"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

Всего мгновение! И оглушительный треск разлетелся далеко окрест.

Внушительные куски горы градом обрушились прямо на головы преследователей.

Когда пыль рассеялась, перед Максом открылась неприглядная картина: мутант поменьше был раздавлен огромным валуном. Первый же, весь в крови, хоть и придавленный камнями, всё ещё шевелился, пытаясь выбраться.

Грей холодно посмотрел на чудовище и без сожаления выпустил потоки огня, испепеляя существо.

Битва осталась за группой Стенхоупа.

И то, что они здесь искали, было найдено. Имя того, кто находил долгожителей для мерзких опытов алхимиков Ордена.

– Нужно спешить, леди Белла может быть в опасности, – глухо прорычал Максимилиан, собираясь пуститься в путь немедленно.

***

Леди Изабелла Элисон

В отсутствие Максимилиана я занималась наукой и проводила особые занятия с Кэнсином и моими помощниками-целителями в лаборатории нашего отделения. На большом столе были разложены рисунки, тщательно мной подготовленные: схемы клеток различных тканей человеческого тела.

– Смотрите внимательно, – я указала на первое изображение, – это нейроны, клетки нервной системы. Запомните их особую форму – центральное тело с ядром и длинные отростки, по которым передаются сигналы.

Кэнсин-сан слушал и глядел в оба глаза, явно стараясь ничего не пропустить – его лицо выражало глубокую сосредоточенность.

– Изабелла-сама, если эти отростки повреждены, как при болезни господина Бриггса, можно ли направить магию именно на их восстановление?

– Именно об этом я и хочу поговорить, – кивнула я, беря в руки следующий лист. – При повреждении нервных клеток целитель должен концентрироваться не только на самой клетке, но и на специальной оболочке вокруг отростков. Видите эту линию? – я ткнула в схему. – Это миелиновая оболочка, защитный слой, без которого сигналы между клетками передаются плохо или вовсе не проходят.

Магистр Харпер поднял руку:

– Но как маг может увидеть эти… оболочки? Они же невидимы даже через Всевидящее Око. И микроскоп тут не помощник.

– Отличный вопрос, – я перешла к другому рисунку со схемой взаимодействия магических потоков с клеточными структурами. – Целитель обязан научиться ощущать разницу в плотности тканей. Миелиновая оболочка имеет иную структуру, чем сам аксон – отросток нейрона. Если направить тонкий поток магии, можно почувствовать эту разницу, словно… – я задумалась, подбирая аналогию, вспоминая, как лечила Джульетту своей силой. Как же это было давно, будто в другой, куда более мрачной жизни, – словно вы с закрытыми глазами касаетесь пальцами разных тканей с присущими им узорами, так скажем текстурой.

– Это кровь под микроскопом. Здесь мы видим эритроциты – красные кровяные клетки, переносящие кислород. При определённых заболеваниях, как у леди Розалинды, эти клетки меняют форму, – я показала другой рисунок с деформированными эритроцитами. – Задача мага не просто влить свою силу в пациента для общего оздоровления, а направить её на восстановление правильной формы этих клеток. Вы должны точно представлять их облик.

Сэм Блэквуд, который делал записи во время моего объяснения, поднял на меня глаза:

– Магистр Элисон, но ведь в организме таких клеток неисчислимое множество. Как маг может исправить их все?

– Ещё один отличный вопрос, – я довольно улыбнулась. – Тут и кроется главное преимущество магии перед обычными методами. Целитель должен найти то, что я называю "родительскими клетками" – они находятся в костном мозге и постоянно производят новые эритроциты. Если направить магию на исправление именно этих клеток, они начнут создавать уже здоровые эритроциты, и постепенно все больные клетки в крови заменятся нормальными.

Я перешла к большой схеме на доске, изображающей соединение нескольких тканей.

– Теперь о сложном. Иммунная система – защита организма от болезней. При некоторых недугах она начинает атаковать собственные ткани, – я нарисовала пример такой атаки. – Здесь магия должна действовать особенно тонко, распознавая здоровые клетки и не повреждая защитные. Это почти как перепрограммирование. Э-м, то есть магия вполне способна научить их (здоровые клетки) отличать чужеродное от своего. Как дрессировщик, заново обучающий всё забывшую охотничью собаку, не кидаться на домашний скот.

Кэнсин-сан, который так же, как и остальные, во время моей лекции делал подробные записи, покачал головой:

– Изабелла-сама, всё вами сказанное требует невероятной концентрации и контроля. Боюсь, не каждому магу подобное по силам.

– Вполне возможно, – согласилась я. – Поэтому мы начнём с самых базовых упражнений. Вам необходимо тренироваться, любой путь начинается с шага, пусть он сначала покажется мелким и незначительным, отнявшим у вас все силы.

Я достала из ящика стола несколько кристаллов различной формы.

– Эти артефакты разработаны Максимилианом специально для тренировок. Они визуализируют магические потоки и учат контролировать их интенсивность, толщину и направление.

Я раздала артефакты своим ученикам.

– Для начала направьте крошечный поток магии через кристалл так, чтобы он осветил только одну точку на пергаменте, – показала я. – Когда освоите это, перейдём к более сложным упражнениям.

Наблюдая, как народ сосредоточенно пытается контролировать тончайшие потоки магии, я ощутила странное беспокойство. Мысли о Максимилиане не покидали меня. Что-то подсказывало, что его "дипломатическая миссия" была гораздо опаснее, чем он пытался мне внушить.

– Магистр Элисон, – голос Харпера вернул меня к реальности. – Смотрите, у меня получилось!

Я взглянула на его кристалл, через который проходил тонкий луч золотистого света, создавая на пергаменте точку размером с булавочную головку.

– Превосходно! – улыбнулась я, отгоняя тревожные мысли. – Теперь попробуйте перемещать её (точку), сохраняя размер…

Я продолжила занятие, пытаясь сосредоточиться на настоящем. Но мысль, что где-то там, в опасности, находится человек, ставший для меня таким важным, не покидала меня ни на минуту.

«Будь осторожен, Максимилиан, – мысленно прошептала я, глядя в окно на темнеющее небо. – Возвращайся скорее».

Я стояла перед зеркалом, глядя на свой строгий, но одновременно элегантный наряд, и пыталась собраться с мыслями, унять волнение.

Сегодня мой первый день в роли преподавателя Королевской академии целителей. И я, откровенно говоря, нервничала.

Кинула последний взгляд на своё отражение, чуть нервно огладила мягкую синюю ткань платья с серебряной вышивкой по вороту и манжетам. Вдох-выдох. Я справлюсь, не впервой! И, резко отвернувшись от зеркала, направилась на выход из комнаты.

– Ты прекрасно выглядишь, Белла, – сказала Аоки, подавая мне папку с записями и схемами, которые я подготовила для лекции.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась я. – Не думала, что буду так переживать.

– Вы справитесь, – уверенно произнёс Кэнсин, ожидавший нас у дверей. – В конце концов, вы уже впечатлили самых строгих экзаменаторов академии.

Присутствие Аоки и Кэнсина придавало мне сил. Сэм Блэквуд и магистр Харпер уже должны были ждать нас в академии, их задачей было убедиться, что аудиторию подготовили как положено.

По пути в академию мои