду их!
— Ладно. — тощий вздохнул. — Если что — мы вон там, видишь огонь? Все, кто выжили с района. Может, кто знает о твоих больше моего.
Развернувшись, он ушел. А я продолжал ковыряться в мусоре, пока совсем не перестал видеть хоть что-то. Остановился, тяжело дыша и оперевшись на лом.
Твою мать! Придётся признать, что тощий был прав… Хотя бы до утра надо успокоиться. Всё равно хрен что увидишь. Посмотрел на небо — там было нечто, похожее на звёзды, какие-то маленькие разноцветные угольки или ещё что. Но света они давали маловато, даже, скорее, сгущали темноту, а не разгоняли её. Никакой луны для меня у этого мира не нашлось.
Плюнув, подобрал котомку с едой и пошел к огню костра.
Там сидело человек пятнадцать, не совсем уверен, некоторые были лишь слегка освещены. Тощий повернул ко мне голову, кивнул, будто негласно соглашаясь с чем-то, подвинулся, уступая место на покрытом ткань камне.
— Не нашел? — спросил тощий.
— Нет.
— Никто не знает — люди из пятого дома, семнадцатой квартиры уцелели? — спросил всех тощий.
— Неа. — ответил кто-то, другие остались равнодушны или отрицательно помотали головой.
— Прости, друг, сам видишь. — похлопал меня по плечу мужчина.
— Угу. — я просто сидел, глядя в пламя костра.
Думать ни о чём не хотелось. Этот день выел все мои эмоции и мысли, оставив одну пустоту. Не хотелось даже есть и пить, хотя я думал, что после часа разгребания завалов я буду голоден, как тощий бегемот. Но нет.
Так я посидел некоторое время, слушая переговоры, всхлипывания и жалобы, а потом отошел в сторону, устроился на котомке, как на подушке, и заснул, не отпуская из рук лома. На всякий случай.
Утром я проснулся от крика. В предрассветной мари кричала одна из женщин. Она разбудила остальных, все вскочили на ноги, не понимая, что происходит. Я тоже проснулся, но вскакивать не стал, лежал, вцепившись в лом, и смотрел на то, от чего орала эта дура.
На развалинах сидела какая-то птица, несомненно хищная, вроде орла или беркута, и клевала верхнюю половину человеческого тела, придерживая её когтистой лапой. И всё бы ничего, мало ли падальщиков на свете? Но птица была размером с лошадь, если не больше! Половина человеческого тела была в его лапе игрушкой!
А в небе, чётко выделяясь на фоне начинающихся разгораться огненных рек, кружи ещё десятки подобных птиц, сужая круги и опускаясь к нам с каждой секундой.
Глава 2
От вида кружащихся в небе десятков хищных монстров у меня мурашки по коже пробежали, а пальцы судорожно сжались на ломе. Для таких, пожалуй, и лом не будет угрозой! Попробуй пробейся сквозь плотные перья!
— Не ори! — кто-то громко шикнул на кричащую девку.
Она продолжала орать, послышался звук пощёчины, и крик всё же оборвался, перейдя в сдавленные всхлипывания, будто она зажимала себе рот руками.
— Что… что делать⁈ — раздался мужской голос.
— Их интересуют мертвецы! Прячемся под обломки! Оттуда они нас не станут выковыривать, пока вокруг столько еды!
В этом совете была доля разума — птицы в небе опускались к трупам, разрывали их когтями и клевали внутренности. На выживших они поглядывали с любопытством и настороженностью, но без немедленного желания съесть.
Повертев головой, обнаружил в нескольких метрах от себя довольно удачно сложившиеся «уголком» плиты бывшего дома. Там можно спрятаться! Хотя сомневаюсь, что это укрытие выдержит, если какой-то гигант захочет его развалить… но хоть что-то!
Аккуратно перевалившись на живот и стараясь не звякать ломом об обломки, стал ползти в укрытие. Другие выжившие тоже расползались или даже закатывались в камни. Откуда-то со стороны раздался жуткий крик, я невольно повернул голову — в небо взлетал один из пернатых хищников, держа в серповидных когтях дёргающееся тело.
— Твою мать!.. — прошептал себе под нос и пополз быстрее.
Внезапно птицы остановились, повернули головы и посмотрели куда-то вверх и в сторону. Резко поднялись в воздух и стали разлетаться, громко хлопая крыльями и унося с собой по трупу.
— Ку-куда это они? — повис в воздухе вопрос.
Посмотрел в ту сторону, куда обернулись все птицы. В ещё красноватом небе, сильно прищурившись, удалось различить две какие-то тени. Будто сосиски летели по воздуху! Или…
— Летающая колбаса⁈ — громко спросил вчерашний мужчина, что встретил меня у костра, тоже смотревший в небо.
— Нет… — я вдруг понял, что это такое. — Это драконы!
— Какие ещё драконы⁈ — истерично взвизгнула женщина лет сорока на вид, в потрёпанном банном халате.
— Я видел такие на китайских рисунках, они у них длинные и тощие, как сосиски.
— Откуда только тут драконы? — буркнул ещё один выживший.
— А откуда тут гигантские птицы⁈
— Может, это африканские! Говорят, там они просто огромные! И даже аисты хищные!
— Да нет уже вашей Африки!
На всякий случай я таки спрятался под камни, ещё и тряпками прикрылся, чьими-то бывшими шторами, чтоб быть незаметнее. Потому что летающие сосиски действительно оказались драконами! Они приблизились достаточно, чтоб можно было их более-менее подробно разглядеть — длинные, с поджатыми шестью лапами, с большой треугольной головой, делавшей их слегка похожими на летающие пенисы. Но при виде их, таких вроде бы безобидных, все беркуты и грифы в округе взлетели и поспешили убраться. Не зря же они так сделали! Значит, есть опасность даже для них!
Но всё окончилось благополучно — драконы в небе, покружившись, полетели дальше, к нависающему горбу бывшей Земли над нами.
Окончательно рассвело. При дневном свете, чем бы он тут ни был, окружающее казалось даже страшнее, чем вчера — растерзанные куски тел, свежие и старые, уже почерневшие, потёки крови, кучи обломков и мусора повсюду, обильно приправленные мертвечиной.