Александр Конторович - Второй шанс для человечества
- Арт, объясни ему...
Пара звонких оплеух выбила из капитанской головы остатки сна.
- Еще вопросы есть?
- Вы сошли с ума! Я капитан королевской армии!
- Повторить?
- Не надо...
- То-то же. Слушайте меня внимательно, капитан. Повторять не буду. По какому праву вы намеревались натравить индейцев на мирную миссию Его Католического Величества?
- Так вы испанцы?
Бац!
- О-ох...
- Я задал вопрос вам! Себе я вопросов задавать, пока что, не разрешал.
- Это наглая ложь!
- Вам сюда лейтенанта Райли привести? Легко и непринужденно.
- Нет. Сюда не надо.
- А куда надо?
- Не надо лейтенанта. Это... это была просьба мистера Джефферсона.
- А это кто такой?
- Он представитель Компании Гудзонова залива.
- И какое право он имеет приказывать вам - офицеру короля?
- Вы должны понимать... он располагает сильным влиянием в метрополии. Я получил указания содействовать ему во всех его начинаниях.
- Даже и в таких?
- В любых.
- Даже так? И где он теперь?
- Он отплыл по делам. Будет через пару месяцев.
- И кто тут теперь за старшего?
- Я.
- Отлично. Это я хорошо зашел. То есть, вы признаетесь в подготовке нападения на нашу миссию?
- Э-э-э...- почувствовав, как у горла шевельнулся клинок, капитан сдержал рвущиеся наружу слова. - Да. Признаю.
- Вот и хорошо. Сражение вы проиграли и, по законам войны, обязаны к выплате контрибуции. Я прав?
- Э-э-э... ну, этот вопрос можно обсудить...
- Обсуждаем. Сколько у вас пушек?
- Три.
- А на корабле?
- Это не мой корабль!
- А чей?
- Компании.
- То есть подстрекателя нападения? Принимается. Сколько?
- Четыре.
- Конфискуются. Вместе с запасом пороха и ядер. Сколько у вас солдат?
- Тридцать восемь.
- Уже тридцать шесть. Оставляю вам пять ружей с зарядами. Для самозащиты.
остальное идет в счет контрибуции. Судно с грузом?
- Да.
- С каким?
- Сборный груз. Инструменты, одежда еще что-то, не знаю.
- Проверим. Часть груза будет конфискована тоже. Не все, мы же не разбойники. Будет изъято то, что может послужить ведению войны. Возражения есть?
- Но я не имею права распоряжаться грузом Компании!
- Кто имеет?
- Мистер Джефферсон!
- Хорошо. Мы запрем ваших солдат в казарме и подождем тут его возвращения. Два месяца или больше - нам спешить некуда. Это вариант вас устраивает больше?
- Нет. Не надо его ждать. Я согласен на ваши условия.
Клинок отошел от горла.
- Одевайтесь. Без глупостей, все ваше оружие у нас. Ваши солдаты спят, и только от вас зависит, каким будет их сон. Он вполне может продлиться вечность, вы понимаете?
- Да... Но, все же - кто вы?
- Те, чей дом вы хотели уничтожить. Достаточно? Сейчас мы разбудим ваших солдат, и вы отдадите им соответствующие приказания. Учтите, двор форта окружен нашими стрелками. Любое неправильное движение может стать последним. Постарайтесь это объяснить своим солдатам. А чтобы у вас не оставалось иллюзий, сейчас вы напишите всё, что так красноречиво изложили мне, и подпишите.
- Это что, шантаж?! Как вы можете допустить подобное в отношении офицера Его Величества?!
- На протяжении всей беседы мы легко достигали взаимопонимания. Почему сейчас возникли затруднения? Мне привести более убедительные доводы, или обойдёмся без лишних жестов?
Побледневший капитан уселся за свой стол и взял в руки перо...
Закончив сей скорбный труд, Роджерс оделся и спустился во двор. Прямо у своей двери увидел висящий на стене труп одного из солдат. Он был пробит навылет тонкой черной стрелой, которая застряла в щели между бревнами и не позволяла ему упасть на землю. Шедший справа от капитана молчаливый мужчина остановился, и резким движением выдернул стрелу. Труп мешком свалился к ногам Роджерса. Тот поежился и, переступив через мертвое тело, зашагал к казарме.
Только к вечеру длинный обоз с трофеями, вытянувшись дугой по дороге, тронулся в путь. Доехав до леса, мы отпустили возниц. Ни к чему им было знать точку назначения обоза. Взять смогли не все, повозок и лошадей было явно недостаточно. Пришлось разыграть благородство и оставить часть, уже намеченного к погрузке добра, его законным хозяевам.
Через два часа нас догнали Змей и Курбаши.
- Ну как там? Погони нет?
- На чем догонять-то? Нет. Заперли ворота и сидят там, не высовываются.
- Ну и славно! Теперь впрягайтесь. Не обучен я таким транспортом управлять. А нам еще и подумать надо, как следы получше запутать? Сейчас-то мы к испанцам едем, а вот скоро уже и к нам поворачивать пора. Так что - напрягайте голову. Не сегодня, так завтра, наглы пойдут по следам. Это ж надо - столько добра разом зевнуть? Будут они нас искать, не сомневайтесь. Так что пусть ищут у испанцев. К ним они уже не полезут - это война...
Письмо управляющему Компании Гудзонова залива.
19 мая 1790 года.
Глубокоуважаемый сэр Вильям!
С прискорбием вынужден сообщить вам, что наша, столь удачно начавшаяся миссия на побережье, находится под угрозой срыва. Посланная на переговоры с вождем паютов группа, была перехвачена и частично уничтожена испанцами. Командовавший ею лейтенант был взят в плен и сейчас находится у них. Таким образом, задача по организации нападения паютов на испанские поселения оказалась невыполненной, и я не вижу, каким образом она может быть осуществлена в ближайшее время.
Более того, группа испанцев, пользуясь нерасторопностью часовых, проникла на территорию форта и обезоружила спящих солдат. Ими было вывезено из форта большое количество снаряжения, вся артиллерия и оружие гарнизона. Был ограблен также и стоящий у причала корабль Компании. С него были сняты все орудия, порох и ядра. Вывезено большое количество оружия и припасов для будущих колонистов.
Таким образом, форт, как военное укрепление, более не существует, и в данном виде использован быть не может. Я отдал указание гарнизону поджечь стены и отступить в сторону ближайшего поселения. Ибо, лишенные вооружения солдаты, не только не сумеют защитить себя и колонистов, но и неизбежно станут мишенью для индейцев и авантюристов. Которых, как вы знаете, в наших краях предостаточно. Несомненно, они уже осведомлены о происшедшем, ибо, зная хвастливость и несдержанность испанцев, они уже разнесли повсюду эту информацию.