Александр Костиков - Олимпик

Вывод: всё дело в «Одине». Если б не эта яхта, у них бы всё получилось, и в КГБ знать бы ни о чём не знали. Ну, разве что кришту решили власть захватить на Олимпике. Зачем торговцам понадобилось превращать «Один» в «Летучий голландец»?

Первых посетителей долго ждать не пришлось. Дверь в каюту бесшумно убралась в сторону, и на пороге застыли два бойца в форме службы безопасности КТК. Вооружены, готовы в любой момент вскинуть стволы и дать залп. Они внимательно осмотрели каюту, не заходя в неё, потом один из них жестом указал на меня, мол, ты, на выход. Я удивился, но подчиниться пришлось. Оглянулся на сержанта, тот выжидательно уставился на меня, типа, ты командир, ты и решаешь. А я хоть сейчас в бой.

— Отдыхай, сержант, разведаю обстановку.

Шмалик кивнул и снова уткнулся в иллюминатор. Я заметил, как один из пришедших за мной бойцов усмехнулся.

Вообще, «Файерфлай» не предназначен для перевозки такого количества пассажиров, какое вёз сейчас. Вроде, я об этом уже говорил, но и повторить не грех. Кораблик может вместить сто пятьдесят, двести, от силы, человек. Это если пассажирская конфигурация. Наш же первоначально был исследовательским. Умельцы с колонии, а может, и в тайных доках КТК, нарастили в небольшом грузовом отсеке ещё три палубы. Сейчас на них разместились люди, решившие принять участие в экспедиции в мир кришту и, возможно, самим тоже ими стать. По приказу или добровольно — вопрос другой, хотя тоже интересный. По кораблю разносился гул, несмотря на то, что люди старались вести себя тихо.

В нашем небольшом отсеке обнаружилось четыре каюты. Одну занимали мы с Шмаликом, остальные заняты бойцами из службы безопасности. Полная безнадёга, если коротко. Из коридора вышли в узкий переход, идущий вдоль стены почти под потолком грузового отсека. По пути огибали гражданских и безопасников, устроившихся в переходе. Кто-то следил за копошением людей, кто-то медитировал, уставившись в стенку, оставив всё остальное за спиной. На нашу процессию обращали внимания ровно столько, сколько обратили бы на любого другого. Не удивлял их и мой необычный наряд. Впрочем, на счёт последнего, загадка решилась быстро. Примерно четверть пассажиров щеголяла в точно таких же костюмчиках. Когда мы спустились по крутому трапу на палубу ниже, обогнули ещё треть окружности отсека, нам пришлось пропустить человек пять, облачённых в простые комбинзоны, похожий на мой. Женщины, мужчины. У женщин комбинезоны тёмно-розового цвета, у мужчин — светло-синие. Широкие пояса, несколько прицепленных к ним коробочек, видимо, замена карманам. В тот отсек, на переодевание, тут же вошла очередная группа пассажиров. Они вели себя естественно, даже перешучивались. Одним словом, у людей прекрасное настроение. Не то, что у меня.

Только под конец пути стало понятно, куда меня ведут. Наш путь заканчивался у атмосферного катера. В космосе он использовался в роли дополнительного отсека. У входа дежурят два бойца. Внутрь пустили без задержек. Один из охранников набрал на панельке код, и люк с шипением отделился от борта и убрался вверх.

Я вопросительно посмотрел на конвоиров, один из них головой кивнул, мол, заходи. Что ж, зайдём, раз просят. Убивать и пытать вряд ли будут, остальное — стерпим.

Неожиданно оказалось, что внутри катер убрали таким образом, что он превратился в кабинку ресторана. Посреди основного отсека, отделённого от кабины пилота стальной переборкой, стоит столик, на нём расположились ваза с фруктами, фужер с светлым вином, пара приборов, накрытых полукруглыми крышками. Вилки и ножи тоже в наличии. Не хватало только свечки в центре столика, а так интимная обстановка обеспечена тусклым освещением салона.

— Присаживайтесь, агент Хаппельмайер. Ваше место, ближе к входу.

— Вот как? — я сделал пару шагов к столику, обернулся. Конвоир остался стоять у выхода. — За что такая честь? И почему сержанта не прихватили? Он тоже голодный.

— Сержанту еду принесут в каюту. С вами же хочет поговорить наш капитан.

— Интересно как, — я хмыкнул. — Что ж, поговорим, раз хочет. А вы не боитесь, что я его, к примеру, в заложники возьму? Или ещё какую бучу отчебучу? Я ж парень отчаянный.

— Ты не сделаешь этого, Крис, — прозвучал знакомый голос со стороны кабины пилотов.

Обернулся и с удивлением узнал в появившемся персонаже Марго.

— Неужели ты собрался драться со мной? — обворожительная улыбка.

Раньше от неё я сходил с ума. Стоило Марго так улыбнуться, и Криса Хаппельмайера можно вязать голыми руками. Сейчас же эффект оказался немного другим. Марго Винсент, бывший оперативник Комитета, действующий заместитель начальника космопорта и вдруг в таком неожиданном амплуа. Те же кудряшки, только форма другая — парадный китель капитана корабля, только фуражки не хватает. Я уже говорил, что Марго такой стиль одежды идёт больше, чем если бы она одевалась в платье, тем более вечернее?

— Да, ты права, — протянул я. — С тобой я драться точно не буду. Значит, вот как всё повернулось. Ты решила поработать на торговцев?

— Оставь нас, — обратилась Марго к конвоиру, и тот, абсолютно не сомневаясь, что капитану «Файерфлая» ничего не грозит, покинул катер. — Давай пообедаем, Крис. На корабле много людей, но мы запаслись продуктами на всех, а кок у нас — мастер. Думаю, ты оценишь его старания.

Она подошла к столику со стороны открытого иллюминатора, занимающего полстены. Что ж, изобразим из себя джентльмена.

— Что ж, капитан Марго Винсент, — протянул я, когда устроился напротив женщины, которую предстоит узнавать с новой стороны. — Значит, звание капитана ты не потеряла, только статус сменила.

— Пришлось, Крис, — женщина сняла с блюда крышку, отставила в сторону и принюхалась к содержимому. Кусок прожаренного мяса, горошек, зелень, и всё это залито вкусно-пахнущим соусом. — Да, Леонид, как всегда, расстарался. Присоединяйся, Крис, не стесняйся. В ближайшие несколько дней, боюсь, нам придется довольствоваться более скромной пищей.

— Ты всё это время работала на КТК? — взял вилку, нож, стал резать мясо на кусочки.

— Больше того, Крис, больше. Я тебе всё расскажу. Может быть после этого рассказа, ты меня поймёшь. О прощении не прошу…

— В чём мне тебя прощать? — вопросительно поднял бровь.

— Хотя бы за вот это, — Марго повела рукой, намекая не на моё положение. — Согласись, ты сам в некоторой степени виноват в этом. Не полез бы напролом, как ты это любишь делать, не находился бы здесь.

— Стиль такой, — я пожал плечами. — Зато есть возможность узнать то, что ещё не знаю.

— Тоже верно. И ты это узнаешь. Что ж, начну с самого главного, пожалуй. На КТК я работаю не просто давно. Я на них работала всегда.