Темный охотник #15 - Андрей Розальев

Глава 2

План «Д»

Манёвр высадки за сутки на полигоне мы отработали на сто раз, минимум по два раза с каждой из штурмовых команд. Номера тоже распределили заранее, у каждой команды свой склад, они изучали особенности местности уже самостоятельно, чтобы иметь возможность отхода. А у меня — отметки, кого куда высаживать.

— Заходим на посадку, — предупредил я Ратмира.

Это наш самый главный козырь. За сутки с небольшим дед, опробовавший технологию связи на телефоне для Маши, перепаял вместе со Скёрстами пробную партию раций. Рации, которые будут работать, где бы ты ни находился, хоть в разломе, хоть в другой вселенной! С ума бы не сойти. Даже по меркам Ордена такие артефакты считались весьма недешёвым удовольствием, и чаще было проще послать гонца, чем налаживать связь.

— Принял, — ответил Ратмир.

— У нас тут сюрприз, кстати. На складе между заборами химеры из Колыбели бегают. По виду — помесь гиены с леопардом. Само собой, одарённые. Что-то с магией огня связано.

— И что мне с этой информацией делать?

— Накапливать и людей предупреждать, конечно. Химеры это плохо, но наши валькирии с ними уже встречались. Ну или с подобными.

Мы приземлились, и тут рация снова ожила.

— Ваша отметка пропала, с вами всё там в порядке?

А вот и первая проблема…

Точнее вторая, если вести отсчёт от химер.

В общем, на подлёте глобальное геопозиционирование помахало нам ручкой. Ну, этого следовало ожидать.

— Мы на месте, ацтеки похоже спутник засрали. Действуем по плану.

Я извлёк из криптора Анютку и Ханну. Ещё одна удача — то, что Ханна всё же поместилась в крипторе. И места заняла не больше, чем другие маги вне категорий. В спокойной обстановке я нашёл в крипторе возможность оценивать «груз», прежде чем реально внутрь пихать.

— Как прошёл полёт? — сразу спросила Аня.

— Лекса у нас, оказывается, высоты боится, — сдал я нашу недобогиню. — Всё время упасть боялась.

— Держи её крепче, а то что мы без неё делать будем? — забеспокоилась Анютка.

Так…

По-любому где-то они меня дурят! Но вот где?

— Заботушка моя, ты копать будешь? — поинтересовался я. — Или мне батю твоего позвать?

— Ладно-ладно, я поняла! — Аня подмигнула Лексе и принялась, наконец, за блиндаж.

Точно сговорились. Но нахрена? И главное, зачем?

— Ханна, что там с персоналом склада?

«Защита есть, но я её обошла. Здесь какие-то не то крысы, не то кошки, и у них в мозгах покопался кто-то очень серьёзный. Каждая привязана к одному охраннику, если с ним что-то случится, она просто сдохнет».

— Да потому что это твари Колыбели, у них и так вместо мозгов кисель, контролировать их невозможно, вот поэтому такая привязка. Значит, где-то есть операторы?

«Да, нашла. Могу им что-нибудь внушить».

— Внуши, что людей убивать нельзя.

«Они убеждены, что можно и нужно. Так грубо незаметно не получится. Они сильные».

— Вон оно что…Жаль, а то бы мы им внушили открыть ворота и выдать фугасы. Нет?

«Силой могу заставить. Но людей много, всех сразу аккуратно слишком сложно».

— Нет, не стоит…Внуши им, что выпускать химер из загона нельзя, слишком опасно, они тут всех загрызут.

«Это можно. Они сами их побаиваются, убедитьих будет несложно».

— Ладно, что с отгрузками? Внутренними планами? Пароли, коды допуска, у кого ключ-карты?

«Работаю, командир. Позволь сосредоточиться».

— Работай, работай.

Ханна тоже тренировалась. Ей выделили какой-то супер-охраняемый, но никому не нужный архив, и она училась понимать — как работают охранные системы, видеокамеры, как выглядят цифры и почему все так носятся с кусочками пластика. Сообразительная бобриха за сутки с небольшим прошла путь от деревни с дохлыми медведями из ила и костей до современных технологий. Хакером, конечно, не стала, и не факт, что самостоятельно телевизор включит. Но понимать, что делают другие, отличать выключатель от считывателя карт и запоминать коды — научилась. Пусть она в уме до пяти не сосчитает, неважно. Она может прочитать цифры, запомнить и показать другим. Просто картинкой.

Лекса в сторонке разлеглась на песочке — благо здесь, глубоко в тенях, снегом даже и не пахло. Это если «всплыть», он по колено.

— Летать прикольно, но задница потом деревянная, — объяснила она, наткнувшись на мой взгляд. — Эх, сейчас бы массаж!

Я два раза моргнул, потом осмотрелся по сторонам. Нет, всё верно. Вокруг — Великие Равнины, самый север. Здесь уже равнины не совсем ровные, слегка холмистые, будто рябь на озере от слабенького ветра. Снег, снег и снег, до самого горизонта.

Короче. Нихрена не курорт! И у нас спецмиссия!

— Какой, в бездну, массаж? — возмутился я. — Может тебе ещё какао с зефирками?

— А у тебя есть? — обрадовалась Лекса. — А то как-то зябко!

— Потому что мы глубоко в тенях, и ты развалилась на земле! Сейчас Аня блиндаж доделает, всплывём — и станет теплее! Соберись уже! Какой массаж, какое какао?

— Артём, — Лекса легко поднялась и подошла ко мне, — ты слишком напряжён. Расслабься. У нас лучшая в мире команда, мы сами не пальцем деланные, как здесь говорят. Всё будет хорошо.

Я прислушался к ощущениям, чуйке. Так-то да, всё спокойно. Хотя это не показатель. С фортом меня чуйка тоже заранее не предупреждала, а ведь от реальной гибели меня там отделяли секунды.

Но, с другой стороны, от того, что я буду беспокоиться, моя эффективность не вырастет.

— Ты права, — признал я. — Мы ведь тренировались. Всё сделаем как надо!

— Я вот уже сделала! — к нам подошла Аня.

Тряхнув головой, я перенёс внимание с глубин теней на поверхность, на реальный мир. И правда сделала. Причём так аккуратно выгрызла изнутри холм, что даже снег не потревожила, и слой промёрзшего дёрна оставила. А под ним — довольно свободное помещение, в котором десяток человек и инферн смогут с относительным комфортом провести несколько часов, а может даже и сутки. Или выскочить в любую секунду по команде — это уж как карта ляжет.

— Отлично! — я показал Анютке большой палец.

Всё как на учениях. Этих блиндажей она в мире гномов настроилась до одури. Но зато теперь пожалуйста. Я даже какао с зефирками выпить не успел, а уже всё готово!

Ну что…Начали!

Я выгрузил из криптора первую команду, Ямамото и ещё четверо молчаливых японцев, пять