Алекс - Семён Афанасьев

— Неправильный вопрос, — морщится она. — Мне не надо, чтоб к следам нашей искры в городе предъявляли претензии. Пусть и необоснованные. Ты знаешь, что это был за мальчишка?

— Понятия не имею. Когда они принялись меня сгонять с места, они не представились.

— Это вот эта семья, — хань рисует пальцем по столу какую-то абракадабру, видимо, из их иероглифов.

А Алекс говорит, что он всё понял, и потом переведёт.

— Не знаю, как сказать на местном. Как ты думаешь, если б он за двое суток сдох в муках, его родители бы разбирались, кто из вас двоих прав, а кто виноват? — она победоносно смотрит на меня.

Кажется, Алекс сейчас какими-то лошадиными дозами чего-то седативного нейтрализует целые гормональные коктейли у меня в крови, но читать все его уведомления и разбираться с биохимией я буду не сейчас.

Успокаиваясь, повторно делаю над собой ещё одно гигантское усилие. Которое никто всё равно не оценит.

— Да мне наплевать, что будут думать его родители. — Искренне говорю, что думаю. — У меня, как ты говоришь, своя дорога. И я просто иду по ней дальше, пока даже сам до конца не придумал, куда. А вот что от меня хочешь ты, я до сих пор не понял. Мне что, в следующий раз подставить им вторую руку? Чтоб ты не беспокоилась из-за следов мифических искр?

— Заниматься надо нормально, чтоб не было следов искр, — фыркает она. — Я хотела, чтоб у тебя больше не было таких вот ситуаций. Когда твоему движению по выбранной тобой «дороге», — это слово она выплёвывает насмешливо, — будут угрожать внешние факторы. Которым ты сможешь противиться ровно столько же, сколько суслик высотой два цунь[11] — обвалу в горах.

— Мне кажется, ты выбрала не тот предмет своей заботы и не лучший её сценарий. — Завершаю разговор.

Затем уже я поворачиваюсь к ней спиной и, открыв замок, выхожу в коридор. Где, растолкав полдесятка столпившихся под дверями, прохожу на улицу.

Какая-то явно ушибленная головой дура. Лучше вернусь на лекцию, там хоть было интересно.

* * *

ЮньВэнь ещё какое-то время посидела на столе, болтая в воздухе ногой.

Тупой пацан реально не понимал, что своим бараньим упрямством он копает себе могилу быстрее, чем это сделали бы все его местные недоброжелатели, вместе взятые.

Но что-то объяснить ему сейчас просто физически не получится — не те у них отношения. А он, благодаря дяде Ли оказавшийся считай в жизни другого качества, просто поймал звезду. И, будучи не самокритичным от природы, просто не видит берегов.

ЮньВэнь по инерции ещё повздыхала минуты три, по-прежнему болтая в воздухе ногой и не обращая внимания на таращившихся в её сторону через открытую дверь старшекурсников. Затем, обдумав всё по новой, наконец набрала Рени:

— Дядя Ли, я решила проблему глаза. Какое-то время побуду тут, чтоб убедиться, что местная техника справляется.

— Хорошо, — ответил родственник. — Не забудь с них взять гонорар. Эти лаоваи вечно считают, что сами выздоровели. Уже после того, как помощь оказана. — Босс отключился.

Точно, хлопнула себя по лбу ЮньВэнь. Как-то совсем упустила из виду.

Дело, конечно, не в этих копейках. Просто принципы есть принципы. Целитель Поднебесной не должен нарушать правила, раз и навсегда установленные между земляками на чужбине. И если даже лично ей деньги не нужны (по крайней мере, такие); то другие врачи-хань не обрадуются. Если узнают, что кто-то с девятым уровнем в этом городе может работать бесплатно.

К своему великому облегчению, Камила увидела, что процессы в зрительном нерве стабилизировались.

— Ну что там, доктор? — видимо, уловив изменение выражения её лица, отозвался из капсулы страдалец.

— Молись, дебил, — нелюбезно отозвалась Карвальо. — За здоровье китаянки. Если бы не она…

— К сожалению, мы не обсудили финансовую составляющую моего участия, — тут же подала голос ЮньВэнь, подходившая к двери и слышавшая последние фразы.

— Подайте мне комм, я сейчас же позвоню отцу, — серьёзно ответил учащийся. — Он в наколенном кармане штанов, мне отсюда не достать.

— Исключено, — отрезала Карвальо. — Я возьму тот контакт, который указан в твоём личном деле. И свяжусь с официального телефона.

— Как вам будет угодно, — моментально расслабился пациент и прикрыл второй глаз.

* * *

Энзи-старший благодарил всех богов за то, что не отключил, как обычно, комм на время совещания. Несмотря на крайне неудобный звонок, будто что-то извне пошептало: возьми трубку.

Звонили из Корпуса, где учился сын. Сама звонившая имела на себе белый летний халат врача, выбивающиеся из-под одежды формы порномодели и армейский чин капитана медслужбы.

— Капитан Карвальо, медсектор Корпуса, — выдала докторесса таким контральто, что все присутствующие коллеги мужского пода моментально захмыкали и принялись вытягивать свои шеи (в попытках разглядеть звонящую получше). — С вашим сыном произошла неприятность по моей части, он сейчас в регенеративной капсуле.

Дальше комм показал Тэда, лежащего с какой-то хреновиной над левым глазом и имеющего крайне бледный вид.

Энзи-старший вопросительно посмотрел на модератора совещания. Тот кивнул и замахал в воздухе рукой, указывая на двери.

— Внимательно вас слушаю, — продолжил Энзи-старший, выходя за двери комнаты для встреч.

— Штатная техника не справлялась. Сложный случай. — Продолжила доктор сына. — Или всё окончилось бы протезом вместо глаза, или нужно было вызывать внешнего специалиста.

Лютер Энзи сглотнул слюну и молча кивнул.

— Ваш сын подтвердил, что оплата услуг приглашённого врача, не покрываемая в данном случае Корпусом, будет оплачена вами. Процедуры в таком случае предписывают вначале получать ваше согласие, но ваш сын совершеннолетний и счёт шёл на минуты… — докторессе было явно неприятно излагать детали, в которых она являлась просящей стороной.

— Госпожа капитан, я всецело полагаюсь на вашу профессиональную оценку, — перебил докторшу сенатор округа, экономя её и свои нервы. — Мы оба понимаем, что здоровье моего сына дороже любых денег.

Контекстом автоматически подразумевалась неуместность любого протеза там, где его можно было избежать.

— Благодарю за понимание, — с облегчением выдохнула капитан.

Которой вполне пошла бы совсем другая работа, не смог не отметить мысленно Энзи-старший.

— Вот специалист, которая спасла глаз вашему сыну. — Продолжила тем временем эта врач-испанка.

Или не испанка? Не важно. Речь сейчас о сыне…

— Здравствуйте, — поприветствовал вторую докторессу Лютер, повторно давясь собственной слюной. — Сколько я вам в итоге должен?

Да что у них там за штат? С другой стороны, бабы-врачи лучше других баб имеют возможность выглядеть премиально, именно за счёт использования служебного положения. Так что, ничего удивительного.

— Я бы не брала денег в данной ситуации, — со смешным акцентом ответила азиатка (с выражением