"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

Мой жених стоял над поверженным противником. Голова самурая в белой маске валялась в метре от его тела.

Поймав мой взгляд, Таро шагнул ко мне, но мы не получили и мгновения передышки, потому что сразу пятеро мужчин бежали в нашу сторону. И все они носили белые маски.

— Уходи в лес, — велел он мне быстрым, лихорадочным шепотом и удобнее перехватил катану.

Широко расставив ноги, он выставил оружие перед собой, готовый встретить все, что предназначено судьбой.

Пятеро человек… он не выстоит против них! Я сжала в отчаянии кулаки: я ничем, ничем не могла ему помочь!

Улучив мгновение, он повернулся ко мне и улыбнулся жуткой, страшной улыбкой.

— Ничего не бойся.

И через несколько секунд он уже скрестил катаны с первым из той пятерки.

Против скольких врагов одновременно может сражаться самурай? А если они вооружены длинными катанами? Трое — предел, ибо если их будет больше, они станут друг другу лишь мешать.

Так и было. Вскоре Таро отбивался от троих мужчин. Они пытались его окружить, взять в кольцо, но видно у Богов еще осталась какая-то милость к клану Минамото, ведь за спиной моего жениха был лес, а он сам был достаточно умен, чтобы не лишать себя единственного, пожалуй, преимущества. И потому он осторожно пятился назад или мягкими, крадущимися шагами вбок, параллельно линии деревьев.

Благодаря своей хитрости и ловкости он все еще держался. Закусив губу, я наблюдала за них, не моргая и, кажется, даже не дыша. Сердце отчаянно сжималось всякий раз, когда его противники заносили для ударов свои мечи. И каждый раз Таро отбивался, и тогда мое сердце вновь начинало биться.

Но долго он не выстоит. Когда он удачно ранил одного из тех троих, распоров ему бедро, на место павшего пришел свежий, четвертый воин.

У Таро же не было возможности ни выдохнуть, ни вздохнуть. Он устал. Я видела, как потяжелели его движения. Он начал экономить силы, его удары стали короче, исчез былой замах. Ему было тяжело, и смотреть на него было почти невыносимо.

Я потянулась за сенбонами, которые запутались в моих растрепанных, распущенных волосах, и покосилась на пятого самурая в маске. Он стоял ко мне спиной и явно выжидал удобный момент. Малейшая оплошность Таро, и он нанесет решающий удар.

Если бы я только могла его отвлечь… Могла его одолеть.

Ладони вспотели, и я едва не выронила сенбон на землю. Поспешно обтерла их о грязное, порванное кимоно и снова сжала теплую сталь. Я могу наброситься на него. Если подкрасться со спины и всадить точно в шею…

Сглотнув, я осторожно, бесшумно поднялась и сделала небольшой шажок вперед. Потихоньку, по чуть-чуть…

Черный, словно сама смерть, жеребец с оглушительным ржанием буквально из неоткуда ворвался в разгоравшуюся передо мной битву. Он разметал двух мужчин в масках, отбросив их в разные стороны, и едва не встал на дыбы, стремясь затоптать одного из них, но был удержан железной хваткой.

Я подняла испуганный взгляд и увидела перед собой Такеши Минамото. Отпустив поводья, он спешился и обнажил катану, перехватив ее единственной рукой. Оглушенные противники стонали, валяясь на земле.

— Забирай Йоко и уходи! — Такеши повернулся к сыну и указал на жеребца, нетерпеливо, беспокойно перебиравшего копытами.

Таро пошатнулся от усталости и нетвердо шагнул вперед. Протянул руку за поводьями и посмотрел на меня.

— Залезай, Йоко, я подскажу. Залезай и скачи прочь. Я останусь с…

— Тебе приказал глава клана, мальчишка! — пророкотал Такеши, и его голос был подобен грому. — Уходите вдвоем, живо! Это измена, сын. Укройтесь у сестры, мы встретимся там.

Их препирательство продлилось не дольше нескольких секунд, но и этого хватило, чтобы оглушенные враги пришли в себя и взялись за мечи.

Заметив движение слева от себя, Такеши стремительным ударом снес одному из них голову.

— Уходите! — велел он в последний раз.

Я не успела моргнуть, как Таро подскочил ко мне, подхватил на руки и подсадил в седло и помедлил прежде, чем запрыгнул сам.

— Отец, я…

— Прочь! — Такеши хлопнул жеребца по крупу, тот коротко заржал и резко тронулся с места.

Я успела заметить, как позади нас среди деревьев мелькнуло еще несколько белых масок. Подмога для тех пятерых, чьи мертвые тела валялись теперь у ног главы клана Минамото.

Мы умчались, а он остался, чтобы достойно встретить врагов.

Никогда прежде я не скакала верхом. И точно не хотела бы, чтобы моя первая поездка стала такой: бешеным побегом от врагов сквозь темный, мрачный лес, где каждая ветвь, каждая коряга, казалось, были настроены против нас. Они стегали меня по лицу, запутывались в волосах, бросались под лошадиные копыта, так и норовя заставить оступиться, упасть.

Но Таро правил железной рукой, и только Богам известно, как он мог разобрать хоть что-то вокруг нас, потому что для меня та шальная скачка слилась в одно огромное, темное пятно. Я не знала, где мы, я не знала, куда мы бежим и сможем ли мы спастись.

Зажмурившись, я изо всех сил, до побелевших костяшек пальцев цеплялась за седло. Сердце вместе с желудком ухало то вверх, то вниз при каждом скачке, и порой мне всерьез казалось, что я слечу с лошади.

Спиной, близко-близко, я чувствовала Таро. Он прижимался ко мне, навалившись сверху, и его руки по обе стороны от меня сжимали поводья, и я чувствовала себя словно в коконе. Это дарило ощущение безопасности даже посреди безумной скачки.

Я слышала его чуть сбившееся, хриплое дыхание и с ужасом увидела кровь на рукаве своего кимоно. Его кровь. Он был ранен!

— Ты ранен… — выдохнула я, но он лишь усмехнулся, словно мы говорили о всяких пустяках.

В какой-то момент — может, через час или намного больше — крики тех, кто отправился за нами в погоню, сделались гораздо громче и отчетливее. Они приближались. Очень скоро они нас настигнут.

Таро позади меня напрягся, закаменев, и ударил пятками по бокам, подгоняя жеребца. Но тот уже не мог скакать быстрее.

— Давай, давай же… — прорычал он и заставил меня припасть к шее лошади, а сам навалился сверху.

Несколько теплых, вязких капель упало мне на щеку, и в нос ударил все тот же соленый, железный запах крови.

Мы мчались через темный, жуткий лес так долго, как могли. Крики то затихали, то делались громче, но было понятно одно: преследователи до сих пор скакали по нашим пятам.

Нас же подвел жеребец,