Карен Хабер - Женщина без тени

– Сейчас это небезопасно. Слишком много патрулей. Очевидно, кого-то ищут.

Раздосадованная Кейла медлила с ответом. Она не приняла во внимание это осложняющее обстоятельство. Но прежде, чем вывести из строя близнецов, ей требовалось узнать, где находится оружие.

– Что ж, – задумчиво протянула она. – Мы можем отправиться туда, когда стемнеет, не так ли?

Братья снова обменялись взглядами.

– Разумеется, – ответил Онзериб. Он махнул рукой, приглашая Кейлу следовать за ним в гостиную. Она кивнула, но уже через несколько шагов почувствовала, как ее руки и ноги наливаются свинцовой тяжестью. Веки сами собой опустились на глаза. Раскачиваясь, она повернулась к одному из братьев и начала падать вниз, вниз, вниз, в безмолвное белое пространство.

Во рту у Кейлы был такой привкус, словно она наглоталась пыли. С трудом разлепив глаза, Кейла подняла голову. Она находилась в незнакомом месте – в какой-то холодной и сырой каменной комнате. Ее руки были связаны за спиной, и такие же путы стягивали лодыжки. Тело отзывалось ноющей болью на каждое движение. «Должно быть, они использовали контактный седатив, – мрачно подумала она. – Состав, нанесенный на дверь, которую я ощупывала».

– Ты хотела увидеть груз? – спросил самодовольный мужской голос. – Вот он, любуйся. Хотя здесь далеко не все.

Кейла повернула голову и увидела Онзериба, возвышавшегося над ней. Ее сердце тяжело заколотилось в груди, когда она стала осматривать комнату. Ящики и коробки, помеченные универсальным значком ядерных материалов, в беспорядке выстроились у стены. Да, она нашла ядерное оружие. Или, вернее, оно нашло ее.

Нога в блестящем черном ботинке довольно сильно пнула ее в бок.

– Лгунья! Дура, неужели ты думала, что мы хоть на мгновение поверим тебе?

Кейла пыталась защититься, свернувшись в клубок.

– О чем вы говорите? Отпустите меня! Грир придет в ярость, когда узнает об этом.

Близнецы рассмеялись.

– Грир? – переспросил Онзериб. – Вероятно, она поблагодарит нас. Твоя дорогая подруга Грир пустила слух, что ты изменница. По ее словам, ты бросила свою команду и сбежала.

– Но это неправда!

– Неправда? Нам наплевать. Судя по всему, тебе очень сильно хотелось найти нас. Теперь ты можешь дожидаться Грир… или вечности.

– Вы собираетесь взорвать ядерные боеголовки. – Это прозвучало как утверждение.

Онзериб усмехнулся.

– Нет, если наши требования будут выполнены.

– Какие требования?

– Правительство Карлсона должно отменить тарифы в торговле с внешними системами.

– А если он откажется?

Онзериб пожал плечами.

– Тогда под его дворцом может случиться небольшая неприятность: подземный ядерный взрыв ограниченной мощности. Мы не хотим, чтобы умерло слишком много людей.

– Вы сошли с ума, – сказала Кейла. – Что плохого вам сделал Карлсон?

– Он разрушил нашу семью.

– Семью? Я считала вас клонами.

– Мы и есть клоны. Но нас было шестеро, прежде чем Пеллеас Карлсон нанял наших братьев. Он обещал отвезти их на Сент-Альбан, обещал сделать их дипломатами. Он многое обещал, но дал лишь смерть. Корабль, на котором они летели, взорвался.

Кейла недоверчиво покачала головой.

– Но ведь это произошло не по злому умыслу.

– Какая разница? Он подверг их опасности, не так ли? Мы уже никогда не будем такими, как прежде.

Дозериб энергично закивал.

– Если он не согласится выполнить наши требования, то пострадает так же, как мы. Это будет справедливо.

– Что вы собираетесь сделать со мной? – спросила Кейла.

– Мы известим президиум свободных торговцев. Они примут решение. Возможно, выдадут тебя торговой полиции в качестве примера того, как мы поступаем с предателями.

Братья повернулись и неторопливо направились к выходу. Кейла попыталась парализовать их нервную систему, но ее ближнечувство снова лишь слабо затрепетало и угасло. Усталость или, возможно, последствия наркотического сна мешали пробуждению ее уже ослабших эмпатических сил.

Близнецы оставили ее одну в темноте. Звук их шагов затих в отдалении.

В отчаянии Кейла подумала о дальнечувстве. Она еще не прибегала к нему.

Сосредоточившись, она с радостью обнаружила, что дальнечувство функционирует. Она выпустила зонд, стучась в незнакомые спящие разумы по всему городу.

«Помогите! – думала она. – Пожалуйста, помогите мне!»

Никто не шевелился. Ни один разум не проснулся от ее эмпатического прикосновения.

Напрягаясь из последних сил, Кейла протянула зонд дальше, за пределы квартала и города, в направлении космопорта.

«Саломея! Баррабас! Кто-нибудь. Пожалуйста!»

Знакомое ощущение присутствия разумов своих товарищей по команде чуть не заставило ее заплакать от облегчения. Но нужно было вступить в сознательный контакт, иначе попытка теряла смысл. Кейла трогала, стучала, умоляла их, одного за другим. Все продолжали спать, никто не отозвался. Она подошла к пределу своих возможностей, но в последний момент вспомнила о далькое. Если человек не может услышать ее, то, может быть, далькой способен на это?

«Третье Дитя! Услышь меня. Проснись, Третье Дитя».

Кейла понимала, что у нее не хватает сил. Далькой не услышит ее. Однако ее дальнечувство каким-то чудом продолжало работать, словно некая могучая сила питала его энергией.

«Третье Дитя!»

В ее сознании возник образ проснувшегося далькоя. Третье Дитя сидело и тревожно оглядывалось по сторонам. Кейла поняла, что далькой слышит ее.

«Приди ко мне, Третье Дитя. Я знаю, ты сможешь найти меня. Возьми с собой Игера и приходи как можно скорее».

Кейла начала терять контакт. Последним усилием она направила мысленный образ квартала и дома, вид улицы снаружи. Услышало ли ее Третье Дитя? А если услышало, то поняло ли?

Она закрыла глаза и скользнула в сумеречное царство между сном и бодрствованием. У нее не было ни малейшего представления, сколько времени она находилась там. Потом ее потревожил какой-то звук, и она постепенно начала просыпаться. Кто-то или что-то двигалось за ее спиной. Близнецы вернулись прикончить ее? Она будет сопротивляться всеми доступными способами, она сожжет их разум, если у нее хватит сил. Кейла лежала неподвижно, собираясь с силами.

Джиип! Джиип!

Кто-то начал дергать ее путы.

– Кэти! – грянул голос Игера над ее ухом. – Что с тобой? Что случилось?

Она увидела его лицо, коричневую от загара кожу, голубые глаза, хорошо вылепленный нос и слегка выдающийся подбородок. Какое у Игера чудесное лицо.

– Боже, – хрипло прошептала она, обессилев от облегчения. – Ты все-таки пришел.