Александр Маркьянов - Адепты стужи

Системы кяризов строятся веками, используется при этом лишь кирка, нож да голые руки, нередко бывает так, что кяриз, начатый отцом, заканчивает сын. Мастера-кяризники — самые уважаемые люди в общинах. Воды кяриз давал немного — но опиумный мак культура более чем неприхотливая для него этой воды хватало…

— Это кяризы…

— Что? — не понял Иван

— Кяризы! — Араб подполз поближе к провалу, оказавшемуся лазом в замаскированную подземную систему — Бес! Бери Брата и давайте вниз! Иван, освободи место. Осторожнее, здесь могут быть змеи!

Первым рухнул вниз Брат, шумно приземлился. Сориентировался мгновенно, пополз в темноту. На освободившееся место красиво, по-кошачьи приземлился Бес.

— Что за дьявольщина… — спросил конечно же Бес — командир, где мы…

— Мы в кяризах… — Арабу было не до разговоров, он прикидывал насколько хватит фонариков, учитывая что их всего четыре — они идут с горы вниз, так мы сможем уйти. Выйдем либо в кишлаке либо в зеленке. За мной. И тихо!

— Стоять! Стоять, сержант!

Феттерляйн первым углядел провал в земле. Кяризы — конечно же, кяризы… Вот куда они делись…

Противно свистнула пуля, бригадир только досадливо поморщился. Там, внизу, куда опаснее…

Британцы боролись с кяризами как могли. Собственно говоря, тактика борьбы с подземными укреплениями несильно отличалась от русской тактики. Русские тоже столкнулись с подземными норами, в которых скрывались повстанцы, во время длительной и кровавой Восточной кампании. Пробовали подрывать — да вот только врыв обрушивал максимум пять метров укрепленного тоннеля. Использовали газ — не всегда помогало, повстанцы научились делать "водяные затворы", препятствующие распространению газа по тоннелям. А кяризы взрывать и вовсе было чревато — оставшись без воды, с погубленными полями, афганцы брались за оружие, потому что делать было больше нечего. Чтобы эффективно чистить подземные норы, оставалось только одно средство…

Кому-то приходилось напяливать резиновый костюм аквалангиста, брать фонарик, пистолет, иногда дыхательную систему и гранаты со слезоточивым газом и идти вниз. Короткий автомат, а чаше пистолет, специально изготовленные для таких случаев гранаты с уменьшенным зарядом. А если нет ничего этого — только пистолет, нож и дьявольское умение предвидеть и предчувствовать. Больше никак…

— Манро — принять командование! Томбс, Сноуи, Макени — за мной!

Если кто-то думает, что бригадир оставил свой отряд наверху, а сам спрятался под землю от пуль — он ошибается. И для того, чтобы понять всю глубину этой ошибки — нужно хоть раз самому побывать в кяризах. Бригадир брал на себя самую опасную часть задания, он и те кого он выбрал, уходили в неизвестность. В темноту…

Фонарь в зубы. Так делать нельзя, Немой сколько раз предупреждал. В темное время нельзя держать фонарь перед собой, тем более зажимать его в зубах. Если в тебя будут стрелять — то противник положит пули именно по источнику света. Но здесь, в тесноте кяриза свободных рук для фонаря — нет. В одной руке нож — против змей и для ощупывания того, что перед тобой. В левой — пистолет, он здесь менее ценен, но все-же нужен. Винтовка, груз — волочатся за тобой на ремне. Места нет — иногда тоннель таков, что невысокому человеку можно идти, не пригибаясь, иногда он низок как лаз для собаки в двери. Но всегда он — темен, холоден, сыр и узок как крысиная нора. Низкий потолок в некоторых местах подпирают толстые чурбаки — это при том, что дерево в Афганистане буквально на вес золота. В некоторых — он держится сам. Скальная порода…

Под ногами — точнее под коленями, сочился ледяная вода. Лаз сыр и промозгл, но иного пути нет. Где то лаз поднимается, так что можно просто идти пешком, где-то — едва протискиваешься.

Афганцы-кяризники — умные люди. В земной тверди есть слабые места, есть и пещеры, есть и промоины в грунте. Каким то сверхъестественным чутьем они выискивают такие места и соединяют их друг с другом, получая кяриз. Поэтому лаз извилист и разной высоты…

Злобное шипение раздалось из темноты, Араб остановился. Резко, так что идущий следом Брат буквально ткнулся в него носом сзади. Повел фонарем, высвечивая стены и…

Змея атаковала. Атаковала на свет фонаря, как только увидела свет — так и атаковала. Это была гюрза — змеиный спецназ одна из самых злобных рептилий в мире. Обычная змея атакует только в критических ситуациях, если ситуация не критическая она предпочитает уползти. Кобра, оберегая зубы, перед тем как ужалить, делает угрожающую стойку и обычно пару раз делает ложный выпад — бьет головой, не открывая рот. Только потом, если этого так и недостаточно, жалит. Гюрза атакует сразу, даже если есть возможность уйти…

Что-то серое, упругое ударилось в камень совсем рядом с рукой, только спецназовская выучка позволила Арабу среагировать. Отдернув руку с линии атаки, он выстрелил из пистолета — раз другой, третий, стрелял, пока не опустел магазин. Удушливый, резкий запах сгоревшего пороха заполнил кяриз, грохот выстрелов больно ударил по ушам. Теперь все, кто есть в кяризах, знают, что они здесь, что они идут. Но другого выхода нет — на повторную атаку змее нужно несколько секунд. Хорошо, что не автомат — иначе рикошетами с такого расстояния покрошило бы всех.

Продышавшись и прокашлявшись, Араб посветив на то место куда он стрелял. Ничего — лишь ошметки змеиного мяса и черная блестящая кровь на камнях…

— Араб…

— Норма. Двигаемся дальше — подрагивающими руками Араб вставил новый магазин в пистолет — передай дальше, пусть Бес ловушку поставит…

— Стоять!

Бригадир проговорил команду шепотом, но услышали все. Замерли — черные тени в непроглядном мраке…

Выстрелы… Они что охренели? И вправду ведь выстрелы…

— Сэр…

— Тихо! — вкладывая в голос максимум ярости, проговорил Феттерляйн

Где… Не поймешь, звук в таких местах очень обманчив. Интересно, они правильно идут? Кяризы ведь — система сложная, ветвящаяся. Это русским все равно куда идти, лишь бы подальше от места боя. А вот им надо пройти точно по следу русских.

И какого черта они стреляют?

Здесь ширина кяриза позволяла, поэтому бригадир полез в карман и достал большой, черный цилиндр, зажал его в левой руке. Затем молча пополз дальше…

Влево или вправо…

Им надо было уходить. Подальше от места боя, как можно дальше. Забиться в нору как крысам, дождаться вертолетов эвакуации. Но как понять, куда ведет кяриз? Под землей невозможно ориентироваться, можно лишь сворачивать по системе — если прошлый раз свернул вправо — значит сейчас надо влево. И идти — как можно дальше уходить от места боя. Идти по этой подземной тропе в никуда — может быть она выведет их прямиком к водам Стикса[27] и им нечем будет заплатить Харону[28] за перевоз…