Александр Конторович - Пепельные люди [СИ]
— То есть?
— У связистов есть такая поговорка — "зазвонил красный аппарат — тащи вазелин, кому-то вставят!". Эти аппараты просто так не звонят. Только в самом крайнем случае. Когда сообщить нужно что-то важное, либо нагоняй нешуточный отвесить. Я ещё когда служить начинал, таким вот образом брата в сержанты произвёл.
— Это как же?
— Да дернул меня черт ему отсюда позвонить! А он в Туле служил, у десантников. Ну, позвонил, там дежурный подошёл. Я брата и спросил. Через пять минут он уже у телефона был. Поговорили о том, о сём, трубки и положили. А он мне потом написал, что зазвонил такой вот телефон и стоял аппарат этот у дежурного по полку. Брата, чуть не на руках к нему принесли, торопились. А когда он трубку положил, майор его и спрашивает — кто звонил? Серега так и сказал — брат, мол, здоровьем интересовался. Там прикинули какой-такой брат по подобному телефону позвонить может и дали ему через месяц сержанта.
— Хм! Бывает же…
— Или вот ещё случай был… — пускается в воспоминания Синельников.
Парень он был словоохотливый, и память у него неплохая. Так что слушать его весьма интересно. А я всё корил себя за тупость. Ведь отсюда можно куда угодно позвонить! Аппаратуру мы в боевой режим ещё вчера привели, после того, как стену пробили. Коды есть — звони, куда хошь! Эх, баран я бестолковый…
— Полковник Лапин у аппарата! — прерывает нашу беседу голос из динамиков.
Поперхнувшись на полуслове, старший лейтенант щелкает тумблером. Теперь, надо полагать, нас могут слышать.
— Здравия желаю, товарищ полковник! С вами будет говорить исполняющий обязанности военного коменданта области Рыжов Сергей Николаевич!
Щас я кому-то язык-то укорочу! Ишь чего выдумал! Неудобно же… никто меня на эту должность не назначал… самозванец чистой воды. Показываю Олегу кулак. Нимало не смутившись, он что-то у себя на пульте переключает и кивает мне на микрофон, стоящий около меня.
— Здравствуйте, товарищ Лапин!
— Здравия желаю, товарищ Рыжов!
— Э-э-э… давайте не так официально. Вас как по имени-отчеству?
— Николай Петрович.
— Очень приятно! Ну, а моё имя-отчество вы знаете. Прошу вас сообщить обстановку в вашем гарнизоне. Какая неотложная помощь вам требуется? В чём испытываете нужду?
Полковник некоторое время молчит.
— Положение… трудное положение у нас, Сергей Николаевич. Испытываем недостаток практически во всём. Пока в достатке имеем только медикаменты. Более-менее наладили водоснабжение. Приступили к ремонту энергоблока, рассчитываем его запустить в ближайшее время. Принимаем меры по эвакуации населения в безопасную зону. Город частично разрушен в результате нападения. Часть территории заражена — последствия удара противника. Мало продовольствия. Очень мало…
— Сколько человек вы хотите эвакуировать?
— Свыше девяти тысяч…
Ни хрена себе! Как он их всё это время кормил?! Чем?!
— Вот что, Николай Петрович. К вам завтра выходит рейдовая группа. Шесть единиц специальной автотехники.
— Откуда?
— Из Рудного. К нам добрался ваш представитель — отец Михаил.
— Дошёл-таки?! Ну, молоток! Мы уж думали…
— Дошёл. Поэтому, включим в колонну несколько грузовиков с продовольствием. Часть людей вы можете направить к нам, примем и разместим. Прошу вас рассчитать потребность в прочем снаряжении, постараемся помочь. Обратным ходом машины заберут детей и наиболее ослабевших людей. Транспортом располагаете?
— Да. Только вот топлива… мало очень.
— Пришлю вам несколько заправщиков. Тонн тридцать-сорок для начала, вам хватит? Сможете организовать эвакуацию людей своим транспортом? В обратный рейс загрузим вас продовольствием и топливом. В каком состоянии подъездные пути к городу?
— Здесь всё в порядке. Завалы мы, насколько могли, расчистили. Дорога для техники проходима.
— До вас отсюда около трехсот километров. Постараемся успеть как можно раньше. Людей можете высылать уже завтра, встретим их по дороге, оставим часть продовольствия. Машины ваши заправим. Обстановка вокруг города безопасна?
— Были… отдельные эксцессы. Полностью гарантировать безопасный проезд не могу. Эвакуировать людей буду под охраной.
— Понял вас. Учтём и это. Имейте в виду, на узле связи круглосуточно дежурят связисты. Можете их вызывать в любое время.
Олег горестно вздохнул и с тоской в глазах посмотрел в угол помещения. Там стояла кушетка. Показываю ему язык — сам виноват! Назвал меня комендантом? Вот и получи!
— Пусть ваши связисты оговорят частоты для связи. Будем с вами в постоянном контакте. Ещё вопросы есть?
— А у вас там… как?
— Всё в порядке, Николай Петрович. Сюда ничего не попало. Город цел, налаживаем хозяйство. Организовали добычу угля. Электростанция работает.
— Запустим реактор, проблем с электричеством не будет и здесь. Да и с вами поделимся, нам теперь РЛС не запускать уже… незачем…
Выслушав новую вводную, относительно увеличения колонны, Трофим только крякнул. Но пообещал всё сделать в срок. А я понесся дальше. На очереди у меня ещё оставался Поливанов. Откладывать разговор с ним до возвращения из рейда не хотелось. Кстати, именно потому, пригласил ещё и Грача. Он оставался тут на хозяйстве, поэтому должен был быть в курсе всего.
Бывший губернатор выглядел довольно понуро. В себя он так до конца и не пришёл. Предложенный стакан с чаем схватил аж двумя руками.
— Ну что, Олег Петрович, надумали? Сразу вас предупреждаю — кейс ваш вскрыли. Так что эти секреты я знаю. Говорите о том, чего не было в кейсе. Опять же, захотите соврать, имейте в виду, что ваши соратники, в отличие от вас, давно уже раскололись до самой… в общем, раскололись.
— Так зачем я вам тогда?
— Кого вы ждали в гости, Олег Петрович?
— Я… но, откуда… не знаю. Я не был уверен…
Так… чем-то его мы зацепили! Ясен пень, ощущать себя марионеткой неприятно, но жить-то ему, в любом случае, охота! Так что, колись давай, родной, не мешкай!
Путаясь в словах и поминутно ссылаясь на плохую память, губер всё-таки понемногу разговорился. Не скажу, чтобы сообщённые им сведения были особенно интересными. Но, хоть что-то… По крайней мере, нам стало понятно, что в ближайшее время сюда никто не заявится с "дружеским" визитом. Во всяком случае, ещё один танковый полк найти для этого было проблематично. Полной картины Поливанов не знал, да и никто из нас на это не рассчитывал.
Изображаю на морде скучающее выражение, что моментально подстегивает его на большую откровенность.
— А скажите, Олег Петрович, вот… где этот диск? Ага! "Объект сто шестьдесят один"… что за хрень такая?