Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

— Не лезь вперед. Все равно, без основ ничего не получится. Второй урок. Стационарная ротация металлического предмета, — произнес Константин и откинулся на спинку деревянного стула.

— А почему сразу второй урок? — спросил Макс.

— Потому, что первый медитация, а ты от нее засыпаешь, — пожал плечами мужчина. — И эффект видно сразу.

Мальчишка пожал плечами, пролистнул несколько листов и принялся читать:

— Для проведения практики понадобится… Ровная поверхность… металлический продолговатый предмет… скобка, в целях безопасности стоит избегать работы с швейными иглами, скоба…

Тут максим поднял взгляд на Чернова. Тот пригубил чаю, сунул руку в карман и положил на стол перед ними длинный болт на четырнадцать.

— В твоем случае — это будет болт. Дальше…

Максим сделал максимально сосредоточенную мину, кивнул и продолжил чтение.

Знаете, тогда я оценил сутки тишины и спокойствия.

Макс, не без расспросов по началу, конечно, уперся в самый обычный, детский прием. Он сидел молча на завтрака, молчал до обеда и даже вечером повторял простой и, по большому счету, бессмысленный прием.

Нет, кое-какой эффект от него все же был. Закалка каналов силы в теле, в частности в руках. Можно было бы использовать другие приемы, более эффективные и рациональные, но у меня была задача занять этого болтливого ребенка, а этот прием был тут как нельзя кстати.

Простой в освоении, приносящий пользу, а главное безопасный.

После нескольких часов раздумий в тишине, с разглядыванием мальчишки, я немного успокоился и задумался.

Вот мы приезжаем в Пермь, подаем документы на наследство. Показываем наследника и…

Что?

Что дальше?

По логике вещей можно было бы оставить наследника с его наследством, под опекой назначенного управляющего, но я уже тогда прекрасно понимал. Зарубин его не оставит. А это значит, что его просто устронят как помеху. И врятли управляющий от государя сможет его защитить.

Значит, необходимо было обеспечить ему защиту.

Как?

Как бы я не думал, как бы не вертел ситуацию, но реальный вариант защиты Макса у меня был один — взять его в ученики.

Конечно, более эффективно и более правильно было бы отдать его в столичный университет магии. Тем более парень к ужину смог заставить болт вращаться. Не уникальное явление, но все же показатель. Если не силы, то по крайней мере упорства и тяги к магии.

Поверьте моему опыту — тяга к магии, к новым знанием и приемам, зачастую значит для профессионального практикующего мага гораздо больше чем объем силы.

Что могло дать личное ученичество?

Не так много. Я лично бы составлял ему программу обучения, лично бы экзаменовал и проводил аттестацию в магическом приказе в столице. Если сюда наложить специфику моей силы и мою службу одной богине, то выходило что научить я его мог не так уж и многому.

Но самое главное, что давало личное ученичество — ответственность. Как со стороны ученика, так и со стороны учителя. Ученик был обязан выполнять все уроки и сдавать приготовленные учителем зачеты. Он не мог ни физически, ни даже в мыслях навредить учителю.

Учитель же должен был заботиться о своем ученике. Он должен быть сыт, обут, одет и самое главное — цел и невредим.

Отсюда и вытекало мое право, как учителя, пресекать любые попытки навредить моему ученику и отвечать на такие попытки соответствующе.

Смекаете?

Я брал его под личную защиту.

Я мог с легким сердцем отправить на тот свет любого, кто покусится на его жизнь.

Да, насчет Зарубина, я бы не был столь уверен. Даже имея прямые доказательства, врят ли бы мне это спустили с рук. Тут дело даже не в том, что личное ученичество — пережиток древности.

Тут сам факт — убийство дворянина, пусть даже и обоснованное.

А если учесть то, что мне сказал Захар — «хозяин» Зарубина мне бы такого точно не простил.

Вывод?

Вывод прост — надо взять его в ученики и воспитать достойным представителем магического сословия, а также не дать его убить.

Вроде бы все просто, и мальчишка, что даже после сумерек продолжал кутаться в одеяло на верхней палубе и крутить болт, не представляет сложностей. Стандартный набор развивающих упражнений. Возможно даже наших, армейских. Книги и основы по всем дисциплинам.

Да, в некоторых я могу рассказать, показать и научить гораздо большему, чем могут преподавать в университете. Однако, сам груз проблем, что упадут на мои плечи года на четыре, меня коробил.

Я не могу сидеть на одном месте. Я все время в пути.

Иногда иду по зову моей богини. Иногда чувствую старые капища и заброшенные кладбища, где обязательно останавливаюсь и провожу ритуал «Спокойствия могил».

Но зачастую, я просто не могу на одном месте.

Я как… кочевник.

Недолго там, недолго тут. Надоело — поехал дальше.

Нет семьи, нет привязанностей и дома.

А дальше, там за поворотом, обязательно найдется что-нибудь интересное.

Да, у меня есть земли, что принадлежат мне. Однако доход с них скудный, да и нет у меня желания с ними возиться. Тем более, что за некоторые мои услуги платят. Очень хорошо платят. А учитывая мой образ жизни, который по своему аскетичен, у меня на счетах в банке всегда есть достаточная сумма для того, чтобы заглянуть за следующий поворот.

Во всей этой ситуации был только один нюанс.

Макс.

Уличный мальчишка. Умный, упрямый и не обделенный талантом. Да, силы у него было не много, но в его возрасте все еще можно было наверстать.

Однако, знаете, что он учинил в доходном доме, где мы нашли приличные комнаты?

Да, что рассказывать — смотрите сами!

* * *

Чернов опрокинул остатки клюквенного морса в рот и взглянул на Кузьму, что дожевал последний кусочек пирога.

— Хорошо, — произнес он и погладил живот. — Жаль, конечно, что сырного пирога было только половина.

— Хорошего понемногу, — пожал плечами старичок. — Я понимаю, что Максимилиан крайне занят, но все же ему не помешало бы поесть перед сном.

— Тут ты прав, — кивнул Константин и махнул половому. — Не думал, что его удастся так надолго занять.

— Ваше благородие, — тут же материализовался перед ними молодой парень. — Еще клюквенного или может быть что погоряительнее?

— Нет, — мотнул головой Чернов. — Посчитай нас и с собой пирог один заверни. —