Александр Задорожный - Проклятое созвездие

Как только Глория приобрела естественные размеры, Смайлз очнулся. Он заморгал, облизал пересохшие губы и потянулся в кресле.

— Тебе хорошо? — поинтересовалась Глория.

— Да… — прохрипел Смайлз.

— Ты любишь свою «мамочку»?

— Конечно, дорогая! Как ты можешь в этом сомневаться! — заверил Смайлз, протирая кулаками глаза. — Ты единственная, с кем я чувствую себя мужчиной.

Когда Леон отнял руки, Глория оказалась уже одетой.

— Меня всегда восхищало, как ты быстро одеваешься. Если бы ты так же быстро и раздевалась…

— Вот внедришь систему контроля, тогда я смогу целыми днями ходить голой у тебя дома.

— Это будет здорово! — Смайлз соскочил с кресла.

— Ты не забыл, что тебе надо сегодня сделать в первую очередь, дорогой?

— Поймать Пьера Хилдрета.

— А что еще?

— Выиграть выборы и внедрить систему контроля?

— Умница, совершенно верно.

— Тогда я побежал. — Смайлз заспешил к выходу. У дверей лифта он остановился и, повернувшись, помахал ручкой. Глория в ответ послала ему воздушный поцелуй.

Вернувшись к себе в кабинет, Смайлз первым делом созвал заседание предвыборного штаба. В кабинет через пять минут вошли Рэгнар Роке и Миррэр Войт. Каждый сел на свое место. Первым доклад начал Рэгнар Роке.

— Джеймс Хэнк вчера провел несколько совещаний. Записал восемь интервью на телевидении, шесть на радио Посетил двадцать четыре полицейских участка Плобитауна…

— О чем ты мне говоришь, Роке? Я тебя не понимаю, — перебил своего помощника Смайлз. — Мне это все не интересно. Я сам делаю то же самое. Меня интересует, сколько взяток и за что получил комиссар Хэнк, где превысил свои служебные полномочия, в котором часу поехал к любовнице. А то, что ты мне сейчас сообщил, для меня не представляет никакой ценности.

— Мне не удалось получить никакой информации о полученных взятках или превышении служебных полномочий, — невозмутимо сообщил Роке. — И любовницы у комиссара Хэнка также не обнаружено.

— К Хэнку мы еще вернемся, — пообещал Смайлз. — Что у тебя, Войт?

— Боб Даркман, как мы и предполагали, постоянно держит связь с Фаризетти. Сегодня ночью его люди пытались задержать в поезде ПСМД некоего Пьера Хилдрета…

— Кого?! — воскликнул Смайлз.

— Пьера Хилдрета, — повторил Войт.

— С этого момента подробнее, — приказал Смайлз своему подчиненному.

— По нашим данным, люди Боба Даркмана, члены «мобильной бригады» профсоюза — пытались захватить в ночном поезде, следующем по маршруту Плобитаун — Грейфикс, Пьера Хилдрета — человека без определенных занятий, бывшего гражданина Империи, специалиста по охранным системам Сопровождающие Хилдрета Скайт Уорнер и Дерк Улиткинс, бывшие космические пираты, амнистированные за заслуги перед Союзом во времена звездных войн, оказали сопротивление. После неудачной попытки «докеры» запросили помощь у Фаризетти, который прислал своих лучших людей: Диего Альвареса и Моурито Эстэбана, проходящих в нашем досье под кличками Могильщик и Немой. В результате возникшей перестрелки люди Фаризетти были убиты, поезд из-за технических неполадок остановлен. В данный момент местонахождение Пьера Хилдрета неизвестно.

— Пьер Хилдрет! — воскликнул Смайлз. — Как вы его упустили?

— Он сошел с поезда. Но мы предполагаем, что он вместе с Уорнером и Улиткинсом сейчас находится в Грейфиксе.

— Шеф, — подал голос молчавший Роке, — Джеймс Хэнк сегодня лично вылетал к поезду, где произошли эти события. Ради этого комиссар даже опоздал на открытие памятника «Честному полицейскому».

— Чудесно! — воскликнул Смайлз, вскочил с кресла и, заложив руку за лацкан пиджака, принялся ходить вдоль виртуального окна. — Все, кроме меня, интересуются Пьером Хилдретом. За ним ведется настоящая охота! Только начальник службы безопасности ничего не знает. Зачем Даркману, Фаризетти и даже Хэнку нужен этот человек? Что такого знает этот Хилдрет, чтобы все сошли с ума по этому человеку? Кто мне ответит на этот вопрос?

Роке и Войт молчали.

— Так, приказываю объявить Пьера Хилдрета в общепланетный розыск как особо опасного преступника. Он не должен покинуть Плобой. — В этот момент Смайлз как никогда чувствовал, что ему не хватает глобальной системы контроля над населением. — Вы еще здесь? Выполняйте! Дорога каждая минута!

Помощники резко встали и, на мгновение замерев по стойке «смирно», вышли из кабинета.

Смайлз подождал, пока они выйдут, и нажал на кнопку селекторной связи.

— Позовите ко мне Перри Рутса.

Не успел Леон Смайлз отпустить кнопку, как в кабинете появился имиджмейкер. Перри сразу затмил своим пестрым одеянием всю выдержанную в нейтральных тонах обстановку кабинета Смайлза.

— Доброе утро, господин Смайлз! — приветствовал Леона этот толстый человек-попугай.

— Доброе утро, — ответил Смайлз, неотрывно глядя на фиолетовую бородку Перри.

— Сегодня у нас обширная программа: дюжина встреч на телевидении, съемки рекламных роликов, посещение школы эстрадного танца, а под конец дня обед в центральной ночлежке для малоимущих. Но гвоздем этого дня должно стать ваше разоблачительное выступление в программе новостей на Первом Плобитаунском канале.

— Что за выступление? — поинтересовался Смайлз.

— Вы разоблачите комиссара Хэнка.

— В чем?

— В подтасовке фактов и использовании грязных рекламных приемов, — пояснил Перри и расплылся в самодовольной улыбке. Розовые стекла его круглых очков хищно блеснули. — Сегодня на месте происшествия, возле остановившегося поезда, комиссар заявил, что обезвредил бомбу. — Перри открыл свой электронный органайзер и продемонстрировал Смайлзу запись программы утренних новостей. — Но благодаря вам стало известно, что в руках у комиссара Хэнка находится не бомба, а его старый термос для кофе, подаренный комиссару сослуживцами, когда Хэнк еще был капитаном! Вот посмотрите! — Перри нажал на стоп-кадр, добавил резкости и увеличил картинку. На цилиндре, который держал в руках Хэнк, отчетливо виднелась дарственная надпись: «Капитану Хэнку от сослуживцев».

— Отлично! Великолепно! — обрадованно воскликнул Смайлз. — Перри, ты гений!

— Я просто хорошо выполняю свою работу, — скромно ответил имиджмейкер и протянул Смайлзу стопку распечаток. — Здесь ваши выступления, ответы на вопросы и обличительная речь по поводу неприглядного ведения избирательной кампании комиссаром Хэнком.

Мощный десятиосный электротягач с тремя прицепами, груженными пиломатериалами, мчался в общем потоке машин по четвертому ряду скоростного шоссе Плобитаун—Грейфикс. Впереди, куда уходили белые фосфоресцирующие полосы разметки дороги, в молочном утреннем небе уже отчетливо виднелись высотные дома второго по величине города планеты.