Мой лифт — Моя крепость - Андрей Проходский

Но, как и следовало ожидать, ни хера у них не вышло.

Всё это время ищейка буквально бесилась возле створок, царапала металл и пыталась просунуть морду в щель, словно прекрасно чувствовала, что запах обрывается именно здесь.

Гоблины долго ругались между собой, а потом ушли.

Я немного ускорил запись.

Примерно через двадцать минут они появились снова. Теперь вместе с человеком, которого они тащили на поводке. На шее у него был широкий кожаный ошейник. Одежда грязная, лицо избитое, но передвигался он самостоятельно.

Один из гоблинов подтолкнул пленника к лифту.

Мужчина что-то сказал, за что тут же получил размашистый удар в спину.

После такой нехитрой мотивации он весь как-то сжался и положил одну ладонь на створки.

Ничего не произошло.

Гоблины завизжали. Один ударил человека по голове, от чего тот упал на колени, затравленно прикрываясь руками. Его снова подняли за поводок и заставили повторить попытку.

Я смотрел на экран, постепенно понимая.

Эти твари поймали человека с системным навыком взлома и теперь таскали его за собой, вскрывая квартиры.

— Какие умные твари... — вырвалось у меня, пока я неотрывно смотрел за событиями на записи.

Не сумев справиться с Комнатой, гоблины снова пустили ищейку. Тварь обнюхала лифт, покрутилась возле створок и пошла дальше.

Прямо к квартире Наташи.

У меня внутри всё сжалось. Ведь финал я уже знал, но всё равно продолжал смотреть.

Ищейка остановилась у двери. Гоблины дёргали ручку, пытались поддеть раму каменным ножом, несколько раз ударили по полотну. Безрезультатно.

Тогда снова подтянули человека. Мужчина подошёл и положил ладонь на замок.

На этот раз я смог разглядеть слабое свечение, что появилось почти сразу. Оно прошло по пальцам, коснулось металла двери, и через несколько секунд механизм поддался.

Дверь открылась, а гоблины ворвались внутрь всей толпой.

Сама камера показывала только коридор, поэтому происходящее в квартире я слышал, но почти не видел. Сначала донёсся грохот, потом крик Наташи. Что-то разбилось. Лена закричала так громко, что даже через плохую запись я мгновенно узнал её голос.

Руки сами сжались на краю ноутбука.

Один гоблин вылетел из квартиры спиной вперёд, ударился о стену и рухнул. Следом внутрь бросились ещё двое.

Борьба продолжалась меньше минуты.

Потом всё стихло.

На несколько секунд в коридоре не осталось никого.

Я перестал дышать.

Первым появился гоблин.

За ним второй.

Они вдвоем тащили Наташу.

Один держал под руки, второй за ноги. Голова женщины безвольно моталась, а глаза были закрыты.

Я приблизил запись.

Ждал.

Ещё немного.

Грудь поднялась.

Слабо. Но поднялась.

— Живая…

Следом вывели Лену.

Девочка упиралась, пыталась кусаться и пиналась так, что одному из гоблинов несколько раз прилетело по ногам. Она кричала, выворачивалась и совершенно очевидно оставалась в сознании.

Живая.

Они обе живы.

По крайней мере, были в тот момент.

Пленного мужчину вывели последним. Перед тем как исчезнуть в лестничном проходе, он на секунду посмотрел вдоль коридора, после чего веревка натянулась и его потащили следом.

Я остановил запись, ощущая, как в груди нарастает незнакомое чувство. Моя хиканская душонка была напугана до ужаса всем тем страшным миром, что был за порогом такой безопасной квартиры. Я был как маленький зверек, что забился в норку и только и делает, что дрожит, глядя на темноту выхода. Слияние ничего не поменяло. Я все так и был маленьким зверьком в теле жирного затворника, но даже самое мелкое и беззащитное существо может испытывать ярость, и я не исключение.

Во мне буквально клокотало...

— Если они живы, то я их найду.

* * *

Игорь давно научился засыпать под шум гоблинского лагеря.

В первые дни каждый их визг заставлял просыпаться и с шоком хвататься за ошейник, будто кожаное кольцо было всего лишь частью ночного кошмара, что развеется, стоит до него дотронуться. Потом организм постепенно понял, что постоянный страх только отнимает силы, и перестал реагировать на большинство лишних звуков.

Сам Игорь предпочитал считать, что ему ещё повезло.

У него был настоящий матрас. Старый, продавленный, пахнущий пылью и чужим потом, но всё-таки матрас. Было одеяло, пластиковая бутылка воды и даже отдельное ведро в углу. По вечерам ему давали нормальную порцию еды, а если день проходил удачно — ещё и кусок мяса.

Остальные пленники жили куда хуже.

Особенно те, кого гоняли на работы.

Их возвращение Игорь видел почти каждый вечер. Людей заводили группами: грязных, покрытых строительной пылью, с разбитыми ладонями и плечами. Некоторые едва переставляли ноги, но гоблины всё равно подгоняли отстающих палками и загоняли в бывшие квартиры, давно превращённые в общие камеры.

Игоря туда не отправляли.

Он был полезным своим навыком, а не как тупая рабочая сила.

От широкого кожаного ошейника шла прочная веревка прямо к скобе, что была вбита в бетонную стену и до недавнего времени держала на себе подвешенный тяжелый горшок с каким-то цветком. Длины поводка хватало, чтобы дойти до ведра, сесть возле стены или вытянуться на матрасе.

По нынешним временам почти гостиница.

Поймали его неделю назад, хотя с датами он давно перестал быть уверен. Может, прошло уже полторы. В тот день он полез в небольшой магазин в надежде найти консервы и обнаружил внутри четырёх гоблинов. Убежать не успел: сначала его избили, и он уже думал, что его прикончат, но, к его счастью, один из серых видел, как Игорь открыл запертую металлическую дверь склада почти без инструмента.

Класс спас ему жизнь.

После этого его перестали забивать и потащили сюда.

Работа оказалась простой. Показывают на дверь — открываешь. На замок — открываешь. На машину, склад, квартиру — тоже открываешь. Если не получается с первого раза, лучше очень быстро попробовать второй.

Главное правило он усвоил ещё быстрее.

Делай, что говорят, и будь что будет.

Тогда кормят и не бьют, а если и бьют, то, по крайней мере, не сильно.

Жизнь вообще становилась значительно проще, если перестать ждать от неё справедливости.

Игорь перевернулся на другой бок и поправил одеяло. Из соседней комнаты доносился тихий детский плач. Наверное, та самая девочка, которую сегодня притащили вместе с высокой светловолосой женщиной.

Сначала Игорь пытался запоминать лица новых пленников. Потом перестал. Люди появлялись, какое-то время жили рядом, потом одних уводили на работы, других переводили, а третьи просто исчезали.

А что случалось с пропавшими, было не его делом. Главное — самому оставаться полезным, и тут он справлялся на отлично. Пару раз гоблины даже