Трон галактики будет моим! Книга 12 — Тысяча гигатонн - Андрей Валерьевич Скоробогатов

— Вы… Ваше величество, — пробормотал Костик и упал на колено. — Вы пришли меня убить, или пришли нас спасти?

— Встаньте, — приказал я, а сам присел на ближайший косоногий стул. — Правильно именовать меня Ваше высочество, или Ваше Высокопревосходительство, да и просто Александр Игнатьевич в приватной беседе — сойдёт. По поводу того, убивать вас, либо нет — я пока не решил. По законам военного времени я должен вас прикончить на месте. Как человека, который подрывает покой и разрушает тыл цивилизации, ведущей эксизтенциальную борьбу против анти-человечества. Как активиста из социума, который громко орёт о его проблемах, и тем самым привлёк к ним моё внимание — я должен прислушаться и поблагодарить. Но чтобы во всём разобраться — мне важно понять ваши истинные цели и задачи. А также тех, кто за вами стоит.

И тут я сделал многозначительную паузу, после которой паренёк всё-таки вышел из оцепенения, допёр, что я требую от него вопроса, и сказал:

— Ох, да никто за нами не стоит, мы сами как-то, в чатах, вон, меня как-то добавили в чат по обмену продуктами для городских бедняков, потом продуктов стало всё меньше, мы объединились, потом склады закрылись, мы вышли на улицы… и вот… Толпа как-то сама захватила городскую ратушу и два челночных вокзала.

— Ага. А потом вы решили на захваченных челноках перелететь через море и захватить Аграрный Лифт. Со стоящими на лифтовой станции сухогрузами и двумя боевыми катерами ближнего радиуса. По пути сбив вылетивший на перехват атмосферный истребитель и расстреляв десяток бронеглайдеров окружения. Так?

— Нет-нет! — воскликнул Костик. — Я был против этого! Я вообще был против того, чтобы мы что-то захватывали. Это… это, конечно, сделали тоже наши люди, но я их уговаривал не делать такого. Просто… Они забрали всё оружие, кроме вот этих двух бластеров.

Он мотнул головой в сторону своих охранников. Они кивнули, подтверждая — мол, вот, всё оружие, которое было.

Я тихо написал Октавии:

«Если эти два ствола — единственные на площади, то выясни, кто стрелял в меня».

«Уже выясняю. Дроны Термитника обследуют местность, уже нашли двух предполагаемых снайперов».

«Отлично. Упакуй их, пока мы тут побеседуем».

— Кого именно вы уговаривали? — продолжил я допрос. — Если захват Лифта организовали другие активисты, то у них как минимум есть имена. Диктуйте.

— Ну… Ванька Рыжий. Игнасио Василевский. Ещё… — Он запнулся на середине фразы, поймав очень недовольный взгляд одного из своих охранников. — Но Александр Игнатьевич! Прошу вас, они тоже ни в чём не виноваты! Виноваты их убеждения!

— Да? — усмехнулся я. — Какие-такие убеждения?

— Они говорили, что хотят погибнуть смертью храбрых, когда вы явитесь со своим непобедимым флотом и атакуете станцию Лифта ядерными торпедами. Хотят войти в историю, как мученики за свободу…

Я едва не рассмеялся, хотя смеяться тут не было над чем.

— Очень красиво. А с чего это я должен был атаковать станцию Лифта ядерными торпедами? Это же важнейший инфраструктурный объект на планете. Если не в системе в целом. Если вы плохо читали мою биографию, я, наоборот — предпочитаю космические лифты строить, а не атаковать ядерными торпедами.

Костик пожал плечами.

— Ну… Они почему-то были уверены в этом. Им так сказали, что иначе быть не может.

— Кто сказал? — спросил я. — Пойми, Константин, даже если они не виноваты и действуют от чистого сердца — у них точно есть свои лидеры мнений, которые привели их к такой замечательной идее.

— А, ну… Первый про идею погибнуть на взорванном лифте говорил Прокудин-Нищий. Известный оратор и пропагандист в сети.

— Как-как? Прокудин-Нищий⁈ Шикарный псевдоним! — тут я уже не выдержал и в голос засмеялся. — Особенно если знать, кем он был два года назад! Но разве это кому-то нужно!

— Я не во всём с ним согласен! — на всякий случай сказал Костик.

— Ну и где он?

— Точно неизвестно… Я с ним общался всего один раз. Он привозил медикаменты, печенье какое-то раздавал… Он, в основном, видео записывает. Они тут по всем чатам распространяются.

— Печенье, значит, раздавал… — усмехнулся я. — Не осталось, случаем?

— Д-да, где-то оставалось. Вот, наверное.

Пареньки выудили где-то из коробок последнюю недоеденную пачку печенья. Я вынул одно, посмотрел — квадратное, пахнущее десятком подсластителей и усилителей вкуса, наверняка содержащее переработанную органику, зато с выдавленным довольным смайликом на обратной стороне.

Я разглядел печенье, а затем практически машинально сжал его в кулаке, медленно просыпав крошки через пальцы, словно песок. Многозначительно так.

— У вас такое замечательное имя. Константин! В честь императора же назван, так? Как и десять других миллиардов юношей в галактике. Зачем вы этим занялись, Костик?

Парень нервно сглотнул.

Ну, ещё бы — он уже давно понял, что от правильных ответов на вопросы зависит если не жизнь, то точно — его судьба.

— Я всегда хотел, чтобы меня звали Александром, — ответил юноша. — Имя «Константин» никогда не нравилось.

Вот же зараза! Умеет польстить в самый ответственный момент. Хотя, возможно, он и сам не догнал, что сказал. Да, если поковыряться в этой черепушке — наверное, много чего интересного можно было бы найти. Ведь он дворянин, пусть и бедный. Наверняка всё это делает, чтобы что-то доказать себе, а также своим родителям и старшей сестре…

— Что вы хотите, Константин? В чём ваша истинная цель? Как правило, люди вашего возраста занимаются таким, чтобы произвести впечатление на какую-нибудь неприступную барышню, я угадал?

— Барышню? — вспыхнул он на миг, из чего я сделал вывод, что близок к истине. — Я хочу… Чтобы… люди не голодали. Чтобы работа была, и жильё, ну и прочее, как обычно. Я уже все накопления свои семейные на это потратил. Сначала просто закупал и раздавал… Потом — вот, палатки закупил, нашёл спонсоров, которые воду привозят…

— А что там на счёт переселения на Герберу?

— Если надо — переселимся! — радостно закивал Костик. — Если нет — здесь останемся. Только люди голодают…

— С голодом мы вопрос решим, — заверил я активиста. — Хотя прямо сейчас из челнока никто зерно выкидывать не будет, у нас тут не площадная пропагандистская акция. Постепенно, в течение ближайших недель. А что по поводу переезда и безработицы — есть у меня одно предложение. Прямо скажу — переезд на Герберу нужно заслужить. Просто так в самую