Крис Кельм - Сердце Альтиндора. Дилогия (СИ)

— А если не получится?

— Тогда Оверэн порвет мою ж. у на британский флаг.

— Командир…

— Все, я сказал! — отрезал Комбат.

И весь отряд уставился на не спеша шествующего к воротам Айса, в которого уже были нацелены десятки луков и арбалетов. Он остановился перед рвом и, сунув руки в карманы, чего-то дожидался. Наконец, на стене появился разряженный в позолоченные латы воин, и начались переговоры. Айс говорил тихо, да и расстояние, отделявшее нас от лагеря «мышей» было приличным, так что его слов мы не слышали. Как не слышали и того, что отвечал ему глава неприятельского клана. Но, судя по его кривляниям, он выражал свое полное недовольство и презрение.

Неожиданно в переговорах наступил кризис, и несколько стрел воткнулись в землю рядом с ногами Айса.

— Командир, они его пристрелят! — крикнул кто-то из наших. Остальные разделились на два лагеря противоположных мнений: одни рвались в бой, другие считали, что Айс сам напросился.

Сам Айс обернулся и жестами объяснил, чтобы мы не дергались.

— Ждем, — сухо постановил Комбат.

Переговоры продолжились.

Спустя еще полчаса, опустили подъемный мост, ворота приоткрылись и Айса пустили внутрь лагеря.

— Там-то ему и трындец… — прокомментировал один из бойцов.

Комбат вопросительно посмотрел на подошедшего Гуденера. Мудрец лишь бессильно пожал плечами.

Потом мы ждали еще не меньше часа. Ждали невесть чего: то ли возвращения самого Айса, то ли его летящую через ров голову.

Но переговорщик появился в целости и сохранности. По выражению его лица трудно было сделать вывод о результатах переговоров. Поэтому все с нетерпением ожидали его приближения.

— Они понятия не имеют ни о каком входе в подземелье, — сказал он, поравнявшись с Комбатом.

— Ты рассказал им о подземелье?! — возмутился Гуденер. — Глупо, мой друг, очень глупо! Теперь они…

— Они согласны на совместные поиски, — не дал ему договорить Айс. — Но в лагерь впустят только два десятка человек. И никаких магов, — он в упор посмотрел на Гуденера. — Их дальнейшие условия: в случае обнаружения входа в подземелье, они примут участие в рейде. Все, что будет найдено в новой локации, за исключением интересующего нас предмета, будет поделено в соотношении тридцать к семидесяти в их пользу. Сама локация после рейда так же переходит в их собственность. Если поиски ни к чему не приведут, мы должны будем выплатить им десять тысяч корон в качестве компенсации за беспокойство.

— Да, это же грабеж! — послышались недовольные выкрики. — На ремни «мышей»! Прогнуться перед «серыми» тварями? Ни за что!!!

— Ах, да, еще кое-что, — вспомнил Айс. — Если нападут найрованцы, «мыши» готовы встать на нашу сторону.

— Да пошли они!

— Толку от них!

— А я им не доверяю: ударят в спину — как пить дать!

— Тихо вы! — рыкнул кто-то из элиты. — Комбат думает.

Командир и в самом деле глубоко погрузился в размышления, застыв каменным изваянием посреди бушующего людского моря.

Наконец, он поднял глаза и, посмотрев на Айса, сказал:

— Как по мне, так условия приемлемые…

— Комбат! — нахмурился Гуденер. — При всем моем к тебе уважении… Мы понятия не имеем, ЧТО находится в подземелье. Там может быть столько разного полезного барахла, что…

— Не жадничай, Гуденер, — похлопал тот по плечу Мудреца. — Помнится, тебя интересовала только вторая половина полусферы. Лично я вообще не уверен, что мы что-то найдем. Все-таки лока так и не была доработана. А если что… — он хитро прищурился, — … условия договора можно будет потом и пересмотреть… Во всяком случае, не мне принимать окончательное решение.

Он жестом подозвал одного из воинов, тот молча достал из мешка обыкновенную — на вид — раковину моллюска и протянул ее Комбату. Командир, отойдя в сторону, поднес ее к уху.

Раковина была средством дальней связи. Магический сотовый, бьющий на сотню километров. Вещь была редкой даже до Затмения.

Отряд притих в ожидании.

Комбат сделал доклад, выслушал короткий ответ и опустил руку с раковиной.

— Придется подождать, пока совет примет окончательное решение, — пояснил командир и присел на камень. Остальные расслабились, как при команде «вольно», кто-то тоже присел, кто-то остался стоять. Большинство разбилось на группки и принялось обсуждать действия отцов-командиров. Я стоял в одиночестве и терпеливо дожидался вынесения приговора, каким бы он ни был.

Что-то тихо запищало, а на раковине в руках Комбата замигал крохотный рубин. Он встал, поднес средство связи к уху и молча выслушал собеседника из Орлиного Гнезда. После чего вернул раковину «радисту», поправил ремень и громко сказал:

— Совет принимает условия «Серых мышей».

Кто-то облегченно вздохнул — среди них и Айс, да и я тоже. Резня между своими, — какими бы они ни были, — последнее дело. Впрочем, недовольных решением тоже хватало. Но, к счастью, они ничего не решали.

— Я передам ответ совета Насагеру, — сказал Айс и направился обратно к воротам лагеря.

Когда он проходил мимо меня, я не удержался, сказал:

— Вот видишь, все благополучно закончилось.

Он остановился, взглянул на меня чуть ли не с презрением и процедил сквозь зубы:

— Глупец, все только начинается.

Пока Айс ставил точку в переговорах, Комбат решал, кто войдет в лагерь «Мышей», а кто останется за его пределами. Желающих спуститься в неведомое подземелье было предостаточно — все! Но условия нейтралов жестко лимитировали численность участников с нашей стороны. Первый десяток Комбат назвал быстро — это были спецы, проявившие себя не только в Альтиндоре, но и в реале. Потом ему пришлось задуматься. Он долго смотрел на очередного претендента и неохотно переводил взгляд на следующего. По мне он лишь скользнул взглядом, что не предвещало ничего хорошего. И мне пришлось напомнить, что это именно я нашел полусферу и доверил ее клану «Щит и меч». Кроме того, меня тоже не на помойке нашли, и я сносно владею как мечом, так и луком. Комбат снова посмотрел на меня и согласно кивнул. Из толпы претендентов послышался недовольный ропот, но решение командира не подлежало обсуждению.

Последний десяток выбирался тщательно. Вернувшийся Айс так же настоял на своем участии. Тут комбат не стал возражать, но что касалось остальных… Трудно выбирать, когда перед тобой лучшие из лучших. И когда неизвестно, что ждет впереди.