Сергей Верник - Специалист по выживанию

Вдруг Андрей услышал тихий, едва уловимый даже его чувствительными ушами характерный свист. Он с каждой секундой все нарастал, пока не превратился в оглушительный мощный удар. Пол дрогнул. С потолка хлопьями посыпалась старая краска.

«Неужели началось»? — до конца не веря в происходящее, подумал Вольф — «Не прошло и года».

Второй взрыв прогремел гораздо ближе. Ослепительное пламя разрезало стены в нескольких метрах от замершего стронгера, пол резко осел и стал со скрежетом уходить вниз. Бетонная балка, страшной силой вывернутая из потолка, начала медленно наклоняться, готовая в любой момент похоронить под собой людей. От пыли резало глаза.

Поймав одной рукой Сью, Андрей притянул ее к себе, пытаясь закрыть своим телом. Он прекрасно понимал, что упавший бетон раздавит их обоих, но так было как-то спокойнее.

Очередной удар сделал свое гиблое дело. Весь окружающий мир разрушался, стремительно уносясь в бесконечность осколками реальности.

Сквозь звенящую тишину Вольф воспринимал происходящее как странный, замедленный сон. Мимо катились огромные глыбы из металла и камня, поднимая в раскаленный воздух тучи едкой пыли. Пролетел вниз целый кусок этажа, обнажая бывшие недавно жилыми помещения. Несколько человек в отчаянии цеплялись за торчащие наружу водопроводные трубы.

Тьма накрыла Андрея нежно и ласково, словно заботливая мать. Он уже ничего не чувствовал, когда пол под ним окончательно рассыпался и он полетел вниз вслед за истошно кричащей девочкой.

Вокруг было темно. Лишь изредка мрак пронзали неуверенные вспышки света. Поврежденная электропроводка с тихим треском сыпала фейерверки белых искр. В эти краткие моменты становилось видно, что все пространство вокруг завалено уродливыми многотонными обломками, хаотично громоздящимися друг на друге. Бетон влажно блестел. Разорванные трубы продолжали испускать потоки холодной воды, которые шумно падали вниз, в большое глубокое озеро. Где-то вверху, почти на пределе слуха, продолжали раздаваться частые взрывы. Но они теперь уже не несли угрозу. Они были частью того мира, что остался снаружи.

Вольф чувствовал, как неимоверная тяжесть давила ему на грудь. Дышать приходилось с большим трудом, а легкие при каждом вздохе разрывались на части от острой боли.

Он попытался пошевелиться и едва не закричал. Ощущение было такое, будто в живот воткнули раскаленный докрасна лом.

Закрыв глаза, Андрей попытался сосредоточиться на внутренних повреждениях организма, но определить насколько они серьезные так и не смог. Слишком много требовалось сил, которых, к сожалению, почти не осталось. Боль забирала последние капли.

Пошевелив поочередно каждой конечностью, Вольф убедился в их целости. Похоже, ни руки, ни ноги особо не пострадали, а это уже не так плохо. Можно будет попробовать выбраться.

И тут он вспомнил про Сью. Девочка падала перед ним, значит, она должна находиться где-то внизу, под грудой камней и железа. Шансов остаться в живых у нее практически не было.

Сделав попытку ее позвать, Вольф смог издать только еле слышный хрип, сразу переросший в сгусток жгучей боли. Он до крови закусил губу.

Неожиданно в глаза Андрея ударил луч яркого света. Совсем рядом кто-то зашевелился, и тяжеленная балка, придавившая стронгера, заходила ходуном. Вольф снова застонал.

— Ты живой, Слейк? — спросил Краммер. Его голос странно дребезжал.

Вольф в ответ лишь слабо кивнул.

— Не смей умирать. Слышишь? Ты мне еще нужен.

Отвернув от прожектора голову, Андрей теперь наконец-то смог рассмотреть свою ловушку. И то, что он увидел, ему совсем не понравилось. Балка окончательно не раздавила его только по одной единственной причине — этому помешала сплюснутая наполовину металлическая бочка, из которой тонкой струйкой вытекала мутная маслянистая жидкость. И вот когда жидкость полностью выльется…

Представив последствия, стронгер внутренне содрогнулся. Сколько еще времени ему осталось? Час или день? Судя по той скорости, с которой масло покидало заветную емкость, непоправимое произойдет гораздо раньше.

— Я попытаюсь тебе помочь, — продребезжал полковник. — Если получится.

Луч ушел в сторону и в рассеянном свете Андрей разглядел громоздкую угловатую фигуру, по пояс заваленную мелкими осколками камня. Сверху на этой куче покоился второй конец проклятой балки, не давая Краммеру окончательно выбраться. Но она ли сдерживала мощь брони? Присмотревшись, Вольф заметил торчащую в металлической груди толстую водопроводную трубу, из которой с брызгами лилась вода. Определить, ранен ли сам Краммер, заключенный внутри разрушенного защитного комплекса было довольно трудно.

Сделав попытку приподняться, полковник в очередной раз дернул придавивший его и стронгера груз. Пронзительно взвыли сервомоторы. Один из них тут же вспыхнул, испуская сизый дым.

— Что ты делаешь? — прохрипел Андрей, скрипя от боли зубами. — Оставь… Не надо…

Упершись руками в шершавый влажный бетон, он каким-то образом почувствовал, что струя масла, вытекающего из бочки, стала значительно толще. Грудная клетка едва не трещала, принимая на себя чудовищный вес. Глаза почти вылезли из орбит. Изменившееся положение балки, судя по всему, повлияло на текущий по ней небольшой ручей, и нежданная струя ледяной воды упала стронгеру прямо на голову, мысленно сопровождаясь отборными ругательствами.

Страшный грохот вдруг заставил Андрея отвлечься от безуспешной борьбы с водной стихией. Что произошло, Вольф так и не понял. Обломок стены, на котором он лежал, стал неожиданно куда-то проваливаться, увлекая за собой остальные части здания. Все вокруг пришло в движение. Огромные глыбы со скрежетом ворочались, крошились и осыпались прямо в темную бездну.

Не успев толком осознать свою свободу, Андрей стал стремительно падать вниз. Покалеченное тело не позволило правильно сгруппироваться, и он, совершив в воздухе неуклюжий кульбит, с плеском ударился о воду. Ему несказанно повезло. Если бы он оказался на несколько сантиметров в стороне — непременно наткнулся на острые осколки, зловещим частоколом торчащие над поверхностью.

Выбравшись на подвернувшийся бетонный обломок, бывший некогда частью наружной стены, Вольф лег на спину и стал с жадностью хватать ртом воздух. Он никак не мог отдышаться. Каждый вздох приносил такие муки, что темнело в глазах. Казалось, будто трещат ребра. Скорее всего, два из них точно сломаны.

Сколько прошло времени с момента его неожиданного спасения, Андрей не знал. В полубессознательном состоянии он находился довольно долго, то на несколько минут широко открывая глаза и озираясь по сторонам, то впадая в глубокий обморок, приносящий неутешительный покой. Однако силы постепенно возвращались.