"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Ладно, это лирика. Короче, вся эта катавасия с яйцом дала свои плоды. Лора сообщила, что есть небольшие изменения в его состоянии. Это я и сам почувствовал.

— Поздравляю, папаша, — вздохнула Лора. — Теперь этот пацан будет думать, что ты его отец, когда вылупится! Ну и заодно, тебе не надо его приручать!

Я это и сам знал. Во внутреннем хранилище уже приготовили новый остров с чистым песочком. В центре на небольшом постаменте находилось яйцо, а под ним стоял счетчик обратного отсчета. И он показывал, что мой приемный сынок вылупится через четыре дня.

— А что с монстрами? — спросил я.

Лора подключилась к внутренней связи корабля.

«Наконец, монстры рассредоточились!» — сообщил штурман.

«Да, видим!»

«Ура, товарищи!»

«А чего расслабились? На гауптвахту захотели? Мы даже половины не убили!»

На этом моя работа все. Закончена. Что мог, то сделал.

А дальше продолжилось то, за что адмирал Нахимов любил свои корабли. Тотальное уничтожение врага.

Буквально час еще монстры пытались атаковать все подряд, пока до них дошло, что у них больше потерь, чем успехов.

Адам напоследок пустился в погоню за парочкой молодых рептилий, а Игорь пытался залезть на крейсер, где его ждала радостная хозяйка.

Света все это время сидела на палубе и наблюдала. Правда, я так и не понял, на что она смотрела, так как битва проходила под водой, и только мне был доступен просмотр из первых рядов.

Но когда Игорь спрятался в шарике, Света пошла к входу на нижние отсеки. Тут и Адам перелез через борт и о чем-то спросил Нахимову, а потом показал ей большой палец.

Я поспешил вниз, чтобы похвалить Свету.

— Неплохо твой Игорь погонял этих наглых тварей! — сказал я, когда мы встретились на лестнице.

— А то! — гордо подняв нос, сказала Нахимова. — Ты бы видел, что он творил под водой!

— Видел, — кивнул я.

— В смысле?

— Через Болванчика, — пояснил ей, и мы пошли вниз.

Следующие пару часов корабль приходил в обычное состояние. Рабочие отчитывались о проделанной работе. Кладовщики докладывали о состоянии боеприпасов, штурманы о состоянии целей, Адам проводил ревизию своего мини бара, который быстро пустел.

В общем, работа кипела. И все освободились ближе к ужину.

Когда нас позвали в столовую, я даже обрадовался — живот недвусмысленно намекал, что пора бы что-нибудь в него закинуть. Ну так, в качестве профилактики гастрита.

Там собрались практически все на корабле. Даже бедные японцы, которые смиренно сидели за одним столом и с интересом смотрели на остальных. Даже О-Рен выпустили. Правда, непонятно, за какие заслуги, и вообще на какой черт было ее закрывать?

Я даже подошел к одному из ее охранников и спросил, а как так-то?

На что получил интересный ответ. Оказалось, это не они заперли О-Рен, а она попросила запереть ее, дабы оградить от чересчур настойчивого внимания Фанерова.

Теперь понятно, почему они к ней так лояльно относились.

Зато теперь Фанеров буквально светился. Впору надевать солнечные очки. Да и его поведение стало немного сдержаннее, хоть улыбка и не сходила с его лица. Женя не лез каждую секунду к японке с непристойными предложениями или вопросами, а просто находился рядом и пытался развеселить ее интересными фактами.

— Это я ему посоветовал быть поспокойней, — прошептал Антон мне на ухо. — Сказал, что девушки любят невозмутимых парней. Вот Женя и строит из себя…

— Ты сам-то чего сидишь без дела? — удивился я, многозначительно посмотрев на Виолетту на другом конце стола.

Та сидела в одиночестве и пила чай.

— А что я? — удивился младший Есенин.

— Видишь, девушка скучает! А ты тут советы по пикапу раздаешь.

— Так, а че я-то…

— Да ниче, Антох. Пора бы уже сделать парочку шажков вперед!

Он странно посмотрел на меня, взял со стола тарелку с булками и пошел к Виолетте.

— Зная этого скромнягу, у него два шажка вперед, один назад, — вставила свои пять копеек Лора.

— Тут еще одна девушка скучает! — фыркнула Маша у меня за спиной.

Кицуня, сидевший у нее на руках, тявкнул в знак солидарности с хозяйкой.

— Это что за бунт? — удивился я и взял маленького бунтаря на руки. Маша же получила от меня поцелуй в губы.

Через некоторое время к нам зашел Адам, чем вызвал всеобщий восторг и аплодисменты морячков.

— Редкий случай, когда он присоединяется к всеобщему веселью — сказала Света, садясь рядом со мной.

— Привет, я подсяду? — извинился Адам. Кажется, он даже трезвый.

— Конечно! — кивнули мы.

Адам сел напротив меня и пристально посмотрел на лисенка, приподнял бровь и закинул в рот помидорку.

Петр Борисович с командиром корабля, Федором Петровичем, сели рядом с Адамом.

— Ну, как обстоят дела с твоим романом? — поинтересовался командир.

— Пишется, — коротко ответил он. Кажется, Адам не очень любил говорить на эту тему.

Когда столы уже ломились от еды, Петр Борисович аккуратно встал и постучал вилкой о пивную кружку.

— Кхм! — прокашлялся он. — Попрошу немного внимания, парни!

Вся столовая вмиг замолчала. Все же адмирал флота вещает.

— Во-первых, хочу вас всех поблагодарить за прекрасную работу, которую вы проделали сегодня! Огромная благодарность лично от меня и от Российской Империи!

— Ура! — вразнобой закричали солдаты и накинулись на выпивку.

— Но это еще не все! — немного добавив силы в голос, произнес Нахимов. — Я не успел подарить моей дорогой Свете подарок!

Адмирал Нахимов не был настроен к долгим речам. Сложилось ощущение, что он вообще затеял эту сходку только для того, чтобы нормально отметить Светин праздник.

— Дорогая моя, — он наклонился под стол и достал длинный, завернутый в простую подарочную бумагу со слониками, предмет. — Я все думал, что же тебе подарить и принял, как мне кажется, самое верное решение. Так как мы были в стране, где делают лучшие мечи, то и упускать такой шанс — очень опрометчивый шаг.

Все затаили дыхание. Взгляды не отрывались от подарка. Уже все поняли, что это самурайский меч, но интрига в другом.

— В Японии много мастеров. Наверное, ни в одной стране нет такого количества