Александр Плетнёв - Последний довод павших, или Лепестки жёлтой хризантемы на воде

— Грузия под боком, — сказал он как-то слегка озабоченно, — у нас тут вообще без оружия по горам не ходят.

Павел заметил, что далеко они не стали забираться, став лагерем у небольшой притоки. А Андрей вообще не расслаблялся до конца, часто замирая, прислушиваясь. Но хрен его знает, как он тут живёт последние пять лет. А поскольку сам он ничего не говорил, то и Пашка не хотел лезть с расспросам.

Всё случилось на второй день. Женщины ушли за хворостом для костра, но видимо увлеклись, забрели далеко и долго не возвращались. Они уже стали тревожиться, как Андрей встрепенулся, заслышав шум.

— Идут, — с облегчением сказал он, и прищурив один глаз, вновь замерев, уже с непониманием, напрягся, — бегут? А ну пошли!

Они сорвались навстречу.

Запыхавшихся женщин они увидели скоро. Маринка попыталась на повышенных тонах что-то рассказать, но Андрей одним жестом оборвал её (надо ж как может) и уставился на более спокойную супругу. Его Наида была из местных, полукровка, как и Андрей — мать русская, отец осетин.

— Двое, — выдохнула он коротко.

— Может кто из наших? — Вопрос звучал скорей как наводящий, требующий детализации, — вас не заметили?

— Сбруя на них не наша…

„Ни фигаж себе он её выдрессировал“! — Удивился Пашка, увидев в её руке маленький такой бинокль. Но не театральный — окрас „милитари“ и явно заморский.

…— мы на взгорок влезли — оттуда вид хороший…

— А я смотрю…,- попыталась вставить Маринка, но снова, на удивление послушно заткнулась.

…— Маринка их срисовала, мы сразу на траву плюхнулись, — продолжила Наида, — а потом по низине ушли.

Достав карту, Андрей разложил её прямо на поляне:

— Где?

Женщина примеряясь, молча ткнула пальцем.

— Значит так, — его друг весь подобрался, но выглядеть стал более спокойным, — вы уходите.

Это он женщинам.

— А может связаться с базой в Дзау? — Его супруга кивнула на спутниковый телефон.

Андрей задумчиво покачал головой:

— Нет, срисовать могут. Отойдёте километров пять, семь, может там…

— Да ты чего Андрюха, — удивился Пашка („вот это я удачно зашёл“, отдохнул называется на природе, блин!), — часа через четыре стемнеет…

— Поверь, там будет безопаснее, — друг, скривился в злой улыбке, указывая рукой в сторону посёлка, — а мы пока, будем тут посмотреть!

Он похлопал по ствольной коробке автомата.

Маринка, косясь на оружие и остающихся мужчин, испугано поблеяла, что-то типа: „как же так“, „да что же это твориться“, но Наида её утащила.

— Пошли, — приказал Андрей, лишь отмахнувшись на Пашкин жест в сторону брошенного имущества, — ты главное не отставай, а то вон — наел жирок.

Ломились сквозь подлесок они довольно быстро и, по мнению Пашки чересчур шумно. Он даже высказался об этом.

— Наида видела их километрах в семи, — спокойно ответил Андрей, — быстро они подойти не могли. Чёрт знает какое у них обеспечение? Может нас через спутник уже пасут. А кроны прикроют. Ты лучше береги дыхание.

Потом Пашка стал просто задыхаться, да и ноги налились свинцом, он начал отставать, спотыкался, пару раз чуть не грохнулся. Андрей притормаживал, потом очередной раз, подождав пока Пашка его нагонит, приостановился и предложил:

— Вот то дерево видишь, — получив в ответ кивок, продолжил, — ломишься на него, потом так же держишь прямо, ориентир солнце….

— Соображу.

— Увидишь этот платок на земле, — мотнул перед носом белой тряпицей, — всё! С того момента не сопишь, не топочешь как носорог, идешь медленно, восстанавливаешь дыхание. А то ты мне всю рыбу распугаешь или нас дичью сделаешь, — он улыбнулся, но шуткой в его тоне и не пахло, — разожрался ты там в своих мегаполисах.

„Это Ейск-то мегаполис? Или он имел ввиду моё гастарбайтерство в столице, будь она неладна“?

Бежать без постоянного понукания оказалось даже легче. Да и втянулся.

Он всё сделал, как сказал Андрей. Вскоре впереди зашумела горная речка, Андрюха подал сигнал, и дальше почти ползком. Осторожно улёгся рядом.

— Тихо, — на всякий случай сказал Андрей, — вон они.

Пашка, прихвативший бинокль Наиды, посмотрел в указанную сторону.

Речка делала изгиб, уходя, петляя дальше. На одном из поворотов застыла фигурка в пятнистом камуфляже.

— Один есть, — у Андрея был свой бинокль, — второй. Переправляться собрались.

Павел вдруг увидел, как из-за деревьев показался ещё один боец. Хотел сказать, но Андрей деревянным голосом стал вести счёт:

— Три, четыре, пять….

Всего они насчитали двенадцать солдат противника. То что это враги было понятно — просто так с оружием и таким когалом в гости не ходят.

— Хреново, — посмурнел Андрей, — скоро стемнеет, а у них „ночники“ наверняка. Пиндосы их плотно снабжают.

— Чего делать будем?

— Отходить. Их слишком много — не справимся. Но наших надо предупредить — бабы-то только о двоих разведчиках расскажут.

— „А зори здесь тихие“, — криво усмехнулся Пашка.

— Чё, — не понял Андрей. Потом до него допёрло и он тоже улыбнулся, правда, только одними губами — глаза оставались тревожными, — похоже, почти. Всё уходим.

Всё так и их уделали. Неизвестно куда и с какой целью двигалась эта грузинская группа, но вцепились они в них плотно. А может и действительно — срисовали через спутник. Часть загонщиками поработала, а часть по кривой ускоренным маршем обошла, путь к отступлению отрезала.

Андрюха каким-то звериным чутьём вычислил засаду впереди, но поздно — только и успел первым огонь открыть. Да так удачно залёг — в небольшом каменном мешке. А Пашка отстал метров на двадцать и оказался как на ладони. Когда неожиданно впереди затарахтело, успел упасть — это его спасло. Первая свинцовая гребёнка плотно прошлась над головой, сшибая ветки и листву.

У Андрея было всего два рожка, и он после первой трели огрызался уже экономней.

— Уходи — и — и! Обеих положат! Это приказ!

„Куда уходить? Впереди засада, сзади обложили, над головой посвистывает, в голове кавардак, но что-то же делать надо! А если влево или вправо уйти — то бишь во фланг? Эти суки тоже ведь не дураки. А может прокатит? Они наоборот фланги плотней перекроют, а я по центру ужом…“!

Он их даже слышал, и слева и справа. Осторожные, сучка не обломят, но в рацию постоянно бурчат — слышно. Со стороны Андрюхи уже не стреляют — всё.

„Ну суки! Щас проскочу, потом с тыла вас… рожок-то полный“! — Скрипел зубами, понимая, что со всеми не справится, а значит…

У него почти получилось. Выглядели его скорей всего в этот пресловутый тепловизор. А так удачно вроде бы вышло! Он взял на мушку трёх скотов в камуфляже. И выполз на них почти случайно — услышал, как у одного мобила на вибраторе зажурчала. Тот сначала бормотал тихо, маскируясь, а потом разошёлся — факами и щетами своими сыпал — америкос натуральный. Два „грача“ все время рядом крутились, сектор перекрывали, и он не вытерпел.