Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

Заводы и агроблоки заказывают для своих сотрудников бомбоубежища на два года автономности, чтобы наверняка, а граждане заказывают бомбоубежища на год автономности, так как они дешевле и быстрее строятся.

По мнению Жириновского, народ напрасно поддался панике, так как временных бомбоубежищ будет вполне достаточно: в них нужно будет пересидеть срок, максимум, до месяца, при заложенных туда запасах на три месяца, а затем, когда пыль, во всех смыслах, осядет, к бомбоубежищам приедут специальные команды, которые всех эвакуируют в безопасные районы.

И всё же, чтобы не создавать социальную напряжённость, был дан старт строительству бомбоубежищ по всему Союзу, так как общеизвестно, что ГКО массово строит бомбоубежища для западных богатеев, а это несправедливо по отношению к советскому народу.

Вот эту социальную справедливость сейчас и восстанавливает ГКО — он массово останавливает жилищные стройки, а высвободившиеся мощности направляет на строительство длительных бомбоубежищ, которые очень сильно хотят советские граждане.

Игнорировать десятки тысяч запросов от Советов разных уровней, к сожалению, для ГКО, нельзя, так как это создаст ещё больше социальной напряжённости, поэтому система работает на удовлетворение этих запросов.

Весь мир с выпученными глазами смотрит на то, как «Голоса Советского Союза» освещают массовые стройки, рекорды советских строителей, а также подробно поясняют, насколько безопасны подобные бомбоубежища и каковы примерные масштабы строительства.

Объём заявок на политическое убежище, на получение советского гражданства и беженство возрос десятикратно, что добавило работы КГБ, который должен всё это обрабатывать и тщательно разбирать каждый случай.

Из-за предельно высокой мировой напряжённости, толерантность людей к политике резко упала, поэтому ранее совсем не резонансные события в международной политике воспринимаются гораздо болезненнее.

Рядовые жители Евросоюза, например, выходят на демонстрации и требуют запретить вступление Польши в НАТО и в Евросоюз, а европейские коммунисты устраивают демонстрации с требованием принудить Польшу к возвращению договора о нейтралитете.

На фоне этого, в Румынии было принято решение о проведении референдума о выходе из договора о нейтралитете и вступлении в Евросоюз.

Европарламент упорно игнорирует желание сотен тысяч демонстрантов, которые отчётливо понимают, что встречать ядерные ракеты придётся именно им, поэтому процесс эскалации продолжается.

— Сколько они готовы заплатить? — спросил Жириновский.

— Среди ста шестидесяти шести человек, находящихся сейчас в посольствах СССР по всей Европе и в США, только девять человек обладают миллиардными состояниями, — ответил Бессмертных. — Суммарно — это около трёх миллиардов в долларовом эквиваленте.

Цены на противоатомные бомбоубежища, в свете «польской эскалации», резко подскочили, в точном соответствии с законами рынка. Теперь уже нельзя купить себе бомбоубежище за какие-нибудь сто миллионов — цены на что-то серьёзное стартуют от 150 миллионов.

Советский Союз, решивший не жалеть зарубежных буржуа, тоже взвинтил цены, поэтому то, что раньше обходилось в 200–300 миллионов, теперь стоит 300–400 миллионов долларов. Решения автономностью два года на рынке не предлагаются, так как они слишком дёшевы и ГКО с МВО не видят своего интереса в подобной мелочовке.

И есть очень много людей, которые готовы платить такие безумные деньги за кусок бетона под толщей породы, потому что это позволит им пережить вполне возможный ядерный апокалипсис.

Они исходят из вполне рациональных соображений: больше всего ядерных ракет у СССР, то есть, он нанесёт своим геостратегическим противникам наибольший ущерб. Это значит, что в этот момент имеет смысл находиться именно в Советском Союзе, желательно, в той его части, на которую, чисто по-человечески, жалко тратить ракеты.

Отсюда и очень высокий спрос на заказные бомбоубежища — дело не только в более высоком качестве.

— Эти миллиардеры — они готовы выложить деньги здесь и сейчас? — уточнил Жириновский.

У него сугубо коммерческий интерес — просто так ядерная война не начнётся, всё-таки, у обеих сторон конфликта есть здравый смысл, а вот мировая паника уже в наличии, на чём можно не очень честно перераспределить деньги.

Несмотря на тотальные экономические санкции со стороны США и ЕС, СССР активно торгует с нейтральными странами, которые охотно принимают валюту, поэтому валюта очень нужна и бомбоубежища — это неожиданно значимый её источник.

— Эти — готовы, — подтвердил Бессмертных. — Но что будет, если кризис минует?

— Ну… — произнёс задумавшийся Жириновский. — В таком случае, оставим эти объекты в их собственности. За такие деньги, ха-ха, не жалко!

— Может, уже перестанем обсуждать ваши любимые деньги и перейдём к более насущным вопросам? — предложил Гаськов.

— А давай! — согласился Владимир. — Что известно о статусе переговоров НАТО и Польши?

— Известно, что переговоры идут продуктивно, — ответил на это председатель КГБ. — Похоже, что всё движется к вступлению Польши в НАТО — это ещё плюс триста тысяч солдат в стан потенциального противника.

— Да чёрт с ними, с солдатами, Константин Эдуардович! — поморщившись, высказался маршал Варенников. — Я понять не могу: неужели они не понимают, что делают⁈

— Они не ведают, что творят, как говорилось в одной очень известной книге, — произнёс Жириновский. — Вернее, они ведают, и даже всё прекрасно понимают, но не могут сдать назад…

Те представители западных правящих кругов, что выступают за деэскалацию и мирное сосуществование с Советским Союзом, то есть, «голуби», переезжают в нейтральные страны — в Австрию, Швейцарию, Монако, Лихтенштейн, Швецию, Новую Зеландию и Сингапур. Самые параноидальные из них заказывают в этих странах бункеры, чтобы точно спастись, в случае чего.

Это очень важный политический сигнал: «голуби» уже не верят в возможность мирного исхода, поэтому покидают «опасные страны», переезжая в «безопасные».

В СССР переезжают только самые отчаянные, которые уверены, что добром всё точно не закончится и нужно спасать тех, кто дорог, и спасаться самому.

А вот «ястребы», настроенные на победу, что очень оптимистично с их стороны, пусть и тоже окапываются, но в своих странах, и продолжают гнуть свою линию.

Жириновский, когда определял для себя, кто в этой ситуации рациональнее, пришёл к выводу, что рациональными являются именно «ястребы», а не «голуби». «Ястребы», в отличие от «голубей», осознают, что это экзистенциальный конфликт, поэтому мирное сосуществование невозможно, любые компромиссы будут работать в пользу Советского Союза, а это значит, что единственная надежда только на конфронтацию.

Конфронтация может привести к ядерной войне и концу всего, но может и не привести, а лишь значительно ослабит СССР, что даст им новую надежду.

Это азартная игра с неприемлемо высокими ставками, и они играют в неё, так как отказ от игры — это поражение для них.

— Есть хоть какой-нибудь эффект от санкций? — спросил Жириновский.

Первый пакет экономических санкций был введён в день начала переговоров НАТО и Польши