"Фантастика 2026-207". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Шатилова
— Добрые люди говорят, — произнесла Анна условную фразу, тихую, но значимую.
— Имя, — просто и без лишних слов сказал мужчина.
Анна достала из сумки небольшой лист бумаги и протянула ему. Хозяин взял его, быстро пробежал глазами и тут же куда-то направился, на ходу бросив листок в огонь. Пламя жадно лизнуло бумагу, и она исчезла, будто её и не было.
Анна и Чоксо, прихватив свои чашки, вернулись к остальным за стол.
— Я так понимаю, мне снова никто ничего не объяснит? — ворчливо, но без настоящей обиды проворчал Тавер.
— Какой смышлёный мальчик, — поддразнила его Нина, отсалютовав чашкой с чаем.
Между советницей и телохранителем тут же завязался шутливый спор, а Ферухе, как всегда, пыталась их примирить, мягко урезонивая обоих. Анна же сидела чуть в стороне, молча наслаждаясь горячим чаем и редкой минутой, когда можно было просто быть, не принимая решений, не отдавая приказов, не взвешивая каждое слово.
Вскоре им принесли заказ, и все, забыв про споры и тревоги, принялись за еду. В этот миг даже будущее казалось не таким пугающим, а дорога — чуть менее длинной.
Где‑то спустя час в зал вошёл ещё один посетитель. В нём не было ничего примечательного — такой же промокший до нитки путник, как и все, кто искал укрытия от дождя. Он стряхнул с одежды капли, но капюшон не снял — тот по-прежнему скрывал лицо, отбрасывая глубокую тень. Незнакомец направился прямиком к стойке, где стоял хозяин таверны.
Из‑за этого капюшона невозможно было даже угадать, мужчина это или женщина. По очертаниям фигуры казалось, что всё‑таки мужчина, хотя Анна прекрасно знала: в Аркахалле встречались женщины, чьи плечи и стать могли затмить многих воинов.
Перекинувшись с дядькой Солодом парой коротких фраз, незнакомец развернулся и пошёл прямо к столику, за которым сидела Анна со своей свитой. Мужчины в их компании тут же подобрались, движения стали тише, незаметнее — и в то же время каждый из них едва ощутимо положил руку на рукоять оружия.
Незнакомец замер у их стола. Анна, которую тепло еды и чая почти убаюкало, медленно подняла на него сонные, но мгновенно прояснившиеся глаза.
— Погода нынче шутить изволит, — прозвучал из‑под капюшона низкий, чуть хрипловатый голос.
— Шутки природы, — спокойно ответила Анна, будто это была самая обычная беседа двух усталых путников.
— Идите за мной, — буркнул он и тут же развернулся, двинувшись к выходу. Он даже не обернулся, чтобы проверить, последуют ли за ним, — будто заранее знал, что так и будет.
И Анна, а следом за ней и вся её свита, послушно поднялись и пошли за ним. У самых дверей Повелительница на мгновение задержалась и обернулась. Дядька Солод, стоявший у стойки, едва заметно улыбнулся и кивнул ей на прощание. «Хваткий и умелый человек, — мелькнуло у Анны в голове. — С таким я бы с удовольствием работала».
Незнакомец ждал их у коновязи. Не говоря ни слова, он отвязал одну из лошадей и с ловкостью, выдававшей в нём опытного наездника, ласточкой взлетел в седло. Замерев, он молча наблюдал, как Анна и её люди рассаживаются по своим лошадям. Но вот чего он точно не ожидал, так это того, что огромная, перепачканная грязью зверюга, привязанная неподалёку, тоже принадлежит этой компании.
— Что это ещё за тварь? Обязательно тащить её с собой? — рявкнул мужчина, а потом, отвернувшись, пробормотал куда‑то в сторону, уже тише: — Мало того, что пришлось тащиться за ними посреди ночи под дождём, так ещё и это…
— Как ваше имя? — спокойно спросила Нина, будто не замечая его раздражения.
Мужчина резко обернулся.
— Моё имя не должно тебя волновать, — грубо отрезал он.
— Потише, парень, не нужно нарываться на неприятности, — тут же осадил его Тавер, голос его звучал ровно, но в этой ровности слышалась сталь.
— Ты явно пожалеешь о своих словах, когда узнаешь, кто перед тобой, — тихо, почти шёпотом добавил Сайс, но все всё равно услышали.
— Мне плевать, — буркнул незнакомец, хотя в голосе его уже не было прежней уверенности.
— А зря, — с лёгкой усмешкой протянула Нина.
— Довольно, — жёстко оборвала перепалку Анна. Её голос прозвучал как щелчок бича — коротко, властно, не терпящий возражений. — Присутствие «собаки» не обсуждается. Делай то, что тебе приказали.
Тон Повелительницы был таким, что сопровождающий больше не решился спорить. Он лишь дёрнул поводья, и его лошадь двинулась вперёд, унося всадника в темноту, туда, куда ему было велено вести этот отряд.
***
Сопровождающий привёл их к массивному каменному особняку — громаде, чьи очертания тонули в ночной тьме и серой пелене дождя. Разглядеть детали здания не было ни малейшей возможности: непогода скрадывала линии, прятала резьбу, сглаживала углы, превращая дом в угрюмый монолит. Да и подъехали они не к парадному входу, а к задним воротам — тем, что предназначались для слуг и подвоза припасов. Так что ни названия улицы, ни даже характера района разглядеть не удалось.
Проводник, будто нарочно, вёл их самыми запутанными тропами: по тёмным закоулкам, мимо глухих заборов, через узкие проходы, где едва разминулись бы две повозки. Казалось, он специально старался, чтобы никто не смог запомнить дорогу — то ли из осторожности, то ли в отместку за прежние стычки. В итоге местность слилась в сплошную череду размытых теней, и даже Чоксо, обычно безошибочно считывавший пространство, лишь хмурился, не в силах составить в голове хоть сколько‑нибудь ясную карту.
— Лошадей оставьте здесь, — буркнул проводник, первым спешившись и заводя своего коня в одноэтажное строение неподалёку.
Как и следовало ожидать, это оказалась конюшня