Карен Хабер - Женщина без тени
«Каким образом?»
«С помощью вот этого. – Кейла протянула мешочек с самоцветами своего отца. – Самые лучшие метакристаллы на Сент-Алъбане».
«Возможно. Покажи их нам».
Дрожащими руками она раскрыла застежку и высыпала на ладонь сверкающие кристаллы; иссиня-красные и зольные грани заиграли в свете двойных солнц.
Далькои собрались вокруг нее и склонили головы над сверкающими камнями.
«Может быть, этого будет достаточно. Но нам понадобится медиум».
«Я могу сделать это за него».
«Положи одну руку на голову своего друга, а другую – на его легкие».
Кейла мягко отодвинула Саломею в сторону и сделала, как ей было сказано.
– Кэти, что ты делаешь?
«Открой нам свой разум».
– Кэти! – Голос Игера раздался очень близко.
– Ш-шш! – Кейла не могла отвлекаться. Она сфокусировала всю силу своего разума на раненом товарище. Закрыв глаза, она позволила далькоям овладеть собой. Она плыла в пространстве перемежающейся светотени, наполненном странными гулкими шепотами – групповой разум далькоев? – а затем оказалась в сознании Раба, словно нырнув в стоячую воду глубоководного пруда.
Молчание. Тело Раба застыло в жуткой неподвижности, кровь скапливалась в его сердце. Смерть приближалась.
Кейла продолжала стоять на пороге сознания Раба. Она не могла, не имела права отпустить его.
«Живи, черт бы тебя побрал! Ты не можешь спасти мою жизнь, а потом умереть. Ты не можешь оставить меня, оставить всех нас. Я этого не вынесу».
Она вливала в Раба свою энергию, жизнь и любовь. Окружающий мир пропал для нее, задернутый красной пеленой, колышущейся и накатывающей волнами, словно прилив.
«Выздоравливай».
Она находилась внутри и снаружи одновременно, включая нейронные цепочки, увеличивая поступление эндорфина в кровь Раба.
«Дыши, – думала она. – Дыши и живи».
Красная дымка истончилась до бледно-розового оттенка и исчезла. Кто-то держал ее за плечо и тряс. Кейла не обращала на это внимания.
«Давай же, Раб, давай!»
Вот: слабое содрогание. Еще одно. Сердце спазматически сжалось и остановилось. Слабое биение. Быстрее! Раз, два, три, четыре…
Раб моргнул и открыл глаза. Потом пошевелился и с тихим вздохом поднял руку, потянувшись к Саломее.
Глаза Кейлы наполнились слезами.
Чьи-то руки подняли ее на ноги. Она повернулась и увидела потное лицо Арсобадеса. За его спиной стоял Игер.
– Что ты сделала? – хриплым шепотом спросил Арсобадес. – Я слышал шум, а потом увидел на мониторе, как Грир застрелила Раба. Но что сделала ты, Кэти?
– Исцелила его с помощью далькоев.
– Боги, кто же ты такая? Ведьма?
– Нет. – Она сделала глубокий вдох. – Арсобадес, я эмпатка.
Его румяное лицо побледнело.
– Одна из них. Проклятая шпионка!
– Нет! – Она протянула к нему руки. – Нет, Арсобадес, я не шпионка. Поверь мне.
Он отодвинулся назад и закрылся руками, словно защищаясь от нее.
– Не подходи ко мне.
На лице музыканта отражались смешанные чувства гнева и страха. Кейла не могла этого вынести и отвернулась.
– Грир исчезла, – сообщил Игер. – Должно быть, оправилась от того, что ты с ней сделала, и сбежала. Я засек ее местонахождение на медицинском сканере.
– Нам нужно поймать ее, прежде чем она натворит бед.
– А как насчет Раба?
«Мы присмотрим за ним», – пришел ответ далькоев. Кейла кивнула.
– Арсобадес, – сказала она. – Далькои помогут тебе позаботиться о Рабе.
Она отошла от музыканта, растерянно смотревшего то на группу золотисто-коричневых существ, то на своего раненого товарища.
– Если она направилась к складу ядерного оружия, мы не успеем догнать ее, – мрачно заметил Игер.
– Не думаю, что она пошла туда. Что показывает сканер?
– Она поворачивает. Теперь она идет к Хрустальному Дворцу.
– Торговый Конгресс, – прошептала Кейла. – Этого следовало ожидать.
За ее спиной послышался щебет.
– Третье Дитя! Оставайся со своими сородичами.
Снова щебет. Очевидно, Третье Дитя имело другое мнение на этот счет.
– Ну хорошо. У меня нет времени на споры. Но не отставай от нас.
Огромная площадь перед дворцом была запружена туристами, представителями торговых делегаций и многочисленными зеваками. Резкий свет двойных солнц струился с небес, но на мостовой не осталось ни одного дюйма пустого пространства, куда могла бы упасть тень.
Увидев толпу, Кейла застонала.
– Неужели они не знают о чрезвычайном положении? Я никогда не найду Грир в этой давке.
Вдруг она обратила внимание у величественного портала на две похожие фигуры в плащах. Не близнецы ли? А дальше рядом с фонтаном мелькнуло лицо Грир!
«Я достану тебя!» – с торжеством подумала Кейла.
– Расходитесь по домам! – проревел громкоговоритель. – Очистите площадь. Повторяю, немедленно очистите площадь!
Толпа продолжала колыхаться возле фонтана, даже когда навстречу ей вышли шеренги полицейских.
– Это последнее предупреждение, – надсаживался голос из громкоговорителя. – Премьер-министр просит всех разойтись по домам до дальнейшего уведомления. Все нарушители режима чрезвычайного положения будут арестованы. Пожалуйста, расходитесь немедленно.
Кейла не могла двигаться в сутолоке. Каким-то образом она отдалилась от Игера, но Третье Дитя оставалось рядом, тихо похныкивая. Ей показалось, что она увидела звезду свободных торговцев на запястье какой-то женщины. А вот новая татуировка, на мужской руке. Что здесь делают свободные торговцы? Неужели Грир бросила клич «к оружию»?
Полиция надвинулась на толпу. Послышались крики и стоны, когда полицейские начали хватать людей и оттаскивать их.
Кейла заставила себя сосредоточиться на Грир и близнецах. Она пробивала себе путь между сталкивающимися телами к тому месту, где видела Онзериба.
Чья-то рука сомкнулась на ее запястье.
– Вот ты где!
Она вскинула голову и увидела лицо Йейтса Келлера.
– Я не знаю, что ты сделала и каким образом тебе удалось бежать, – сказал он. – Но теперь у меня есть работа для тебя. Ты займешь место Расти.
– Вряд ли, – отозвалась Кейла.
Быстрое смещение веса на одну ногу. Крепкий захват его руки. Кейла низко наклонилась, перебросив Йейтса через плечо, и тот грохнулся на спину.
Но тут перед ней неожиданно выросла Грир.
А Йейтс уже начал подниматься на ноги.
Рука Кейлы скользнула в карман. Она нащупала один-единственный кристалл, оставшийся незамеченным. Грир хотела произвести диверсию, не так ли? Что ж, может быть, она исполнит свое желание. Но не так, как предполагала.