"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов
Игорь заливался соловьём про цветные телевизоры, про орбитальную станцию, про трансконтинентальные лайнеры — можно подумать, что в его, Димки, мире, их не было! — про зачем-то спущенный на воду авианосец… Зачем советской стране авианосец, как всем известно, оружие агрессии и разбоя? Ну, пусть не советской, а народной, всё равно…
На самом деле, Димка был глубоко обижен, — но отнюдь не размахом достижений этого странного СНСР, а совсем наоборот. Он был твердо уверен, — когда ему исполнится тридцать, люди полетят к звездам… ладно, хотя бы на Марс! — а капитализм отойдет в область преданий. Но… ничего этого не случилось. Флаг победившего социализма не взвился ни на Марсе, ни даже на Луне, — зато капитализм вовсе не спешил загнивать и привычно грозил миру войной…
Речь Игоря вообще звучала как-то странно, — словно он старался убедить себя, что у него дома всё хорошо и замечательно. Неужели и мы говорим так же? — с тоской вздохнул Димка и перевел взгляд на берег.
И все его мысли, печальные и не очень, в один миг вылетели из головы.
* * *
Столица, как высокопарно назвал это место Игорь, действительно поражала воображение. В удобной естественной бухте, окруженной каменистыми грядами, стоял добрый десяток плотов — и «Смелый» среди них был вовсе не самым большим. На широком мысу между бухтой и морем возвышался могучий частокол из толстенных, высотой метра в четыре, бревен. А над ним поднималась пирамида из четырех сужавшихся кверху платформ, соединенных многочисленными лесенками, — на них стояли всевозможные домики, и даже вроде как росла какая-то зелень. Венчала всё это сторожевая вышка, — а над ней гордо трепетал красный флаг…
* * *
Ошалевший Димка уже почти всерьёз ожидал, что их встретят тут почетным караулом или чем-то вроде этого, — но ничего подобного всё же не случилось. На причал высыпала вполне обычная толпа мальчишек и девчонок, одетых совершенно по пляжному. Никаких тебе бус и набедренных повязок, — всё более-менее прилично. Ну, если считать приличным голые бока и ноги, разумеется. Галдела эта толпа тоже совершенно привычно, и было их много, — никак не меньше сотни, наверное. Димка успел уже отвыкнуть от многолюдства, и даже растерялся немного, — он и представить не мог, что в этом пустоватом мире найдется вот такое…
Экипаж ловко и сноровисто закрепил плот у причала. Капитан первым спрыгнул на берег, за ним запрыгали и остальные. Гостей сразу же окружила гудящая толпа, вместе с ней они и прошли в могучие ворота.
Димка непрерывно крутил головой. Казалось, что он попал на съемочную площадку какого-то исторического фильма: везде какие-то сарайки, клетки с какими-то… кроликами, что ли, какая-то мелкая живность, вроде морских свинок-переростков, горшки, ткацкие станки и прочее, — ни дать, ни взять, музей, только вот ничего больше от музея тут не было. По крайней мере, табличек «Руками не трогать!» не встречалось, вещи стояли не для любования, а для дела.
По широкой, но крутой лестнице, больше похожей на громадную стремянку, они поднялись на второй этаж. Тут, очевидно, было что-то вроде зала для собраний: масса лежавших на полу пёстрых подушек и колонны вокруг, на которые опирался третий этаж. За ними стояли какие-то домики, в которых Волки, наверное, и жили. Смотрелось это как-то странно, — ну нафига так тесниться, когда места вокруг завались? — но потом Димка понял: даже столь большое племя не могло обнести частоколом приличную территорию, — а жить без частокола здесь, похоже, не стоило даже «владыкам морей»…
* * *
Как-то вдруг наступила тишина. Все местные смотрели куда-то в одну сторону, — и Димка повернулся тоже.
По ступенькам, ведущим на верхний этаж, спускалась девчонка. Нет, не так, — Девчонка, с большой буквы. Белокурая красавица, сильная и гибкая, очень… выпуклая в определенных местах. Одета она была в короткую клетчатую юбку и что-то вроде смешной матросской блузки, с красным — офигеть! — галстуком, но какой-то непривычной формы: со слишком короткими и широкими «ушами», перечеркнутыми, к тому же, косыми синими полосками, по одной на каждом. На ногах — кожаные туфли, явно местной работы, но на общем босом фоне это тоже смотрелось удивительно. В руках девчонка держала длинный лук, — без стрел, явно просто для важности, — а с широкого, мальчишеского ремня свисал тонкий длинный кинжал с витой рукояткой, — явно стальной и вполне настоящий. Просто амазонка какая-то, разве что без коня…
Удивительно пышные волосы девчонки оказались заколоты так, что получалось что-то вроде короны, а лицо… офигенно красивое, конечно, но вот выражение такое, что впору Снежную Королеву играть в школьном театре… Димка невольно почувствовал озноб. Характер у красавицы явно был решительный, и своё племя она крепко держала в кулаке: как скажет, — так оно и будет, хоть ты тресни…
Спустившись с лестницы, девчонка замерла, окидывая гостей бесстрастным взглядом. Ни улыбки, ни даже удивления, — ничего. Точно Снежная Королева, подумал Димка.
— Кто это, Денисов? — наконец, обратилась она к капитану. Голос у неё был красивый, глубокий, — если бы не холодный… нет, скорее — подчеркнуто бесстрастный тон.
— Гости, Алла Сергеевна! — бодро ответил мальчишка.
Димка тихо икнул. Ничего себе порядки… Алла Сергеевна, надо же… Хотя, — чему тут удивляться? Она ж провалилась сюда лет тридцать назад, сейчас ей уже пятый десяток идет, на самом-то деле, — имеет право, как говориться…
— Гости, — «Алла Сергеевна» со стуком опустила лук пяткой на пол, и Димка вздрогнул. На вид ей было лет пятнадцать, самое большее, — но истинный возраст лез из всех щелей, и мальчишка невольно ощутил робость: перед ним стоял взрослый и осознающий это человек. Странно, — ни с Льяти, ни с Иваном, впятеро более старшими, это совершенно не чувствовалось… — Представьтесь.
— Пионерский отряд седьмого «Г» класса школы номер четыре города Красноярска! — бодро отрапортовала Аглая. Ну да, — ей-то не привыкать отчитываться перед строгими Марьиваннами…
— Красноярск… не знаю такого города, — красавица нахмурилась, между безупречными бровями пролегла едва заметная морщинка. — Какая это республика?
— Российская Федеративная, — ответила Аглая уже менее уверенно.
— А, — девчонка мотнула головой, как будто это всё объясняло. — А год у вас какой?
— Семьдесят второй.
— От Октябрьской Революции?
— Нет, — Аглая смутилась. — От этого, как его