Авторов Коллектив - Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП)
Собратья с тревогой переглянулись — вопрос назревал и теперь требовал решения. После тихих перешептываний, вперед вышел Самлек, приглаживая свои длинные черные усы и раздумывая перед речью. Никто его не торопил, и все внимательно слушали слова воина.
— Наши братья там, на планете, и наш долг — избавить их от мучений.
Многие обменялись согласными кивками, нахмурив брови и сжав челюсти.
— Самлек прав. Цель этой охоты — прекратить страдания тех, кто на наших глазах был осквернен Хаосом, и освободить пленников Карнеля и его отступников. Но нам точно не известно, выжил ли хоть кто-нибудь из захваченных во время абордажа. Может статься, что нам будет не за кого сражаться.
Ветераны, преимущественно составлявшие передний ряд собравшихся Белых Шрамов, рассвирепели от этих слов. Провидец бури прошелся рукой по своему обветренному и покрытому шрамами лицу. Что-то придавало окраску его мыслям, а теперь — и словам. Нужно быть осторожнее.
— Не за кого? Не за кого?!
Люк-Сен в недавней битве обзавелся едва ли зажившей свежей раной, пересекавшей его лицо.
— А как же месть за павшего хана? Или за тридцать потерянных братьев? Карнель — наша добыча, а мы — охотники. Он в наших руках, и мы должны с ним покончить.
От споров кровь Люк-Сена разгорячилась — все ощущали подобное.
— Нужна уверенность, Амаль. Никто из нас не потерпит обращения к Хаосу — те, кто перешел на его сторону, нам уже не братья. Но что насчет тех шестерых?
Амаль вздохнул и сложил руки на груди после слов Люк-Сена: они были пленены Карнелем в начале погони, и ни он, ни хан подобного шага не ожидали. Провидец бури взглянул вверх на ряд фигур в доспехах, его взор остановился на недавно вступившем в братство воине, простившегося с рангом новичка и все еще ожидавшего получить свой собственный штурмовой мотоцикл. Тот внимательно наблюдал за происходящим издалека, горящий взгляд отличался проницательностью, а ритуальный шрам все еще розовел после нанесения.
— Что молвишь ты, Джетек Суберэй? Нам недостает мощи, поддержки и дара астропата. Силы врага неизвестны. Скорее всего, мы направляемся в ловушку… или того хуже.
Руки сжали церемониальные копья и кинжалы от нахлынувшей ярости, некоторые из братства в штыки восприняли дерзкие слова Амаля. Страсти были накалены до предела, но Джетек, полностью обескураженный прямым вопросом, остудил их.
— Выдвигаемся немедленно!
Карнель осклабился, видя, как десантные капсулы приземлились у дальнего края его разбившегося судна. Приказав своим намеренно выставленным напоказ войскам отступать по склонам к долине, он почувствовал с трудом удерживавшегося внутри посоха раздора демона, чья ярость была готов вырваться на волю в любую минуту. И он воспользуется мощью его вопля для пожирания душ Белых Шрамов.
Лишь одна деталь осложняла планы Карнеля: один-единственный молодой чогориец не мог принадлежать ему — у Изменяющего Пути были свои виды на него. Он не ведал на то причин, но и спрашивать о них не желал, ибо за незначительное вмешательство в его замыслы колдун был готов заплатить столь малую цену.
* * *
Амаль мощно ускорился, взрыхляя толстой передней шиной ударного мотоцикла податливую почву Валены. Позади сгорбившегося за установленным на коляску болтером Джетека Суберэя появились еще две дюжины мотоциклов, обогнув дальний край разбитого остова судна Карнеля. Столько же заняли позицию справа. Все они насчитывали едва ли половину былого состава, и Амаля все больше охватывал страх. Ауспекс с легкостью проложил бы путь к вражескому стану через высокогорье несколькими милями дальше, но вот его варп-зрение было затуманено вплоть до слепоты. Эта планета что-то скрывала, и чогориец был уверен — все тайное скоро станет явным.
Джетек также пребывал в тревоге: вначале он прочувствовал мгновенную связь с чарующей планетой; не имея дара провидца бури, его близость с природным миром всегда была сильнее, чем у остальных братьев. И сейчас взор воина приковали к себе кружащие над головой орлы. Нечто в них было…
Небо. Земля.
Джетек встряхнул головой, но вид не изменился: все так же устремленный с высоты на землю, а острота зрения превосходила таковую у собственных глазных имплантов. Он заметил колонну мотоциклистов Белых Шрамов, огибающих с фланга тлеющие останки корабля; узрел и самого себя, сидящего в коляске рядом с Амалем в центре группы. Видел и скопление вражеских сил на вершине холма — ряды наездников Хаоса терпеливо выжидали момент.
И, перед тем, как зрение вновь вернулось к стволам болтера, ему почудилась мерцающая тьмой долина.
— Трон Императора!
Изумление Джетека отчетливо прозвучало в его взволнованном восклицании, и, нарушив таким образом радиомолчание, в его уши ворвался поток негодования и ругательств. Амаль дал юноше знак переключиться на предназначенную лишь им двоим изолированную частоту, резко стукнув того по правому наплечнику.
— Что случилось, Суберэй? Говори все как есть, без утайки.
Колонна уже собиралась заезжать на холм через считанные секунды, и Джетек не знал, стоит ли сейчас делиться впечатлениями. Но провидец бури был настроен на выяснение причин шока у молодого воина — словно это разделяло его мнение о том, что с Валеной что-то не в порядке.
— Откровение, провидец. Увиденное глазами орла.
Амаль мягко сбавил ход, и ряды штурмовых мотоциклов, обогнув их, рванули вперед, а некоторые ездоки выбирали цели среди собравшихся на вершине холма наездников Хаоса и двинулись навстречу им.
— Могучее видение, юный Суберэй, но я опасаюсь…
Гиканье и призывы к погоне перекрыли его слова, когда главы отрядов набросились на свои жертвы. Как один, силы тьмы развернули своих "скакунов" и с ревом скрылись из виду в долине, преследуемые по пятам приближающимися Белыми Шрамами, чьи силуэты замелькали на горизонте. Внезапно, земля по правую сторону от Амаля взорвалась яркой вспышкой, осыпая комьями земли его самого и Джетека. Обернувшись, провидец бури увидел темные очертания строя, хлынувшего из обломков корабля колдуна: дюжины его последователей-отступников напали на арьергард. Излишнее рвение подставило их самих под удар, и Хагуран злобно выругал себя за то, что не настоял на осмотре места крушения судна, когда они проезжали мимо него.
Карнель воздел посох раздора, приготовившись нанести свой первый удар. На его позиции посередине склона холма он ждал, пока всадники промчатся мимо, а затем мысленно приказал диску Тзинча подняться над землей повыше. За считанные секунды склон заполонили мотоциклы Белых Шрамов, перепахивая огромными колесами груды земли: болтеры и талвары были воздеты, а штандарты из конского волоса гордо развевались на ветру. Заметив лорда Хаоса, многие изменили направление, но осознали тщетность применения своего оружия, когда отъявленные сорвиголовы нацелились на того, высвобождая убийственный град выстрелов во время езды. Карнель с легкостью отразил все снаряды, презрительно фыркнув от их бесполезности, и взмыл ввысь.