"Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев

Ромий. Всё сводилось к ромию. Только вот тут возникала загвоздка.

Начальник ромиевого рудника под Галичем проболтался Виоле, что он снабжал ромием в обход княжеской монополии два адреса. Кологрив, то есть старшего брата Зуева, и Макарьевское графство графа Николаева. Про Мантурово ни слова, ни намёка. А значит, официальный канал через бывшего начальника рудника у Дмитрия отсутствовал напрочь.

Занятно. Откуда тогда у младшего Зуева ресурсы на такой промышленный скачок?

Я откинулся на спинку сиденья, глядя на дорогу через лобовое стекло, и прогнал в голове варианты. Возможно, у него была своя нелегальная жила, либо он скупал морий у чёрных добытчиков через третьи руки.

Дальше в Потоке шли материалы о личных амбициях Дмитрия, и здесь картина становилась ещё интереснее. У него оказалось персональное представительство при дворе костромского князя, что было свойственно исключительно графствам. В Мантурово открылся филиал столичного института исследования аномалий, причём с финансированием напрямую из Костромы, минуя старшего брата.

А также Дмитрий Зуев скупал патенты у мелких артефакторов по всему княжеству, стягивая к себе инженерные кадры, и держал охрану сверх лимита, положенного ему по закону.

Это уже не выглядело как борьба за независимость Мантурово. Это выглядело как подготовка к чему-то более крупному, парень явно метит выше, чем просто отдельное графство.

Роман бы сейчас непременно уточнил детали по мощности генераторов, а Виола первой бы спросила, сколько за всё это заплатили и кому. Я усмехнулся про себя, представив их обоих, и вернулся к изучению Мантурово.

Про самого Дмитрия нашлось на удивление много личных подробностей, при том что публичной биографии графа обычно скрывают тщательнее, чем военные тайны. С двенадцати лет он вёл дневник целей, каждый день отмечая, что выполнил и что не успел, и эта привычка сохранилась у него до сих пор.

Тренировался часами магии даже во время болезни, брал частных наставников сверх обязательной программы, и в детстве его вечно сравнивали со старшим братом не в его пользу. Владимир, наследник, всегда воспринимался в семье как прирождённый граф, а Дмитрий был тем, кому нужно было стараться, чтобы быть хотя бы на одном уровне с братом. Вот он и старается, похоже.

— Четвёртый, как обстановка? — заговорила голосом Размарова рация, которую я забрал у примороженного бойца на чердаке.

— Всё чисто, не спускаю гостя с прицела, — ответил незнакомый бас. — Этот хренов маг заморозил меня. Ещё поквитаемся.

А, это замороженный затаил злобу, никакой благодарности, что оставил его в живых. Надеюсь, у него хватит ума не пороть горячку, иначе придётся повторить урок.

— Отставить разговоры, — резко перебил Размаров, и рация замолкла.

Я продолжил прослушивать девушку, которая продолжала озвучивать информацию из Потока.

Оказывается, младший Зуев лично изучал законодательные акты об образовании графств, выискивая юридические лазейки для своей тяжбы. А ещё курировал какой-то засекреченный проект по зонам на границе удела, детали которого не всплыли даже в Потоке. Да и окружение подбирал нетипично для феодала, не из старых родов графства, а брал людей со стороны.

Не удивлюсь, если этот тип ведёт сразу три игры одновременно и ни в одной не собирается проигрывать. С таким лучше сразу торговаться жёстко, иначе сожрёт и не поморщится.

Отдельным блоком шли короткие досье на сестёр. Елизавета, старшая, активная и на виду, вела почти все представительские мероприятия Мантурово и последний год зачастила с визитами в Макарьев, что породило слухи о её связи с домом графа Николаева. Анна, младшая, тихая и почти незаметная в свете, редко появлялась на публике.

Пейзаж за стеклом тем временем медленно менялся, деревья становились гуще, потянулись поля, а затем на горизонте показался кордон.

Массивный шлагбаум, большое здание, около двух десятков гвардейцев с автоматами наперевес и офицер с планшетом. Хоть Размаров и говорил, что у него свои люди на границе, но я напрягся, готовясь к досмотру, и в груди тут же начал копить жар на случай, если придётся пробивать себе дорогу силой.

Впрочем, шлагбаум пошёл вверх, как только к нему приблизилась головная машина нашей колонны. Один из гвардейцев коротко кивнул проезжающим машинам, второй демонстративно отвернулся, копаясь в своём переговорнике, будто вообще ничего интересного не происходило.

Впечатляет. Несмотря на вражду братьев у Мантурово здесь настолько развязаны руки, что даже кологривская граница им не помеха.

За окном снова показались мутный фиолетовые полусферы Зон Искажения прямо среди полей. Я активировал голосовой запрос в Потоке и спросил, что известно о зонах в этом районе.

Голос девушки из переговорника ответил сухо и по делу. Зоны разрастаются по всему княжеству, и графства соревнуются, кто быстрее оккупирует свежие проявления. Специальный институт исследования аномалий с филиалами по всем графствам занимается этими Зонами, а Мантурово в последнее время проявляет к теме особый интерес.

В целом, информации в Потоке по Зонам, которые иногда открываются прямо среди деревень, практически не было.

В этот момент я почувствовал что-то странное. Лёгкое, почти неощутимое касание где-то на самой границе восприятия, будто кто-то дотронулся моего сознания. Я дёрнулся, разворачивая ментальный щит на полную, но никакого чужого присутствия я больше не чувствовал.

Странно. Может, близость Зоны? фон в таких местах и правда иногда играет шутки с ментальным восприятием. Но осадок остался неприятный, будто по коже прошлись холодным пальцем и убрали руку прежде, чем я успел заметить владельца.

Озвучка сайтов продолжала вещать, что тяжба Дмитрия за отдельный статус графства, по мнению костромских экспертов, шансов имеет немного, потому что прецедент с седьмым графством напугает остальных графов. Но, в то же время, именно ромиевые разработки Дмитрия Зуева и его личные связи в столице делают его позицию сильнее, чем у типичного просителя, да и у него, больше связей, чем у жёсткого и прямолинейного старшего брата.

Ладно, будем разбираться с этим по факту.

Дорога дальше пошла вниз, и я щёлкнул переключателем рации.

— Размаров, — произнёс я, не отрывая взгляда от дороги. — Где мои люди? Мы за границей, уговор был пересадить их сразу.

— Через пятнадцать километров стоянка, там и пересядете, — спокойно отозвался Размаров.

Через пятнадцать километров действительно показалась стоянка, на которой стояли три машины плюс массивный фургон. Наверняка, в нём и находятся Виола с Романом.

Колонна притормозила, остановилась у фургона, и я вышел из машины, разминая шею.

Дверь фургона распахнулась, оттуда выскочила Виола и с разгону врезалась в меня, повисая у меня на шее.

— Ярослав, — прошептала она на ухо, прижимаясь ко мне всем телом. —