Вячеслав Бакулин - S.W.A.L.K.E.R. Звезды над Зоной (сборник)

В свете костров перед стенами города метались тени в плащах с высокими острыми воротниками. Иногда какая-нибудь тень взмывала в воздух и пикировала на город, но останавливалась, лишь немного не долетев до самых высоких крыш. Одна тень не успела затормозить – кожистые крылья загорелись, и в мимолетной вспышке, сопровождаемой криком боли, стало видно, что город накрыт металлической сеткой. Судя по вспышке и крику – под напряжением.

– Но тут их сотни!

– Вот именно! Город обречен – если мы не поможем.

– Но нас всего двадцать, сэр.

– Да? А где остальные?

– Тут больше никого нет.

Бородатый поник:

– Ты прав, сынок.

Он вперил потухший взгляд в разворачивающуюся осаду. В слабом свете костров видна была лихорадочная деятельность в стане вампиров.

– У меня были десятки зрелых, опытных бойцов, – пробормотал бородатый, опустив голову. – И все они полегли в битве…

Бойскауты сочувствующе молчали. Но бородатый вдруг поднял взгляд, в глубине глаз его загорелся все тот же безумный огонь:

– Нет, я не отдам свой город врагу! Мы просто сменим тактику.

– Что, сэр?

– Вы же бойскауты, парни! Должны знать окрестности, как свои пять пальцев… ну, или у кого сколько осталось. Верно?

Скауты переглянулись.

– Да, точно, – нестройно подтвердили они.

– На этом и сыграем. Вперед, бойцы!

– Ага…

– Не слышу энтузиазма?

– Да, сэр! – гаркнули двадцать мальчишек от десяти до тринадцати. – Они не пройдут!

Бородатый сидел возле ограды на камне, обложившись картами, вокруг стояли голоногие пацаны. Командир скаутов, приникнув к биноклю, докладывал:

– Враг стаскивает к стенам разного рода сосуды. Вижу кастрюли, банки, кувшины… Они что-то затевают, сэр!

– Конечно, затевают! – взвился бородатый. – Они хотят устроить замыкание в сетке, срезать ее в нескольких местах и обрушиться на беззащитных жителей, кусая всех подряд. Женщин и детей – с особой жестокостью.

– Но как мы сможем им помешать?

– Э-э, не об этом надо беспокоиться, – махнул бородатый, успокаиваясь и возвращаясь на камень. – Сетка сделана из многих частей, у каждой питание от разных генераторов. Я сам когда-то помогал создавать эту защиту, здесь они не пройдут. Бояться надо того, что они сделают потом, когда первый план не сработает.

– А что они сделают потом?

– А я знаю?! – возмутился бородатый. – Разведчики не вернулись?

– Нет еще, сэр, – командир поводил биноклем из стороны в сторону. – Не видать.

– Дьявола… – пробормотал бородатый, возвращаясь к картам, и тут же насторожился: – Что это за звук?

От гранитного склепа, стоящего неподалеку на умиротворенном, заросшем миртом и глицинией склоне, доносился ритмичный стук. Мальчишки заулыбались, переглядываясь.

– Это святой Николай, защитник города, – доложил восьмилетний малыш, непонятно как затесавшийся в компанию старших ребят.

– Как его поминают сейчас за стенами! – ухмыльнулся толстый пацан в рваном галстуке.

– Встанет за нас? – с надеждой оглянулся бородатый.

– Да ему триста лет, мумифицировался давно, – махнул рукой командир.

– Ворочается почем зря, – добавил толстый.

– Ничего не бывает зря, – бородатый поставил галочку в свои бумаги.

– Разведчики возвращаются! – крикнул командир.

При виде вылезающих из зарослей акации измазанных скаутов бородатый поднял голову:

– Ну?!

– Плохо дело, сэр, – доложил грузный парень в натовской кепке.

– Они нашли вход в катакомбы, – сказал белобрысый шкет без одного зуба спереди.

– И собираются перекрыть подачу дизеля, – добавил последний разведчик, круглолицый пацан, единственный среди скаутов в джинсах.

Бородатый вскочил, потрясая картами.

– Дьявола! – возопил он. – Этого-то я и боялся!

По бетонной трубе метров трех в диаметре, шлепая по натекшим с потолка лужам, пробирались трое скаутов. Это были Малыш, Толстый и Шкет. Малыш держал фонарик с тусклым лучом – аккумулятор садился, Шкет нес рыболовную сеть, Толстый – связку наскоро нарубленных на кладбище палок. Мертвецов там сильно поубавилось за ночь, а вот осины хватало.

Малыш светил поочередно на завернутую в полиэтилен карту и под ноги.

– Здесь направо, – говорил он шепотом. – А тут налево…

Скауты ёжились и постоянно оглядывались. В катакомбах стояла мертвая тишина, нарушаемая только шлепаньем детских ног, полная напряженного ожидания. Пацаны знали, что вампиры могут выскочить из-за любого поворота, и держали наготове свое немудреное оружие. На шее у Толстого, который в их маленьком отряде был за главного, висела рация и еле слышно, успокаивающе шипела. Иногда из динамика доносились ругань, отдаленный шум драки и разочарованные вопли. В такие моменты Толстый хватал рацию и прижимал к уху, жадно вслушиваясь.

– Ну что? – поворачивались к нему Шкет с Малышом.

– Кусаки перерезали первую трубу, – говорил Толстый. – Гады!

И пацаны крепче сжимали палки.

Или:

– Вторую отстояли!

– Ага! Знай наших! – Малыш и Шкет, приплясывая в холодной воде, потрясали фонариком и сетью.

– Еще бы узнать, как они в летучих мышей превращаются, – подхватывал Толстый. – Тогда мы бы их сразу! Палками загоним, неводом накроем… Может, есть какой тайный знак? Смотрите в оба, парни!

К городу подходило пять нефтепроводов, по которым клан нефтяников гнал соляру. Трубы были надежно укрыты в катакомбах, дизель обеспечивал потребность города в электричестве. Многочисленные генераторы работали день и ночь, подавая напряжение на сетку, которая защищала жителей от вечно голодных вампиров. До сегодняшней ночи.

– Вторую потеряли… – Толстый опустил рацию. Шкет и Малыш померкли. Все замолчали. Затем Шкет спросил, расправляя сеть:

– Далеко до нашей трубы?

– Почти пришли, – отозвался Малыш, сверившись с картой. И добавил сухим, почти взрослым голосом: – Мы свою не сдадим.

Толстый и Шкет согласно кивнули.

Из рации опять донесся яростный шум.

– Да что же там?! – изнемогая, воскликнул Шкет. Малыш застыл, наблюдая в ужасе, как Толстый медленно подносит рацию к уху. Он уже и так все понял.

– Третья, – мрачно сказал Толстый. – Осталась четвертая и наша.

Скауты переглянулись и, не сговариваясь, побежали. Подошвы сандалет громко шлепали по тонкому слою воды на дне бетонного коридора, поэтому никто не услышал голосов.

Когда они выскочили из-за поворота, толкаясь, сбивая друг друга, стоящие вокруг нефтяной трубы вампиры обернулись, как один, и неприязненно уставились на грязных мальчишек. Один вампир так и застыл с занесенным над головой топором. Скауты остановились, попятились.