Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

– Чем собираешься заниматься? – поинтересовался я, тоже жадно откусив от сэндвича. Кстати, чертовски вкусного сэндвича. Надо будет запомнить это местечко.

– Уже занимаюсь. У меня два офисных здания в Сеуле, аренда с которых уже приносит больше денег, чем сцена. Просто я не хочу подставлять агентство, которое продолжало работать со мной последние годы. И, кстати, за одно из них скажи спасибо своему отцу. Это он мне его передал в обмен на то, что я не буду пытаться выйти за тебя замуж или заводить от тебя детей. А вот второе я купила на свои – кровью и потом заработанные деньги.

– Хороший ход, – усмехнулся я, оценив расчётливость и прямолинейность этой особы.

– Фак, я думала, ты взбесишься, а ты даже бровью не повел, – наигранно расстроилась она. – Ты как-то изменился. Стал спокойнее, сдержаннее... Будто совсем другой человек. Да и мои дела тебя никогда не интересовали.

– А что тут расстраиваться? Думаю, старик все равно не дал бы этому случиться.

– Это правда. Но знаешь, так обидно стало – я с четырнадцати лет надрывалась, а стоило подцепить недалёкого наследничка... Я даже тогда всплакнула. Но, если честно, он переплатил. У нас всё равно не могло бы быть детей. Просто, когда мне было шестнадцать, я не думала, что аборт, сделанный по методу, найденному в сети, – это плохая идея, – сказала она как бы в шутку, но в голосе всё равно слышался надрыв.

– Кстати, если мне понадобится помещение для фирмы, сделаешь скидку? – решил я сменить тему, да и профессиональный инстинкт сыграл.

– Ага, разбежался. Еще накину – за разбитые мечты, – усмехнулась она, делая большой глоток из бокала с пивом, стоявшего перед ней. – Я-то, когда тебя увела у той малолетки, думала, что джекпот сорвала. А получила жалкие крохи со стола "Тэхва Групп".

– Ну прости, – развел руками я, – но смотрю, ты и без меня справляешься.

– Конечно, справляюсь. Сэйрин всего добилась сама, – гордо ударила она себя по груди, отчего поперхнулась сэндвичем и закашлялась.

– Макс, а я тебе говорил – не покупай такое старье, – усмехнулся невысокий крепкий парень с большой спортивной сумкой на плече, подходя к спортивного вида автомобилю ярко-оранжевого цвета. Машина стояла на паре домкратов, а из-под нее торчали только ноги владельца в драных джинсах, измазанных машинным маслом.

– Сам ты старье, – глухо донеслось из-под машины. Спустя секунду показался Макс – довольно высокий парень с растрепанными русыми волосами. Он вытер вспотевшее лицо тряпкой, которую взял с капота, отряхнулся и, игнорируя насмешливый взгляд друга, забрался за руль.

Ключ повернулся в замке зажигания, и тишину прорезал низкий, агрессивный рев мотора. Двигатель работал ровно, но в этом звуке чувствовалась необузданная сила.

– Ну и кто тут старье? – довольно усмехнулся Макс, слегка подгазовывать, наслаждаясь звуком.

Рычащий и грозный звук издавала старая Тойота Супра 1993 года – настоящий зверь, которого Макс купил у знакомого знакомого… знакомого. Тот знал человека, желавшего избавиться от какой-то древней, давно не заводящейся машины. А тот, в свою очередь, получил ее за долги – и, не найдя покупателя, просто загнал в гараж и забыл на десять лет. Напомнил о себе автомобиль неожиданно: приходом налога. Владелец махнул рукой и решил сбросить с себя эту обузу.

Так Супра досталась Максу почти даром. Почти – потому что все, что он сэкономил на покупке, ушло на то, чтобы этот неплохо «заряженный» одним из прошлых владельцев монстр хотя бы просто заводился. Только в последний месяц Макс наконец начал выезжать на ней без страха, что она заглохнет посреди трассы.

– Вот честно, я не понимаю, что в этом такого. Я бы себе лучше новый "Мерс" купил или "бэху".

– Так купи, и тогда сам будешь ездить на свои бои.

– Может, и куплю, – сказал парень, а после добавил: – Вот когда на международный уровень выйду, тогда и куплю.

– Костян, ты сначала на национальный выйди.

– Михалыч сказал, что если я побью этого башкира, то после еще пары боев в нашем болоте он повезет меня в Москву.

– В саму Москву? – усмехнулся Макс, убирая домкраты из-под машины. – Ну тогда ладно, верю. Скоро купишь себе и "бэху", и "Мерен", и даже кресло на колесиках, когда тебе по голове надают. Ты Михалыча своего видел? – Х-х-х-хо-хо-хо-хочешь т-та-так же, к-к-к-к-к-как о-о-о-о-н? – выдавил Макс.

"И зачем я это ему говорю?" – подумал Макс, так и не поняв, в чем прелесть получать по голове.

– Г-г-главное – в-вовремя о-о-остановиться, – ответил Костя, припомнив слова своего тренера, который на собственном примере показал, что бывает, если не завязать с боксом вовремя.

– Вот и я говорю – остановись. Тебе сколько лет?

– Двадцать три. И что с того? Есть и те, кто поздно начал.

– И кто, например?

– Да какая разница! Сегодня порву этого Хабибулина, и вот тогда посмотрим, как ты запоешь, – рявкнул Костя, так и не найдя нужного примера.

– Ну, например, порвешь ты этого башкира, и что дальше? Сколько раз ты уже был в нокауте?

– Два.

– Ну вот. И это, как ты говоришь, в нашем болоте. А к тридцати таких уже с десяток накопится – вот тогда еще и ораторским способностям своего Михалыча завидовать будешь.

Они вместе записались в секцию бокса еще на первом курсе универа – сразу после того, как сцепились с одним кавказцем, который быстро выбил из них всю дурь. Правда, Макс еще попытался сопротивляться, а вот Костя мгновенно отправился в свой первый нокаут. Так что, если быть точным, у Кости их было уже три.

Кстати, того самого парня по фамилии Дзагоев они потом встретили в секции у Михалыча. Оказалось, он вполне нормальный тип – если, конечно, не пересекаться с ним ночью в темном переулке. А вместе с ним там тренировались и двое его братьев.

– Вот что ты заладил, как мамочка? А вот батя мой одобряет мои занятия боксом. И, кстати, знаешь, Михалыч все еще спрашивает о тебе. Он даже тогда говорил, что у тебя талант, – сказал Костя, решив сменить тему.

–