Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина
Селиться диаспорами им никто не позволит, потому что ГКО не нужны все создаваемые диаспорами проблемы, поэтому после фильтрационных лагерей, иностранцев равномерно распределяют по безопасным регионам.
Но уже видно, что этот приток мигрантов не решит проблему и просадка по населению будет отчётливо ощущаться поколениями.
Да и этот поток пусть и кажется существенным, ведь в день прибывает по 20–30 кораблей, но эти корабли привозят много мертвецов — некоторые беженцы уже получили смертельную дозу радиации и умирают либо по пути, либо в фильтрационных лагерях.
Санитарное захоронение у Ялты увеличивается пугающими темпами, но рядом растёт другое захоронение — ежедневно умирают десятки тысяч облучившихся советских граждан.
Радиация убьёт ещё многих и приём беженцев из Европы, Азии и Ближнего Востока — это лишь бесплодная попытка возместить неестественную убыль.
К тому же, это работает на моральный авторитет Советского Союза, так как вполне можно было бы понять, закрой он границу. Это никому бы не понравилось, но все бы поняли.
Пока что, очень рано говорить о новом устройстве мира, так как есть риск, что никакого устройства не будет, по причине того, что из устойчивых государств останется один только Советский Союз.
— Цена… — прошептал Жириновский.
*Итальянская Республика, провинция Лигурия, метрополитенский город Генуя, 13 января 2004 года*
— Где жужжало? — спросил Иван.
— Сдохло — там фон просто скотский, — ответил оператор БПЛА. — Но басмачи точно не в порту — человек там и часа не протянет. Где-то в городе у них логово…
— Вглубь города мы не полезем, — покачав головой, сказал подполковник Варенцов. — Ладно, пусть дышат своей радиацией, если так хотят.
Его повысили второго января, но это просто слово и новые погоны, так как больше бойцов ему не дали, задачи не изменили и лучше воевать от этого ему не стало.
И всё же, ему было приятно, что командование наблюдает за его успехами, несмотря на экстремальные обстоятельства.
Со дня на день обещают прислать морпехов, которые возьмут «зелёный коридор» под свой контроль и все нынешние его защитники, наконец-то, вернутся домой.
«Как всегда, остальным достаётся всё самое лёгкое», — подумал Иван, идя от позиции операторов к своему взводу.
Все отступающие из Франции войска уже покинули Европу, поэтому «зелёный коридор» отрабатывает свои последние недели.
Тут и басмачи, естественным и противоестественным образами, существенно сократились в численности, из-за чего снизили свою активность до исторически минимальной, и поток беженцев тоже почти прекратился.
Это значит, что почти все те, кто мог, уже дошли до Лигурии и эвакуировались в Союз, поэтому особого смысла в поддержании «зелёного коридора» нет.
«Наверное, доберут остатки, а потом свернут операцию и забудут об Италии», — подумал Иван. — «Эх, наверное, надо просто дать этим басмачам сдохнуть в городе».
Банда басмачей, где-то раздобывших пулемёты, РПГ и ПЗРК, сбила Ми-26, эвакуировавший беженцев, на которых командование навели другие беженцы, была занесена командованием в список на приоритетное уничтожение.
Варенцов, целый подполковник, командующий аж взводом добровольцев, получил приказ выследить и уничтожить конкретно этих басмачей, но сейчас он видит, что это малореально сделать без существенных потерь.
Лезть в города — это гиблое занятие, так как почти по каждому били ядерными ракетами.
У него есть опыт посещения города Алессандрия, в котором американцы ударили по железнодорожному узлу и по промышленной зоне, поэтому фон там отвратительный, но члены предыдущей банды басмачей об этом то ли не знали, то ли пренебрегли этой информацией, поэтому залезли в город.
Иван тогда высадил взвод близко к очагу, поэтому пришлось срочно бежать оттуда — они схлопотали повышенную дозу гамма-излучения, но им повезло, что сели не прямо на очаг.
Возможно, это был пропущенный БПЛА-разведчиками обломок от боеголовки, но это не особо важно — им страшно повезло, что вертолётчики не приземлились на пару сотен метров ближе к очагу.
В любом случае, о судьбе той банды басмачей можно было больше не беспокоиться, так как они ушли в сердце города, а оттуда живому человеку не выйти…
Эта банда тоже ушла в город, как в единственное место, в котором можно спрятаться от мобильных групп защитников «зелёного коридора» — вероятно, они посчитали, что радиация даёт больше шансов.
И они правы, потому что у мобильных групп есть технологическое превосходство, а также превосходство в огневой мощи и мобильности.
А у басмачей есть только гражданский автотранспорт и дефицит всего — иногда Иван возвращается к мысли, что это никакие не басмачи, а последние защитники Италии, отчаянно сражающиеся за независимость своей страны.
Правда, этот аргумент не объясняет, почему они постоянно нападают на конвои беженцев и всегда стараются уклониться от боя с мобильными группами.
— Всё, уходим на точку, — сказал Иван. — Николаич, собирай бойцов и проследи, чтобы больше никто ничего не терял.
— Понял тебя, Сергеич, — ответил старший лейтенант Богатиков. — Мужики, собираем пожитки и готовимся к выходу. Сергеич, а после такого близкого контакта с заражённой зоной, нам дадут подлечиться? Или как обычно?
— Не было у нас сегодня близкого контакта, — произнёс подполковник Варенцов. — Но я спрошу у начальства — может, дадут передохнуть хотя бы пару дней.
Под «подлечиться» Богатиков подразумевает «надёжное средство» от радиации, то есть, алкоголь.
Уже всем известно, что алкоголь не помогает от радиации, но миф очень стоек, потому что есть очень много людей, упорно поддерживающих его.
Командование всё прекрасно понимает, но иногда разрешает «подлечиться от радиации», в качестве мотивационного поощрения личного состава.
— Сергеич, ты — наш человек, — приложив руку к груди, сообщил ему Николай.
— Не обнадёживайся заранее, потому что могут не разрешить, — сказал ему Варенцов. — Я слышал от штабных, будто бы с юга пришли новые банды басмачей…
— Вот сволочи, — с досадой проговорил Богатиков. — Мешают лечиться от радиации — ничего святого у людей…
Наручные часы на левой руке Ивана тревожно запиликали. Это время приёма йодистого калия, но сейчас его принимать нельзя, так как нельзя снимать противогаз.
— Взвод готов к движению, — сообщил Николай.
— Вперёд, — скомандовал Иван.
*США, штат Вашингтон, город Голд-Бар, 20 января 2004 года*
— Интересно… — произнёс Даниил.
— Очень интересно, — согласился с ним Наум.
— Нет, вообще не интересно, — не согласилась с ними Анна, а затем разблокировала электронный планшет. — Нужно ехать к следующему убежищу.
Перед ними лежат вывороченные ворота бомбоубежища «Трамп-Шелтер #12», а в тёмном зеве входа виднеется силуэт повешенного трупа.
Кто-то привёз сюда бульдозер, к которому прикрепили тяжёлые цепи и выворотили ворота, после чего начался штурм убежища, завершившийся, судя по всему, уничтожением обитателей и разграблением складских запасов.
Нападавшие активно вытаскивали из