Турецкий. Цейтнот - Андрей Лучиновский

– Сбой кольца, Кира? – поинтересовался, сидящий рядом со мной, Рысь, – Что-то слишком короткий откат получился.

Расположившаяся на переднем пассажирском месте Дана, тут же развернулась к нам, забравшись на сидение с ногами.

– Кольца тут вообще ни при чём, – задумчиво ответил я, пялясь в окно.

Управляемый Марком флаер стремительно сокращал расстояние между пригородом Сарагосы и Лесиньеной, и мимо нас проносились полоски зеленеющих оливковых посадок, разделённые между собой многочисленными дорожками с водоотводами. Вид был хоть и однообразный, но довольно приятный и успокаивающий. Не то что наши бескрайние унылые поля, где и взгляду-то было негде зацепиться.

– Тогда что это было?

– Без понятия, Лёня, без понятия… – протянул я, пристально глядя в Данькины глаза, – Когда приедем, тогда и буду разбираться. Но одно уже знаю точно – это был спонтанный прыжок.

С нашего приезда в Гишпань прошла всего неделя, но за эти несколько дней мне удалось немного отрешиться от всех своих проблем и отдохнуть душой и телом. К своему удивлению, я понял, что совершенно забыл каково это жить спокойно и беззаботно, не планируя свои действия на три хода вперёд и не ломая голову над вопросами откуда может прилететь следующий удар по тебе или твоим близким. Эх… Маму бы ещё сюда. Слишком коротким и скомканным получилось наше с ней прощание.

– Ау, Кира-а-а! – внезапно прорвался ко мне голос Даны, – Ты чего завис?

– А? – не понял я, замотав головой, чтобы прийти в себя.

– Бэ, – съязвила сестра, – Ты ответишь или нет?

– Извини… – я мельком бросил взгляд за окно, и с ужасом понял, что ещё мгновение назад никаких домов вокруг нас не было.

– Задумался?

Ни хрена я не задумался. Я словно выпал из реальности – вот только что был тут, и больше ничего не помню, словно из памяти вырезали маленький кусок.

– Не, ну а всё-таки, Кир? Ты разрешишь мне с Ликой поехать в Мадрид?

– Кир? Может ты меня скоро начнёшь Ки называть? А затем и ещё проще – эй, ты? – внезапно вспылил я, – Никуда вы не поедете, ни ты, ни она. Смотрю совсем страх потеряли. Здесь не курорт!

Дана в ответ недоуменно похлопала ресницами и резко отвернулась – до меня донеслось её недовольное сопение. Рысь толкнул меня локтем в бок.

– Ты чего это на девочках срываешься? – спросил он шёпотом.

– Не твоё дело, – зло прошипел я в ответ и отвернулся к окну, давая понять, что не желаю продолжать разговор.

Но продолжить его пришлось. Рысь, сволочь такая, воспользовался своим даром и ушёл в невидимость, чтобы тут же оказаться в моей голове:

– Тебе надо всё рассказать дону Алехандро. Он медик покруче Городецкого, всю жизнь с одарёнными работал.

– Круче Борисыча он быть не может. Фаренго больше теоретик, а наш Борисыч практик.

– Ты в этом уверен? Тебя представили роду Фаренго и ты на этом успокоился? А мы с Марком вот справочки-то навели. Род у них хоть и графский, но они построили на свои средства четырнадцать больниц по всему Арагону для простого народа, где успешно этот самый народ и врачуют, нарабатывая опыт. И глава рода, дон Алехандро, не исключение – многие люди ему обязаны жизнью. Особенно дуэлянты, – тут Рысь коротко хихикнул.

– Ты чего ржёшь? – не понял я.

– Последней его операцией до попадания в кабалу к Прозорову была особенно успешна и устроила фурор в медицинских кругах. Местных кругах, естественно, у нас об этом не писали… – Рысь многозначительно замолчал.

– Ну, и? Не томи, Лёнька.

– Он сумел вернуть одному идальго способность снова работать с даром, которую тот потерял после схватки – пациенту продырявили башку, ну и видать что-то сильно в ней повредили.

– А чего тут смешного? – не понял я.

– Да просто через неделю после операции, этот самый идальго проклял Фаренго. Ему теперь до самой смерти не нужны лекарства от импотенции, потому что у него вечная эрекция.

Я промолчал, обдумывая предложение Рыси. С одной стороны, то, что случилось явно выпадало из канонов использования колец и тут меня просветить не мог никто. С другой стороны, а вдруг это проснулись новые возможности моего организма, и тогда помощь дона Алехандро может оказаться весьма кстати. В конце концов, ведь есть же у лекарей свои способы диагностики нарушений нервной системы. А она имеет почти такую же природу, что и система управления даром – в этом я убедился во время медитаций.

Медитация! Чёрт, я слишком давно не медитировал. По приезду Лика как с цепи сорвалась – наши ночи были наполнены безудержной постельной деятельностью. В общем, не до самопознания мне было последнюю неделю.

– Лёня, договорись с доном Алехандро о встрече сегодня вечером. Только не говори ему о теме будущего разговора.

– Как скажешь, – ответил тот уже вслух, пропав из моей головы и проявившись рядом.

Мы уже подъезжали к городку, когда Марк громко спросил:

– Это что ещё за урод нас догоняет?

Одновременно вывернув головы назад, мы с Рысью с удивлением уставились на быстро приближающийся флаер, который пёр прямо на нас, даже не делая попытки сместиться для обгона.

– Марк, жми! – заорал я, – Дана, на пол!

Нашу машину резко бросило вперёд. Как бы не были тренированы рефлексы Красовского, но он не успел ускорить флаер. За него это сделал чужак, врезавшись в нас сзади. Раздался удар и…

Хлопок!

Прыжок на две минуты назад

– Ну вот ещё, – невозмутимо сказала сестрёнка, – На грязном полу я сидеть не собираюсь.

Рысь рассмеялся:

– Ну что, Кира? Уделали тебя?

– Я вообще-то собирался разнести этого дебила, мне надо злость на кого-нибудь слить, а Дана меня такой возможности лишила.

– Вы о чём это? – подал голос с водительского сиденья Красовский, – Будет нападение?

– Притормаживай, там за нами вроде погоня сейчас покажется, – хлопнул я его по плечу, – Выйду посмотрю, кто там такой бессмертный.

Флаер послушно замер возле въезда в черту Лесиньены, и я медленно вылез из машины. Хотя дело уже шло к вечеру, солнце всё ещё было высоко, и мне пришлось прищуриться, прикрывая глаза от потока яркого света. Обернувшись на щелчок замка, я увидел Дану, которая собиралась вылезти из флаера.

– А ну брысь обратно, – шикнул я на неё, – Хватит с меня на сегодня твоих выходок.

Фыркнув, Дана захлопнула дверь. Снова повернувшись к дороге, я увидел приближающийся флайер. Наверняка это тот мордоворот, очухался наверно и решил отомстить, оскорбившей его "мужское" достоинство, девчонке. Странно, что он один, такие обычно скопом любят проблемы решать. Ну да сейчас узнаем. Я спрятал обе руки за