Геймер - Юлия Игоревна Андреева

Глава 33

Наложницы

Сон – такая же реальность, как и явь. Научись управлять своими сновидениями – и достигнешь непорочности.

Ал был взбешен самим фактом, что Токугава посмел навязать ему бешеную стерву. Небось, старый черт и сам до усрачки испугался девки, иначе как объяснить, что он поспешил расстаться с таким замечательным телохранителем, да еще после того, как та показала себя в бою прекрасным воином и спасла его задницу?

Но, судя по всему, этот день был особенно богат на сюрпризы.

Едва закончив разговор с Алексом Глюком и кое-как убедив его принять подарочек Токугавы-сан, Марико взяла служанку, и вместе они какое-то время гуляли по берегу: Марико впереди, служанка в нескольких шагах позади. Госпожа Тода считала себя оскорбленной тем, что Токугава бросил ее, не дав сколько-нибудь четких инструкций, не объяснив, как следует действовать. Впрочем, это была далеко не первая переделка, в которую хатамото Таранаги Тода Марико попадала по воле своего сюзерена. Вид мирно перекатывающихся волн помог госпоже Тоде успокоиться и собраться с душевными силами.

Когда вечером они вернулись домой, в беседке около дома кормчего ее поджидала Усаги Фудзико, на коленях которой лежало письмо.

– Что такое, Фудзико-сан? – спросила Марико, узнавая тип бумаги и печать своего сюзерена.

– Господин Токугава велел мне передать это вам, Марико-сан. – Лицо Фудзико было серьезным. – Сам он, его охрана и господин Адамс расположились пока в крепости, что к западу от Андзиро. Галеру они оставят в более безопасной бухте. Завтра утром вам следует быть у него. – Она вздохнула, смотря в пол. – Перед тем как сойти на берег, я еще раз просила господина Токугаву отменить его приказ насчет меня и сестры, но он сказал только, что скоро уезжает в Эдо и у него нет времени на бестолковые разговоры. Извините, Марико-сан, я подумала, что мой долг предупредить вас о том, что я сделала последнюю попытку уйти достойно. Больше я не ослушаюсь нашего господина. Еще раз прошу извинить меня.

Марико взяла в руки письмо, сломала красноватую печать и углубилась в чтение.

– Отчего же ты не отдала мне его сразу же после того, как мы сошли на берег? Тогда все было бы куда как проще!

Марико выглядела утомленной.

– Но я получила его только что. – Лицо Фудзико было простодушным и милым. Должно быть, после победы над собой в душе молодой женщины впервые за долгое время появились мир и покой. Ее глаза снова видели цель, а сердце самурая требовало, забыв о себе, исполнить долг. – Когда вы сказали, что желали бы поговорить с Андзином-сан наедине, я взяла свою служанку и пошла посмотреть деревню, в которой мне предстоит жить. Я недолго говорила с женой господина Оми, после чего решила подышать морским воздухом. И мы пошли на берег. В гавани ко мне подошел самурай нашего господина и велел мне идти с ним.

– Вы видели Токугаву-сан лично или вам только передали письмо? – продолжала допытываться Марико. – Вы знаете, что в письме?

– Я догадываюсь, о чем написал господин, – потупилась Фудзико. – Самурай привел меня к самому господину Токугаве. Думаю, что он сначала добрался до крепости на галере и после прискакал оттуда на коне, чтобы потолковать с господином Ябу. Во всяком случае, он тоже был там. Мне кажется, что наш господин поступил очень мудро, уведя галеру туда, где ее не смогут захватить самураи господина Ябу. Простите меня, Марико, но я не доверяю господину Ябу и его племяннику: мне кажется, они способны на предательство. Господин Токугава расспросил меня о том, что происходило у нас с того момента, как он отдал приказ мне и Тахикиро стать наложницами иноземцев. И я была вынуждена рассказать ему обо всем в подробностях.

– Вы говорили ему об угрозе, которую бросила Тахикиро?

– Да, – повинно склонила голову Фудзико. – Простите меня, Марико-сан, но это был мой долг. Я не могла солгать господину, даже спасая жизнь сестры. Потом господин Токугава написал это письмо и велел мне отдать его вам, как только я вас найду.

– Господин Токугава ознакомил вас с содержанием письма? – не отставала Марико.

– Нет. Но я все поняла. Господин Токугава, должно быть, решил, что плохие манеры Тахикиро принудят Андзина-сан убить ее в первую же брачную ночь или даже раньше. То есть если она достанется господину Адамсу, или, как его называет иногда господин Грюку, Бу-лэ-ку-ту-рун, – попыталась она произнести фамилию кормчего по слогам. – Он и сам несколько неуправляем. Поэтому либо он убьет ее за непослушание, либо она его из-за несдержанности и невоспитанности. Я думаю, что Токугава-сан повелел Андзину-сан, который господин Грюку, Золотому Варвару, взять нас обеих.

Марико похвалила Фудзико за сообразительность, попросила деликатно сообщить о решении Токугавы-сан сестре и, собравшись с силами, отправилась к Алу.

– Прошу простить меня, – начала она с порога. – Но только что поступил новый, еще более щедрый и благородный, нежели предыдущий, приказ Токугавы.

Ал сжался, точно в ожидании удара.

– Вам следует принять обеих сестер Усаги, так как господин Адамс будет пока жить в Эдо, где господин Токугава и подберет ему достойную наложницу.

Тахикиро сидела на татами, ожидая появления своего нового господина, Золотого Варвара, как называли его все. Чувства девушки были истончены и остры, как самый острый в мире самурайский меч. Она была готова принять свою судьбу, как приказал ей Токугава, но при этом не могла отделаться от мысли, что само присутствие в доме варвара оскорбляет ее до глубины души.

– Ты не должна так думать, Тахикиро, – попыталась она вразумить сама себя. – Во-первых, это ты находишься в его доме, а не он в твоем. Во-вторых, в твоих жилах течет не только японская кровь твоего благородного отца, но и варварская кровь его наложницы-кореянки, твоей