"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров
Дух земли замер. Его движение прервалось. Жёлтый свет в его глазах мигнул, будто от непонимания. Он начал неуклюже шарить по своей груди, словно пытаясь выковырять невидимое насекомое. А затем всё сильнее и сильнее, будто в панике. Он просто забыл о шагах, стараясь избавиться от помехи.
— Время! — раздался голос Кроу.
Я рухнул на колени, обливаясь потом, голова гудела от боли и истощения. Дух земли медленно рассыпался в кучу камней, которая затем растаяла в полу. Моя уцелевшая марионетка, почти пала, но осталась цела. Свет в её кристалле померкнув до тлеющего уголька. Однако, она доползла до меня и замерла у ноги. Я же подобрал марионетку с гордостью смотря на своё создание.
В зале повисла недолгая тишина. Что вскоре была нарушена раздавшимися негромкими, размеренными хлопками. Это был Кроу.
— Браво, — сказал он, и в его голосе звучало искреннее одобрение. — Первые две марионетки ты использовал довольно стандартно и ожидаемо. Даже если бы ты смог уничтожить обе ноги, то голем всё равно бы смог двигаться с помощью рук. Конечностей у него четыре, а марионеток три. Я думал, на этом ты и попадёшься. Но ты меня удивил. Третью ты использовал куда умнее. Как психологическое оружие. Использовав его разумность против него же. Это… нестандартно. Хоть и глупо для настоящего боя. Любой разумный призыватель отдал бы приказ игнорировать твою игрушку. Но в текущих условиях, когда я не мог вмешиваться — это был отличный вариант.
— Надо только на будущее встроить функцию подрыва в марионеток, — задумавшись, кивнул я.
Он подошёл, поднял с пола потрёпанную марионетку, внимательно её осмотрел.
— Конструкция хлипкая, ресурс катастрофически мал, управление слишком энергозатратно для такого результата. — Затем он посмотрел на меня, и его глаза блеснули. — Но идея… Идея блестяща. Ты мыслишь не как солдат, а как тактик. И, что важнее, ты умеешь импровизировать, используя слабости врага. Это и был главный урок каньона. Похоже, ты его усвоил.
Он положил марионетку мне в ладонь.
— Завтра начнём работу над шаблонными плетениями. Они помогут тебе тратить меньше сил на рутину. А потом… Если доведёшь своих «букашек» до ума, мы опробуем их в условиях, приближённых к боевым. У меня как раз есть идея насчёт одного старого подземелья… — Он повернулся к выходу, но на пороге обернулся. — И, Фауст. Не переутомляйся. Гении, сгоревшие на взлёте от чрезмерного усердия, никому не нужны. Ты сделал за день больше, чем иные ученики за месяц. Этого достаточно. Отдохни.
Дверь закрылась. Я остался сидеть на прохладном полу тренировочного зала, сжимая в руке металлическое тельце своей первой рабочей марионетки. Навалилась моральная усталость, но внутри бушевал огонь предвкушения. Предвкушения нового пути в моём совершенствовании магии.
Я посмотрел на потухший кристалл марионетки.
«Ничего, — подумал я. — Отремонтирую. Улучшу. Сделаю сильнее».
Азарт от изучения нового уже проснулся во мне. И я не собирался его игнорировать!
Глава 11
Следующий день, что было весьма неожиданно, начался не с пробуждения в подвешенном состоянии и не с подарка на тумбочке, а с размеренного стука в дверь.
— Входите, — сонно пробормотал я, ещё не до конца отойдя от сна.
Внутрь вошёл Кроу, чья улыбка мне почему-то не понравилась.
— Вижу, ты уже проснулся, — произнёс архимаг — Отлично. Поспеши. У меня сегодня хорошее настроение, так что можно углубиться в тему, которую ты так хотел. Артефакторику.
— Артефакторику? Я быстро, — моментально подскочил я с кровати и начал собираться.
После чего мы перешли в одну из комнат поблизости, что была практически пустой. Лишь пара столов, да шкафы у стен с кучей деревянных и металлических заготовок.
— Эм, а разве для артефактов не нужны особые чернила и прочее? — удивился я.
— Ерунда! — отрезал Кроу, и его голос стал лекционным, чётким и не терпящим возражений. — Всё это — просто костыли. Возьми заготовку максимально насыщенную маной и добавь к ней ещё маны… Да, получится мощный артефакт, но уж слишком ограниченный. Подлинные шедевры создаются только благодаря внедрению плетений в материал. И чем сложнее плетение, тем труднее его внедрить. Именно поэтому за такими артефактами идёт настоящая охота. Я бы мог обучить тебя создавать артефакты из магически активных материалов, но считаю это напрасной тратой времени. Тем более что видел, что ты уже владеешь базовой способностью внедрения плетений в заготовки. Именно это тебе и нужно развивать!
Он подошёл к столу и положил передо мной деревянную ложку, затем — обычный речной камень, медную монету и пустой стеклянный флакон.
— Высшая форма артефакторики — не вырезать знаки на предмете, а вплести нужное свойство прямо в его суть. В его связь с миром. Плетения — не просто накопители маны. Не просто какие-то стихии, а концепции, материализованные силой твоей воли. Гибкость, прочность, острота и многое иное. Ты вкладываешь в них идею, и они её воплощают. То же самое — с предметом. Но предмет уже существует. Он уже имеет свою форму, своё прошлое. Дерево ложки помнит лес, камень — речное дно, монета — руки, через которые прошла. Наша задача — не сломать эту память, не переписать её грубо, а… договориться. Добавить новую строчку в её историю. Или, если предмет прост и молод, как этот флакон, — написать её с чистого листа.
Он взял камень в руку и закрыл глаза. Никаких вспышек света, никакого бормотания заклинаний. Просто концентрация. Через несколько секунд камень в его ладони начал медленно светиться ровным, тёплым светом, будто в него встроили крошечное солнце.
— Смотри внимательно. Я не просто заставил его светиться от вложенной маны, а вплёл в него саму