Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

— Да уж, — хмыкнул Скайуокер, привалившись здоровым плечом к стенке тюремного транспорта. — Что это на парня Ю нашло?

— Не поминай имя святой всуе! Нечестивец!!! — взвыли арестанты и попытались напасть на джедая, но, к счастью для него, этот балаган быстро прекратили бойцы подполья, которые, впрочем, тоже стали смотреть на Скайуокера без теплоты во взглядах.

— Да что со всеми вами? — кривясь от боли в растревоженном ударами плече, буркнул Анакин. — Я с ними обоими был знаком.

— Что?! — с явным восторгом вопросил мордоворот и даже расплакался со счастливой улыбкой на лице: — Значит, точно без пыток убьют.

** Асока Тано / сутки спустя **

Асока словно сомнамбула прошла мимо столиков и, наткнувшись в стойку бармена, только после этого пришла в себя и огляделась.

— Желаете выпить? — полюбопытствовал парень-тви’лек, что уже даже бокал достал и к пивному крану потянулся. — У нас сегодня копченые сосиски к пиву.

— Кх… — прижав ладонь ко рту, тогрута с определённым трудом удержала в себе содержимое желудка. — Не… не надо… только не мясо…

— А! Побывали в забойном цехе, — выделив интонацией «в забойном», печально улыбнулся парень. — Могу предложить «энсин» и номер, чтобы проспаться.

— Энсин? Средство для сна без сновидений? Нет-нет, мне надо дождаться учителя.

— А он что, тоже «там»?

— Нет, уже нет, ему руку пришивают.

— Нифига себе, — присвистнул тви’лек. — Это чего же он совершил такое мерзкое, что ему в забойном руку отчекрыжили?

— Ему не «там», нет, ему ситх отрубил. Ещё в начале войны.

— А! Ну тогда твоему учителю повезло. С медициной у «этих» на семь из семи, — улыбнулся парень и, поставив кружку перед тогрутой, выложил рядом и пачку с сушеным плодом бротто. — Ну что, сестрёнка, поздравляю тебя, теперь ты завязала с криминалом и сможешь жить как нормальное разумное существо.

— Я? С криминалом? — обалдела Асока. — Да я с рождения на светлой стороне.

— Да-да, — покивал тви’лек. — Я тоже думал, что в нашем национальном промысле, в продаже сестер в бордели, нет ничего зазорного. Даже гордился, что у нас товар не хуже прочих. Но проход через «то место» позволил мне осознать, что жизнь она одна, и закончить её лучше где-нибудь «не там».

— Кхм… — поперхнувшись при попытке что-то сказать, Асока приподняла свою кружку и чокнулась с кружкой, которую налил себе бармен. — Ну, типа, спасибо.

=*=

Я сидел за столом и мучился от острого приступа совести. К моему счастью, я последние лет десять старался самому себе не врать, и если уж делал какую-то дичь, то четко осознавая, что это дичь. Словом, это помогло мне сейчас слабо, но, всё же помогло. Только совсем уж старые воспоминания смогли царапнуть душу. Это тоже не доставило счастья, но всё же. Всё же.

А вот моему спутнику, Шему, не повезло. У него эффект перерос в полноценный ПТСР и он буквально катался весь в слезах и соплях, истошно кого-то зовя сорванным голосом. Вот его пришлось заливать противоабордажной пеной, чтобы он себе чего-нибудь не выцарапал, а потом обкалывать химией из аптечки.

— Ну и какого хрена? — обессиленно разжав пальцы, выронил коробку аптечки и вновь плюхнулся за стол, за которым несколькими минутами ранее меня и нахлобучило воспоминаниями обо всех косяках, которые я совершил за время своей жизни. А вспомнить, как не крути, было что.

— Судя по доступным мне данным, а так же натурным наблюдениям, это эффект от ведьмовского колдовства, — мразотно-бодрым тоном отчитался Котей и столь же мерзко ухмыльнулся. Точнее это мне так показалось в тот момент, ибо голова ещё плохо соображала и социальные навыки, откровенно говоря, сбоили.

— Так это что, это теракт такой был, что ли? — уточнил я, после пятиминутной лекции от моего помощника.

— Всё верно. Точнее, это попытка вашей ликвидации, — кивнул Котей. — Клоны-то наши, хоть и воевали, но мало кто из них успел сделать что-нибудь такое, за что смог бы зацепиться ритуал, чтобы до смерти дошло. Они же молодые все. Только-только из пробирки. Как я вижу по камерам, те, кто покрепче, уже оказали помощь более пострадавшим товарищам и, в целом, безвозвратных потерь пятнадцать разумных.

— Ну, со мной они явно просчитались, я же к Силе не восприимчив.

— Вообще-то в этом и проблема. Чем меньше связь с Силой, тем сильнее должно было подействовать. Для одарённых несколько иной ритуал есть… И его, судя по всему, тоже применили.

Мысленно пробежавшись по воспоминаниям, обнаружил, что эти воспоминания не совсем мои. Это трудно объяснить, но кто-то словно бы подкрасил события эмоциями. Не всегда логично подкрасил. Я бы даже сказал — идеалистично. С двойными стандартами к делу подошли, в общем.

— Мы обнаружили тех, кто проводил ритуал, — отрапортовал Котей и лапкой взмахнул, указывая на развернувшийся объем голограммы, где на манер экрана была видна пара девуль в сомнительных облачениях. — Мочим?

— Не вздумай! — торопливо крикнул я, и даже хохотнул от пришедшей в голову мысли. — Я так понимаю, это было какое-то особо темное колдунство?

— Именно так, — кивнул Котей. — Судя по джедайскому справочнику, восьмой уровень из десяти возможных.

— А побочные эффекты окромя приступов совести бывают?

— Тут я не эксперт, но на примере нашего бедного Шема видно, что и этого достаточно.

— Да уж, перекосило бедолагу, — поддакнул я, опустив взгляд на Шема. Лекарства хоть и подействовали, но его всё ещё трясло.

— Так может, всё же, замочим? — напомнил о себе Котей.

— Нет-нет, — вновь отказался я. — Упакуйте, отвешайте люлей и я хочу с ними побеседовать.

— Оки-доки, сейчас всё будет, — помощник кивнул, и его материальная голограмма исчезла из помещения.

— Я из вас, придурошных, реморализатор сделаю, — отпившись минералочкой, я вновь заулыбался.

Учитывая происходящие события, мне иной раз кажется, что эта их Сила мне активно помогает. Нет, со стороны, кажется, что всё строго наоборот, но, если подойти к вопросу с сугубо технической точки зрения, то имеет место недооцененный пул возможностей. Даже эти вот ведьмы, которым приспичило мне мстить, они же просто какая-то находка. Знал бы раньше, что так будет, я бы луну хатов сжег хотя бы