Марик Лернер - Дорога без возврата

   Мы поднялись и, отряхиваясь от сена, стали собирать вещи. Прыгун вопросительно заржал.

  - Завтра, — сказал я ему, — отдыхай пока.

  Он демонстративно повернулся ко мне задом.

   Глядя вслед Черепахе, бодро поскакавшей к дому, Лена нерешительно спросила:

  - Слушай Леха… а что это ее собаки боятся?

  - Серьезно?

  Она подозрительно посмотрела на меня.

  - Еще как. Здоровенные цепные псы моментально в угол шарахаются, а один даже обмочился и под крыльцо залез. Никак вылезать не хотел, пока мы там были.

  - Наверное, от нее волком пахнет, — серьезно ответил я. — Вот Мави из рода Кошки и род постоянно с ней общается, касается и гладит, обязательно запах на всех будет и на вещах тоже. Да она и сама норовит все кругом пометить, специально трется.

  А Черепаха из рода Волков. Собаки лучше чувствуют и боятся. Я ж говорил, есть и волки как Мави, для нее они практически родственники. Тут родство не по крови, а по виду. Еще хорошо, что вы без собаки обходитесь, от таких запахов пес и взбеситься может.

  - Зачем нам собака, если в доме Зоя есть?

   Вроде поверила, но в живозапахе осталось невнятное подозрение как когда неправильность чувствуют, но объяснить не могут. Надо переводить разговор на другое.

  - А что тут у вас за песни по соседству? Не помню праздников. Или тут уже появился День Независимости?

  - А, — отмахнулась она. — Васька-алкаш празднует. Два года простоял на одной ноге, прерывая процесс поглощения самогона только на время необходимое, чтобы заработать на выпивку и назад собирается. Тут просто так не подают. Совсем человек никчемный, хорошо, что еще безобидный, а то бы давно грохнули.

  - На Землю? — с расстановкой переспросил я.

  - Ну, да. А что?

  - Позвать его можешь?

  - Так какие проблемы, предложить налить на дорожку — моментально прибежит.

  - Черепаха, — заорал я, — сюда иди!

   Она высунулась из двери с удивленным видом.

  - Что случилось?

  - Работа для тебя есть, гонца послать.

  - Так посмотреть на него надо, может и не годится.

   — Когда есть опасность попасть в плен, — пояснил я Лене, — маг ставит посланнику в память готовый блок и гонец повторит его, как попугай только тому к кому его послали. Другие могут хоть на огне жечь, он просто сам ничего не помнит.

  - Письмо на Землю? — прошептала Лена.

  - А почему не попробовать, хуже не будет.

   — Сейчас, — она метнулась к воротам.

  - А что это вы здесь делаете? — спросил Рафик цитатой из фильма останавливаясь на пороге и глядя на нас.

   Посреди комнаты, на полу вытянув руки по швам, лежал Васька. Черепаха спокойно подошла к нему со спины, дождалась пока он засосет стакан и, нажав какую-то точку на шее, одним движением выключила его. Потом мы дружно уложили его на пол, чтобы он случайно не свалился.

  Теперь она сидела возле него и, закрыв глаза, старательно проверяла что-то, держа руки у него на висках.

   Лена тихим шепотом объяснила Рафику что происходит.

   — Хуже среднего, — сказала Черепаха, оглянувшись на меня и брезгливо вытирая руки. — Очень внушаемый, но память никуда, совсем без алкоголя уже не может. У нас такого, — добавила она на языке Народа, — давно к милосердной смерти бы приговорили. Размножаться таким нельзя. И продолжила по-русски: — Можно, но коротко. Если память серьезно проверять не будут, проскочит. Они ведь просто стирают? Тогда это не проблема, засуну поглубже, в детские воспоминания. И опять на своем языке, усмехаясь: — Это дело личное, Клана не касается. Сам говорил, прошлые долги остались в прошлом. Так что ты мне должен будешь и сильно.

  - Я потом подсчитаю, сколько ты коней мне за платье и все остальное должна, — пообещал я, — тогда и проверим, кто кому и сколько должен.

  - Шутка, — поспешно сказала Черепаха. — Только АКМ мой по закону.

  - Военный трофей, какие вопросы.

   Я обернулся и посмотрел на друзей:

  - Вы хотите что-нибудь передать?

  Лена отрицательно мотнула головой.

  - Нет.

  - А ты?

  - Это ведь все равно письмо в один конец и без ответа, — медленно ответил Рафик. — Нет, сам скажешь, чтобы к моим зашли. Лишние концы, больше риска.

   А что она сказала не по-русски?

  - Что его надо убить, чтоб не размножался, — невозмутимо сообщила Черепаха. — Дети имеют большие шансы стать идиотами, слишком много пил, организм уже не может без алкоголя.

  - Вот так, — почесав стриженый затылок, переспросил Рафик. — Не слишком сурово?

  - У нас только так. Выживают и дают потомство сильные. Такие убогие все равно долго не протянут. Не собираюсь я здесь ничего такого делать, — засмеялась она, глядя на его лицо. — Это ваши проблемы, хотите с такими возиться — ваше право и ваши законы.

   — Тогда начнем, — подводя итог, сказал я. — Это шанс дать о себе знать. Пусть им будет легче — мы живы.

   Ранним утром меня подкинуло с кровати. Камень на груди мелко дрожал и тройка светилась в темноте. Торопливо нажал ногтем на рисунок и услышал голос. Как он получается, при полном отсутствии динамика для меня оставалось глубокой тайной. Объяснение про сродство камня, из которого и были выполнены отдельные части, хорошо было в теории. На практике это все относилось к разряду магии, а я оставался очень специализированным Мастером.

   Черепаха села рядом прислушиваясь. Когда разговор окончился, я не сдерживаясь выматерился вслух.

   — Ты знал, что это должно случиться, — сказала она, начиная одеваться.

  - Я знал, но надеялся, что время еще есть.

  - Месяц по любому у нас еще есть. Мы это давно ждали. Делай, что хотел и не думай, на всех все равно не угодишь.

  - Значит, как договорились. Грузим, что можно и я ухожу. Мави возьму с собой, Найденыша оставлю на тебя. Пойдешь со мной к Борису и хорошо осмотрись. К людям особенно. Ну, не мне тебя учить. Постарайся в Форт заодно попасть.

  - Да я тебе и так скажу, что это. Сорок тысяч километров подземных помещений и переходов, в которых без карты заблудиться не просто, а очень просто. В горах таких много, но анхи внутрь не пускают. Только общее представление можно иметь по отдельным обмолвкам и впечатлениям немногих посетителей. Там есть водосборники, плантации съедобных растений и даже склады должны быть.

   Может, я все-таки с тобой? — просительно сказала она.

  - Не морочь голову снова, — раздраженно сказал я. — Другого варианта нет. Неизвестно когда я вернусь и смогу ли вообще. Мне нужен здесь кто-то, кому не просто можно доверять, но для кого Клан важен. Эта земля должна стать нашей. Я не хочу общей войны, да мы и не сможем. Все, — застегивая ремень, сказал я. — Давай в конюшню, седлай лошадей, а я пока им объясню.