Роберт Черрит - Наследник дракона

Дечан заметил, как напрягся Теодор, когда его напарник приблизился к принцу. Жуткий шрам рассекал левую щеку Крысолова. Он шел через глазную впадину, где виднелась ужасная, давно затянувшаяся рана, исчезал в черных, с примесью седины волосах — как-то уродливо взбугривал их, отчего голова казалась неправильной формы. Искореженное лицо было покрыто капельками пота.

— Меня зовут Миши Накецуна, — представился убийца. — Кем я был в прошлом, теперь не имеет значения. Долгие годы я служил под началом Минобу Тацухары, был его начальником штаба. Мой командир попал в ситуацию, из которой не оказалось выхода. Я находился рядом с ним, когда ему пришлось сотворить сеппуку, чтобы спасти свою честь. Кое-кто довел его до такого конца, и я поклялся отомстить этим бесчестным людям. Несколько лет я охотился за Грегом Самсоновым, который предал и подставил его. Месть свершилась! Теперь я взялся за его помощников, которые были вместе с ним в этом грязном деле. К сожалению, главный виновник, Джерри Акума, умер от страха перед возмездием. Были еще два человека, которые принимали участие в этом деле, — Квин и Панати. Эти люди без чести и совести исполнили самую грязную работу. Это они помешали Минобу доказать, что Волчьи Драгуны и не помышляли о предательстве. Человек, стоящий перед вами, имел честь разделаться с Квином. Панати, однако, до сих пор удавалось ускользать от меня. Но теперь справедливое возмездие и его настигло. Этот Панати был тем человеком, который спланировал эту западню, поэтому я вправе требовать его голову.

Миши замолчал. Время тянулось медленно, за этот срок Дечан успел возмутиться непоследовательностью напарника, восхититься его благородством и окончательно решить про себя, что во всех этих азиатских хитростях нормальному человеку вовек не разобраться. Вот перед тобой враг, представитель рода, который погубил твоего господина. Отсеки ему голову — и дело с концом. Так нет, он еще должен объяснить ему и добиться у того согласия, что он имеет на это право.

Наконец Миши глубоко вздохнул и продолжил:

— Конечная цель моей мести — Такаши Курита. Я и до него доберусь. Это он дал ход плану дискредитации наемников. Это он прислал письменное распоряжение Тацухаре разфомить Драгун. Он знал, что мой повелитель дружил с Джеймом Вулфом и для него было немыслимо встретиться с побратимом на поле битвы. Если бы Тацухара-сама вступил в битву на Мизери и победил в ней, он потерял бы лицо. Мой командир прекрасно знал, что все обвинения в гнусных преступлениях, которые предъявлялись Драгунам, — откровенная ложь. Они с помощью Такаши специально загнали Тацухару в угол. Отказавшись выполнить приказ, он тоже был бы опозорен. Я вовсе не оправдываюсь и не ищу разрешения. Я излагаю факты. Как должен был поступить верный самурай, когда с его покровителем обошлись подобным образом? Как только сражение на Мизери закончилось и Волчьим Драгунам пришлось бежать с планеты, мой повелитель, исполнив долг перед родиной, сотворил сеппуку. Только так он мог спасти свою честь.

— Я понимаю, — глухо ответил Теодор и после короткой паузы добавил: — И прощаю тебя. Ты имеешь право требовать голову Панати. Он — твой…

Миши поклонился в пояс, затем двинулся в сторону трупа. На ходу из его правого запястья выскочило длинное лезвие. Он встал на колени перед мертвым Панати и прошептал:

— Смерть, которую ты принял от моей руки, слишком легкое возмездие для такого негодяя, как ты. Ты не испытал и сотой доли тех душевных мук, которые обрушил на голову моего господина. В отместку ты будешь лишен чести.

Он мягко коснулся лезвием шеи мертвеца. Лезвие на мгновение замерло, затем неуловимым движением Миши отделил голову от туловища — кровь хлынула из ужасной раны, уже потемневшая, застоявшаяся в замерзающих жилах. Миши встал, опустил клинок, чтобы кровь стекла по бороздке, потом вытер его, и спустя мгновение лезвие со звоном исчезло в наручных доспехах.

Дечан невольно сглотнул, прочистил горло. В следующее мгновение его взгляд привлек метнувшийся к сложенному на мостовой оружию Теодор. Он бросился к нему, однако принц успел отыскать свой меч и вырвать его из ножен. Дечан встал как вкопанный. Теперь ему ничего не оставалось, как отойти в сторону. Как он, то бишь этот меч, называется по-самурайски? Ага, катана… Когда катана обнажена, лучше не путаться между дуэлянтами.

— Ты не тронешься с места, Накецуна. Теперь ты будешь иметь дело со мной, — заявил Теодор.

Дечан выхватил пистолет. Вдвоем они вмиг справятся с этим обезумевшим принцем. Неужели Крысолов настолько глуп, что упустит такую возможность?

— Ты утверждаешь, что Такаши Курита невиновен? — спросил Миши.

— Я не знаю. Но я уверен в том, что обязан сразиться с тобой, иначе моей чести будет нанесен урон. Я буду драться ради Синдиката, ради того, что мне дорого. Я знаю только одно — Синдикат не может существовать без Координатора.

— У тебя нет никаких шансов, — ответил Миши и повел в сторону принца автоматом. — Я могу застрелить тебя, и никто не помешает мне скрыться.

— Это не важно. В любом случае ты сказал, я слышал. Я должен попытаться защитить жизнь Такаши, либо ты дашь слово, что больше не будешь преследовать его. Если ты уйдешь отсюда и оставишь меня живым, я объявлю тебя вне закона, и за тобой начнется охота.

Миши посмотрел в глаза Теодора. Дечан едва не взвыл от ужаса. Сколько слов! Убьет Крысолов или оставит принца в живых, охота все равно начнется. И какая!.. Можешь сразу кончать с собой, потому что в противном случае пожалеешь, что родился на свет.

Неожиданно Миши поклонился принцу:

— Я удовлетворен твоей решимостью.

Теодор не ответил, перехватил меч, вскинул лезвие к небу, принял боевую стойку.

Дечан едва не закричал от ужаса. Может, уложить их обоих и драпать отсюда? Забиться в какую-нибудь дыру… Не поможет — отыщут. На какое-то мгновение страх отступил перед изумлением — чем дальше, тем сильнее ему хотелось узнать, чем кончат эти бравые парни. Как бы он сам повел себя в подобной ситуации? Этот яд проник в душу, наполнил ее благородством, он отчаянно стиснул челюсти и убрал пистолет.

— Синдикат не может существовать без Координатора. Тот, кто решился поднять на него руку, да будет предан смерти, — нарушил тишину Теодор.

— Я могу отказаться от мести, если ты докажешь, что Такаши невиновен в смерти моего господина, — сказал Миши.

— Это невозможно выполнить так, сразу Я имею в виду другое — существование Синдиката напрямую зависит от благоденствия Координатора.

— Синдикат должен жить, — тихо ответил Миши. — Это, в конце концов, и моя родина. Дай мне сутки, я должен закончить все свои дела. Я приду к тебе ровно через двадцать четыре часа.