Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

Чернов грустно усмехнулся, положил руки на стол и принялся перебирать пальцами.

— Я служу Моргане, — добавил он, словно пытаясь понять границы терпения старца. — Последней богине, через руки которой проходят все от…

— Она не последняя, — покачал головой старик. — Она лишь предпоследняя. Её дело встречать тех, кто на судилище идёт. Провожать их и следить, дабы все мёртвые обрели покой на той стороне, а не слонялись на этой.

— Пусть так, но… разве это не…

— В чём грех того, что ты призраков, да баньши отпускаешь? Знаки на кладбище нашем ведь ты обновил? Призраков тех, кто смертью лютой помер кто отпустил?

— Я, — после нескольких секунд произнёс Константин.

— Так, в чём грех служить ей?

— Я провожал… Тех, кто о смерти просил, — снова продолжил Чернов.

Старик поскрёб ложкой по миске, собрал остатки каши и отправил в рот. Туда же отправился последний кусок хлеба. Запив всё это отваром, он вздохнул и спросил:

— Ты никак опорочить себя пытаешься, да? Зачем?

— Я…

— Слышал я о том, что ты в деревне той сделал с чернухой. Знаю, как ученик себя твой повёл.

— Тот старец… Он…

— Отсюда, — кивнул старичок. — Захаживал он к нам.

Чернов помолчал несколько секунд, внимательно смотря на морщинистое лицо местного старца и произнёс:

— Моему ученику помощь нужна. У него предрасположенность к свету, но я… Я никогда такого не видел. Его свет, он… Жёлтый.

— Как одуванчик, как зацветет?

— Нет, я бы на огонь подумал, он… Он как костёр… не оранжевый, а… тёплый? Не знаю, как объяснить, — произнёс Константин и умолк.

Старец на него внимательно посмотрел, затем опустил взгляд в пустую миску и произнёс:

— А смотрел магическим даром силу его? Знаки ваши мажеские что говорят?

— Ещё не смотрел. Просто… Она проскальзывает у него, когда он быстро заклинания поднимает или когда я его щиты проламываю. Тёмно-жёлтая вспышка и…

Старец отодвинул тарелку, сплёл пальцы и произнёс:

— Проверь его вашими, мажьими знаками. Чтобы точно удостовериться. И скажи мне… силён он?

Чернов несколько секунд молчал, затем кивнул.

— Силён. Умён и силён. Учится быстро. Слишком. Иногда сам теряюсь.

— В былые времена были «ХодОки колокольные». Ещё когда каждая вторая деревня языческим богам кланялась. Ходоки те силой были одарённые. Не простой, с ЕГО благословением. Сила у них жёлтая была, словно золото тёмное. Сказывают, что после колдовства их ладаном пахло, — начал рассказывать старец. — Ходили они по землям нашим, в веру людей обращали, да следили, чтобы тварь какая тёмная на всех не лезла. Да, чтобы мир по землям был.

Чернов нахмурился. Не смотря на то, что он считал себя довольно знающим в истории магии, про ходоков он слышал впервые.

— Ходили они с посохами. По кольцу большому их узнать можно было. Размером то кольцо с обруч для кадки небольшой. Так вот, когда силу в него давали, на том кольце колокольчики появлялись и пели… Пели светом по ветру… — старик поднял взгляд на Чернова и продолжил: — Говорят, от того перезвона раны исцелялись, верующие плакали, а убивцы и душегубы замертво падали. И не было ничего прекраснее для верующего, чем те перезвоны.

— Это ведь просто легенда? — спросил Константин. — Ну, церковные присказки…

— Может и так, — кивнул старик, поднялся и взял тарелку и кружку в руки. — Ты мальца своего проверь, ритуалами вашими мажьими.

Старик развернулся и направился прочь из трапезной.

Чернов посидел ещё немного, задумчиво глядя на стол, а затем тоже поднялся.

Выйдя из помещения, он направился к выходу, где его ждали сани с лошадью, что он нанял в городе.

— До дому, ваше благородие? — спросил извозчик.

Чернов кивнул и обернулся на монастырь. Извозчик тоже глянул в ту же сторону и быстро перекрестился, после чего полез на полку впереди и взял вожжи.

Константин же сложил большой, указательный и средний палец, как сделал это на автомате возчик, хотел было приподнять руку ко лбу, но почему-то остановился.

Встряхнув головой, он залез на своё место и скомандовал:

— Трогай!

— Не могу сказать, что это моё дело, но всё же, — произнёс Кнауф, что сидел у лестнице наверх с чашкой чая. — Однако, меня съедает любопытство.

Азимут, что спокойно выводил знаки на огромном котле хмыкнул и произнёс:

— Где я был?

— Да, — кивнул Кнауф и покосился на небольшую тумбу, на которой была раскрыта толстая книга. — Сколько ты не выезжал из города? Лет десять? Пятнадцать?

— Семнадцать, — вздохнул Гоша и постучал костяшками по чугунному чану. — Доставал это.

— Я просил литой чугунный элемент на двадцать пудов, а не…

— Ну, извини! — зыркнул на него Азимут. — У меня нет, ни пролёта от моста, ни рельс в таком количестве. Пришлось обращаться к шаманам.

— Выкупил или взял… на время? — спросил Чернов, сидевший за столом и смешивающий какие-то зелья.

— Потребовал плату за один должок, — неохотно буркнул Азимут. — Пересекались с ними как-то.

Чернов кивнул, Эскулап недовольно поджал губы, но слово взял Макс, что сидел в этом котле.

— Можно хотя бы магией воду нагреть? — спросил он и поёжился. — Не май месяц. Холодно…

— Никакой магии! — отрезал Азимут. — У нас всё должно быть точно. Потерпишь.

Мальчишка недовольно поёжился и глянул на воду в котле. Он был наполовину полон и уровень воды доставал чуть выше колен.

— А одеться можно? Ну, хоть рубаху или тулуп какой накинуть? — не унимался он.

— Нет, — подал голос Кнауф и поднялся. — Кость?

— Готово, — отозвался маг и протянул ему флакон с яркой красной жидкостью и кисть.

Кнауф кивнул макнул кисточку в раствор и подошёл к мальчишке.

— Руки в стороны. И не дёргаться! Тут нужна точность.

Макс закатил глаза и развёл руки.

Эскулап ещё раз макнул кисточку, обошёл мальчишку со спины и принялся чертить на его теле руны. Макс же, от щекотки, начал ёрзать и сдавленно хихикать.

— Перестань дёргаться! У меня сбиваются руны…

— Так, щекотно!

— Терпи! Или хочешь, чтобы у тебя волосы выпали и ходить лысым?

— Э-э-э! Это ещё почему?

— Потому, что нужна точность! — рыкнул Эскулап и провёл