Джон Френч - Тени предательства

- Первый капитан! – он не узнавал голоса. Несомненно, смертный. Однако это мог быть один из нескольких сотен членов экипажа мостика. Севатару сложно было различать их голоса. По правде говоря, он с трудом различал даже их лица.

- Рассказывай все.

- Темные Ангелы, сэр. Они нас нашли.

Тактический гололит замерцал, когда двигатели «Сумрака» запылали в полную мощь. После запроса телепортации на флагман Севатару потребовалось четырнадцать минут бега, чтобы добраться от основной пусковой палубы до стратегиума. Он опасался, что к моменту его прихода сражение уже закончится. В некоторых коридорах он убивал членов экипажа, которые не успевали достаточно быстро убраться с дороги.

Услышав предупредительные сигналы сближения и звон ауспиков, он испытал редкое доселе облегчение. Флоты еще не сошлись.

Добравшись до мостика, он посмотрел на тактический дисплей, потребовал передать на левую глазную линзу данные о состоянии корабля и оценил, что же происходит.

Их ждало поражение – вот что происходило. Первый капитан еще несколько секунд глядел на гололит, определяя расстановку сил в пустоте и прогнозируемые направления атаки.

Какое-то мгновение он слушал крики адмирала Юла, игнорируемого командирами легиона, которых он формально превосходил по званию.

- Вызвать флот, - распорядился Севатар.

- Канал открыт, капитан, - отозвался один из вокс-офицеров, перекрикивая стоны содрогающегося корпуса.

- Севатар флоту. Братья и сестры, буду говорить прямо. Я не собираюсь дважды за месяц проигрывать этим обманутым, ханжеским сучьим детям, одетым в рванину. Сконцентрировать весь огонь на «Неоспоримом доводе». Они изувечили нашего примарха. Давайте отплатим им тем же. Мне нужно, чтобы для атаки осталось хотя бы пятьдесят кораблей.

- Севатар, - протрещал исковерканный помехами голос, – это самоубийство.

На холодных губах Севатара заиграла его ложная улыбка.

- Как я понимаю, Крукеш, на твою поддержку в нападении рассчитывать не приходится?

- Исключено.

- Я надеялся, что ты так скажешь, брат. Это избавляет меня от необходимости приказывать тебе бежать. Бери свои роты и скройся в черноте. Встретимся у Торуса, оттуда отправимся к Терре.

- Мы будем ждать, Сев. Удачи тебе.

Севатар снова переключился на общий канал.

- Вар Джахан, Нарака, Офион, Товак – отправляйтесь с ним или разделяйтесь, как хотите.

Двое из перечисленных капитанов-Рукокрылых отозвались утвердительно. Один вообще не ответил. Напрямую отказался только Офион.

- Я останусь, - передал он. – Буду сражаться рядом с тобой, Севатар.

- Мне нужно только пятьдесят кораблей. Рукокрылые должны уходить.

С командных палуб других кораблей раздавалось хоровое «да, сэр» и «есть, капитан». Вызвалось остаться больше половины флота. Это была не демонстративная отвага Ультрадесанта и не твердая дисциплина Имперских Кулаков, однако к этому нельзя было относиться с пренебрежением. Севатар отмечал мерцающие золотом идентификационные руны кораблей, которые решали остаться и прикрыть отход.

От одной из них у него по коже поползли мурашки.

- Вар Джахан, - произнес Первый капитан.

- Брат? – протрещал ответ.

- Я приказал Рукокрылым бежать. Нельзя рисковать примархом в сражении. Выходи из боя вместе с рассеивающимся флотом.

Севатар ждал от ветерана пререканий или, возможно, очередной порции брюзжания насчет полномочий.

- Севатар. Там… лорд Керз шевелится.

- Он в сознании? Может встать? Может сражаться?

- Нет.

- Тогда это ничего не меняет. Перед уходом отправь Валзена обратно на «Сумрак». Я доверяю присмотр за лордом Керзом твоим апотекариям. Мой нужен мне здесь.

- Будет сделано. Доброй охоты, Севатар.

Севатар снова бросил взгляд на гололит, на множество кораблей, как своих, так и вражеских.

- Адмирал Юл, - сказал он вслух.

- Первый капитан? – пришел ответ по воксу.

- В чем конкретно состоит ваш план?

Адмирал объяснил свой замысел. Севатар молча выслушал его и в конце кивнул.

- Мне это нравится, - произнес он. – Скорее всего, этот маневр назовут в вашу честь, так что будем надеяться, что он сработает. Никому не хочется, чтобы его имя оказалось связано с нелепой катастрофой.

Флот VIII Легиона разделялся. Это был неторопливый танец, в равной мере сочетающий в себе упорство и эгоизм. «Сумрак» выдвинулся перед «Клинком в черноте», возглавив армаду, идущую на перехват боевых кораблей Темных Ангелов.

Остальные корабли Легиона развернулись и начали отступать. Некоторые упорядоченно отходили к точке перехода ближе к центру системы. Другие же одиноко мчались в пустоте, удаляясь в направлении, известном только их капитанам.

Севатар отвел взгляд от картины рассеивания, подавляя внезапное и странное ощущение грусти. Возможно, VIII Легион последний раз собирался в таком объеме. Идея имела смысл с точки зрения тактики, но капитан не мог удержаться от секундного сожаления.

«Сумрак» загрохотал, содрогаясь от напряжения двигателей.

- Время до атаки? – поинтересовался Севатар, усаживаясь на костяной командный трон лорда Керза.

- Шесть минут и двенадцать секунд, Первый капитан. Десять. Девять…

- Запустить истребители.

- Запуск истребителей, - не мигая, отозвался бесцветным голосом ближайший сервитор.

- Очень хорошо. Открыть канал связи с командиром крыла Каренной.

Космический истребитель модели «Гнев» напоминал гладкую акулу, пережиток тех времен, когда гении вдохновлялись зверями древних морей Терры и вымершими обитателями ее загрязненного неба. Он был окрашен в цвета Легиона, изящный корпус покрывали полосы молний.

В сущности, «Гнев» был устаревшей моделью. Он изначально было достаточно редким типом, и в имперских флотах его быстро заменили массово производимой «Яростью». Говорили, что у «Ярости» лучше характер. Она плавнее слушалась управления, меньше дергалась. «Ярости» олицетворяли собой будущее, современное лицо войны в пустоте. Никаких соперников. Никаких ограничений на вариации в разных субсекторах. Никаких проблем в работе, которыми так грешили предыдущие модели.

И никакой души. Это не подходило Тайе.

Полет был для нее не просто стерильным взаимодействием с заводскими образцами машин. Она в любую ночь могла обогнать и побить «Ярость» на своем медленном и старом «Гневе», что уже проделывала достаточное количество раз.

Как только взвыли сирены, Тайе помчалась на сборы, с обычной нетерпеливостью проходя ритуал облачения. Она застегнула и загерметизировала противоперегрузочный костюм, мирясь с проводимой сервиторами проверкой и перепроверкой дублирующих систем жизнеобеспечения и разъемов позвоночного интерфейса.