Марик Лернер - Дорога на Землю

Эти слишком много в свое время навидались стрельбы и желали быть не хуже своих отцов. Не сказать, что плохо. Подрастут — непременно загоню всей командой на обучение в Федерацию. Кто-то ведь должен и в армии служить, а принцип всеобщей вооруженности и сменных патрулей хорош только на определенном этапе, когда народа не слишком много. Кадровые части — совсем не плохая идея.

— Пока меня не было, вы, умники, сходили в набег, — громко сказал я.

— Ответный, — сразу подал голос Черный нос. Явно готовился, прекрасно знал, что за это по ушам получить можно. — На это запрета не было.

Морды сразу поскучнели. Ожидалась внеочередная клизма.

— За это вы свое получите, — пообещал я. — А пока… Кого признают взрослым? — задал я риторический вопрос. — Не того, кто убил, не того, кто поджег, взорвал, а?

— Сумевшего угнать коня без пролития крови, — мгновенно отреагировал Бешеный крыс.

— Правильно, — согласился я. — С одной маленькой поправкой — в Клане не крадут, а у союзников — только с разрешения старших. И признать это деяние должны на собрании заслуженных воинов. В отдельных случаях достаточно и мирного вождя с военным, если возражений нет.

Я глянул на Черного носа и спросил его:

— В чем разница между взрослым и таким недорослем, как ты?

— Да уж знаю, — машинально почесав задницу, ответил он.

— Взрослым тоже, бывает, перепадает, — сочувственно сказал я под дружное ржание остальных. — Но по закону ты уже отвечаешь за свою дурость сам. Не папа с мамой и не наставник. Все вы рветесь во взрослые, не понимая, чем это пахнет, наверное, думаете: мы делаем что хотим и не обязаны, мол, выслушивать разные замечания. Щас, — с сарказмом продолжил я, — посадить кого на мое место, чтобы он объяснял матери, почему чей-то сынок после прямого запрета сплавал на другой берег и огреб стрелу. Самая простая жизнь у воина — куда пошлют, туда пойдет, но ведь его мнения никто не спрашивает. А все остальные должны думать. Вот этим, — я постучал пальцем по голове, — и хорошо если есть чем, а то потом последствия отсутствия мозгов будет расхлебывать все племя.

Все притихли и слушали внимательно.

— Впрочем, сам такой был и прекрасно вас понимаю, — пояснил я настороженным лицам. — Поэтому… — Сделав паузу, продолжил: — …у меня к вам интересное предложение. Я сейчас на «слабо» не ловлю и храбрость не проверяю. Сами прекрасно знаете, что даже в набег не все ходили. Слабые и маленькие не пошли не потому, что не хотели, а прекрасно понимали, что могут задержать остальных в критической ситуации. Значит, придется годик-другой подождать. Подрастут — будут не хуже, может, и старших переплюнут. Понятно? Кто не готов, встали и вышли — это не игра. И на приятелей не смотреть. Этому оболтусу, — показывая на Неожидана, сообщил я, — уже семнадцатый пошел, чисто по силе с ним тринадцатилетнему не сравниться. А нам потребуется много физической работы.

Собрание настороженно загудело.

— Да? — спросил я у поднявшего руку Бешеного.

— Так не пойдет, — уверенно заявил тот. — Когда мы что-то делаем, заранее знаем — что, куда и зачем. Тогда и можем решать. Вот этот может только в охране, тот вперед, а этот вообще не потянет.

«Молодец, — подумал я, — вот у него точно мозги имеются. Черному носу надо внимательно смотреть, а то подвинет его в один прекрасный момент с места вожака».

— Если кто-то откроет рот, — ласково пояснил я всем, — до или после… Хвастаться начнет или просто по дури разболтает, он у меня вечно будет дерьмо для удобрений перемешивать. Взрослый он там или нет по закону. Это понятно?

Все дружно закивали.

— Я открываю подземелье под конторой. Все спускаются туда и ждут. Вожак делает портал. Загоняете туда грузовики. В людской зоне есть склад, там имеется все, кроме оружия…

— Жаль, — внятно сказал кто-то.

— Заткнись! — нервно посоветовали ему несколько голосов.

Я внимательно посмотрел на всех и продолжил:

— Выносим все подряд. Загрузили, через проход машины выгнали, на нашей стороне выгрузили и назад. Поодиночке через проход не шляться, только с грузом и на машинах. Ящики на себе носить не надо, лучше отдохнуть. Работаете как на разгрузке барж, на скорость. До тех пор, пока я не скажу — хватит. Успеем вынести все — замечательно. Не успеем — ничего не поделаешь. Все должно быть чисто, никакого оружия. Проверю и, если найду, пинком под зад выгоню.

Кто-то попытался было роптать, но я жестко оборвал:

— Повторяю, мы не стреляем, просто забираем груз.

А потом стал обрисовывать им задачу в подробностях:

— Делитесь на две команды: водителей, которые не сидят с важным видом, а тоже работают, и на умеющих работать на электропогрузчиках. Одна группа здесь, другая там. Кстати, надо будет взять и наши погрузчики тоже. Неизвестно, есть ли они там в достаточном количестве. Что надо из машин и техники — обсудите и скажете мне. Важно не устроить завал в коридорах, чтобы машины двигались. Заехал на склад, разгрузился — и сразу назад. Скорость — самое важное, пока хозяева не очухались. На той стороне нас трое, в охране, четвертый — наш Вожак.

Это не совсем правда, но не объяснять же им, что, во-первых, считается, что проход — его работа, а потому не отдать его долю — вызовет удивление. А во-вторых, есть еще и Протей, который тоже занят делом, и ему доля причитается. Такие вещи он прекрасно помнит и не забывает напомнить.

— Ваше дело, — разъясняю слушателям, — очистить все до голых стен. В остальное не лезете. Если что непонятно, спрашиваете, инициативы не проявляете. Начнется стрельба — все бросаете и уходите. Это приказ. Начальник команды отвечает за то, чтобы ни один идиот не потерялся. Я вам выдам радиопереговорники каждому. Перед уходом пересчитать всех по головам обязательно. Все. Вопросы?

— Делить как будем? — спросила одна из девчонок.

— Ай-ай, — укоризненно отвечаю, — Птица ясноглазая, как освобожусь, непременно зайду к твоим родителям. В твоем образовании допущен большой промах. Будущая жена должна прекрасно знать такие вещи. Что нам говорит закон добычи? — Я пробежал глазами по лицам, выбирая. — Ты, — показывая на первого попавшегося, — озвучь!

— Каждый обязан отдавать в общий фонд, который потом используется на общественные нужды, не меньше одной двадцатой своего дохода. Половина Клану, половина острову, автоматически отбарабанил он.

— И?

— Еще десятая часть на вас троих и десятая часть добычи командиру, — зачастила Птица. — Остальное на всех, но возможно отдельное вознаграждение за особые заслуги из общей Доли.

— Знаешь, а спрашиваешь… Хотя, — сообщил я, — пришел к выводу, что не такой уж глупый вопрос. У меня список на десять тысяч наименований того, что там имеется. Что именно вывезем, пока неизвестно. Так что внимательно меня слушаем, чтобы не было потом недоумения и обиженных воплей.