"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров
Третий карты держать не мог, ведь обе руки были перевязаны. Поэтому наш пулемётчик Краб просто наблюдал за игрой Музыканта и Гвоздя.
Я на них посмотрел и хмыкнул про себя. Живы всё-таки. А они меня заметили.
— Вольно, бойцы, — сказал я, когда они начали вставать. — Живы, значит.
— Так точно, господин ка… — Музыкант чуть было не сказал «капитан», но всё же поправился. — Господин майор. После такого пути, который мы прошли, стыдно было бы на койке помирать. Вот и выжили.
Музыкант, Краб и рыжий Гвоздь вместе с Шутником были единственными выжившими из тех, кто отправился со мной на ту вылазку, что изменила многое.
У Музыканта перевязана нога, у Гвоздя рука висела на перевязи, Краб так вообще перемотан весь, лицо ещё опухшее, но взгляд живой. Они в порядке, и это отлично.
Когда-то ради них я заключил ту сделку с духом Небожителя, чтобы он их вывел, а затем спас батальон. Но всё вышло иначе, и выжили не все, но эти бойцы скоро оклемаются, и батальон на месте.
Здесь было много наших, в палатке разместили десант. У некоторых ожоги, оставшиеся после атаки того танка, у некоторых обычные раны, здесь есть те, кем прикрывали инфы во время ночной операции. Некоторым в плену досталось, ведь пустынники с пленными церемонились только перед камерой. Многие истощены.
Но в этой палатке все те, чьей жизни уже ничего не угрожает.
— Молодцы, бойцы, — сказал я в полный голос. — Награды получите. И те, кто тогда отбивался, и кто сражался ночью, и кто ходил со мной в разведку. Наш батальон отличился.
— Видали, пацаны? — Шутник подёргал свою форму, где висела новенькая круглая медаль. — Сам генерал Рэгвард вручил. При императоре лично! Только меня прадед теперь задушит… — он задумался. — Он же против Рэгвардов в гражданку воевал.
— Не задушит, — сказал я.
— Это чё, тебе «мужика» дали, Шутник? — удивился Краб, прохрипев слабым голосом. — Охренеть.
— Вам тоже дадут. Я тут принёс кое-чего, — Шутник полез в висящий за спиной мешок, в котором явно были гостинцы. — Вам осталось немного.
— Раздавай всё сам, — велел я. — Я буду у начальника госпиталя. Некоторых заберу на крепость, скоро полетим домой. Но только тех, кому легче.
В палатке сразу оживились, начали переглядываться.
— Да я уже хорошо себя чувствую, — Краб попытался было встать, но только сбросил с себя карты. — Только унести надо…
— А что насчёт Крыса? — вдруг спросил Гвоздь. — Крысёнок же с нами был. Просто отстал потом, ранили, говорит. Заслужил же. Штыка на себе нёс…
— Он здесь? — удивился я.
— Да, — Музыкант закивал. — Заходил к нам утром, на костылях был…
Что за игру этот Крыс затеял? Ведь бойцы не знают, что он на самом деле не рядовой десантник, а офицер императорской охранки. Хочет вернуться на крепость, продолжить какую-то игру?
Надо разобраться.
Мне объяснили, где он лежит, и уже шёл туда.
Увидел его в следующей палатке, ещё не заходя туда. Он сидел на кровати в больничной рубахе, притворяясь раненым десантником. Левая рука висела на перевязи. Он заметил меня, когда я хотел войти…
Но я остановился на пороге.
Что-то здесь не так.
Нет, это не Небожители, и не чья-то сила. Это мои собственные рефлексы, и они говорят об опасности.
Внутри всё сковало от тревоги, будто впереди засада. А этих засад за последние дни я насмотрелся. Я опустил правую руку к кобуре пистолета.
Вот только что именно не так?
Палатка большая, но она почти пустая. На кроватях лежало несколько раненых бойцов, между ними бродили санитары и один доктор с хитрым видом. И ещё было двое здоровяков в тёмно-зелёной форме нарландских РВС, что сидели рядом с кроватью одного из раненых. Два штурмовика зашли проведать друга?
Так что не так?
— Господин майор! — Крыс заметил меня и заулыбался, так что его торчащие зубы стало видно лучше. — Вы живы! А у нас тут такое творилось…
Он поднял руку к правой стороне головы, будто хотел почесать её.
Нет, не почесать. Он показал мне три пальца. Это сигнал, принятый в десанте. Три вооружённых противника рядом.
Я полез за пистолетом, но был готов кого-нибудь швырнуть или того хуже — ударить способностью Моктара и сжечь.
Один из нарландских штурмовиков заметил это и совершенно буднично убрал руку в карман, чтобы достать оттуда пистолет. Смотрел при этом на меня.
Но я был быстрее. Поднял пистолет, сняв с предохранителя, и прицелился, держа его двумя руками. Указательный палец лёг на спусковой крючок и выбрал свободный ход…
Бах!
Целился я ему в лицо. Мою руку подбросило от отдачи, штурмовик с простреленной головой рухнул, сбив своим телом столик с инструментами. Те с грохотом разлетелись во все стороны.
Второй убийца в форме штурмовика прыгнул за кровать, выхватывая пистолет-пулемёт. Я собрался было сбить гада с ног сильным мысленным толчком, вот только мне мешал санитар, вставший на пути. Задену его, а он, гад, не торопится отходить.
Но тут Крыс бодро вскочил с кровати и кинулся на второго убийцу. Ствол короткого автомата отвело в сторону, где на кровати лежал раненый.
И едва я подумал, что несчастного бойца сейчас убьют случайным выстрелом, и хотел отвести оружие толчком силы, как раненый бодро скатился с кровати, выхватывая из-под подушки револьвер с уже взведённым курком.
Бах!
Штурмовик упал как подкошенный прямо на Крыса.
Третий убийца, у койки которого и сидели те двое нарландцев, попытался сбежать. Все эти повязки явно были повязаны только для маскировки. Выдавал себя за раненого, гадёныш.
Но один из