Обнаженные инстинкты. Месть Зверя - Виктория Миллс

– Просто кончи для меня, крошка, – хрипло прошептал, блуждая губами вдоль ее изящного позвоночника, и Афелия Блэйк издала сладостный стон.

Я не собирался ее щадить.

Мои пальцы ритмично двигались вдоль складок ее лона, настойчиво проникали внутрь, размазывали влагу. Язык блуждал по изгибам ее шеи. Я знал все ее точки, все чувственные места, помнил наизусть каждую родинку на коже молочного цвета.

Мгновение, и она содрогнулась в ярком оргазме, приоткрыв соблазнительные губы, которые раньше я мог целовать часами.

Раньше.

Сейчас я испытывал лишь ненависть, злость и звериную похоть к той, что предала меня, уничтожила!

Я неохотно отстранился, самодовольно усмехнувшись, и Афелия посмотрела на меня через плечо.

Даже сейчас, растрепанная, напуганная и возбужденная она выглядела потрясающе.

Роскошные белые волосы спадали каскадом до обнаженной поясницы, затуманенные серые глаза были похожи на расплавленное серебро, пухлые губы со смазанной помадой так и манили впиться вновь, а соблазнительный вид сзади срывал тормоза.

– Ты совершил ошибку, когда приехал сюда, – ее тонкие руки по-прежнему упирались в кресло, на котором виднелись следы от когтей. – Блэйк убьет тебя, как только узнает…

– Что я воспользовался его подстилкой? – насмешливо перебил, заметив, как слова хлестко бьют ее по лицу.

О, как долго я об этом мечтал…

Я представлял это выражение лица перед сном, в душе, за рулем. Пусть знает, что она умерла для меня, что больше ничего не значит!

Но в одном она права.

Алан Блэйк был тем еще ублюдком. Партнеры по бизнесу говорили, что этот тип невероятно жесток, расчетлив и умен, а также непредсказуем. Этакий безжалостный подонок, что не терпит возражений и держит всех в страхе под тотальным контролем. Он несомненно прикончит нас обоих, если узнает.

Даже стало интересно, как она будет выкручиваться теперь.

Вожак несомненно учует запах другого самца на своей волчице, не говоря уж про аромат секса в собственном кабинете.

– Сейчас тебе стоит переживать за себя, – я стоял всего в паре сантиметрах от нее и слышал, как быстро бьется ее сердце, как прерывистое дыхание срывается с губ, как шлейф ее желания вперемешку со страхом витает в воздухе, одуряя мой разум. – Твой муж может зайти в любую секунду. И разве тебе уже не пора вернуться к гостям?

Афелия плотно поджала губы, заметно побледнев.

– Ты специально это сделал… – догадливо прошептала она, и я показательно облизал палец с ее влагой на руке.

– М-мм, этот вкус ванили...

Я самодовольно смотрел на нее, ожидая дальнейших действий.

Девушка грациозно повернулась, и в ее серебряных глазах сверкнула дикая ярость.

– Я не жалею о том, что сделала. И с удовольствием бы повторила это вновь!

Сука.

Она прижала остатки роскошного платья к груди и молниеносно вышла из кабинета, оставив меня со звоном в ушах.

Мне хотелось догнать ее и придушить, но я стоял словно вкопанный, вглядываясь в оставленные ею кружевные трусики на полу.

Я мог бы уничтожить ее прямо сейчас…

Вот только это было бы слишком просто.

Я поднял белье, пропитанное ее желанием, а после открыл окна и впустил внутрь свежий воздух. Дальше все зависело от нее.

Игра началась.

Я выбежала из кабинета словно ошпаренная.

Сердце вырывалось из груди. Обида жгла глаза. Руки дрожали, сжимая порванное брендовое платье, которое стоило целое состояние.

Иронично, но именно его Блэйк велел надеть мне завтра на банкет по случаю его «супервыгодной» сделки с новым партнером.

Это проблема.

Я осторожно огляделась по сторонам, хорошо помня, что в эту часть дома запрещено ходить гостям, и быстро направилась в сторону лестницы.

Всюду стояли камеры видеонаблюдения. Вот только за два года заточения здесь я знала все их слепые зоны, и потому без проблем добралась до спальни, лишь пару раз промелькнув на бледных экранах.

Надеюсь, никто не заметил…

Я боялась Алана Блэйка и сейчас испытывала почти животный страх.

В прошлый раз он на сутки запер меня в клетке без еды и воды, а все потому, что я на десять минут задержалась в салоне красоты.

Его непредсказуемость пугала, а жестокость порой переходила все границы.

Блэйк обожал порядок, последовательность и контроль, а также дорожил своей напущенной репутацией в городе. И, если что-то шло не по плану, он выходил из себя и вся стая затихала в ужасе.

Хорошо, что в кабинете камер не было.

Мой муж любил там развлекаться с другими женщинами, и я об этом знала…

Только мне было плевать. Лишь бы не трогал меня.

Я ворвалась внутрь собственной комнаты и ломанулась в ванную. Нужно было срочно смыть с себя чужие прикосновения, освежить макияж и вернуться к гостям.

Касания Николаса до сих пор горели на коже, а запах хвои и мяты плотно заполнил легкие, будоража кровь.

Он приехал, чтобы заставить меня страдать еще больше…

Нельзя этого допустить. Я не выдержу, если он останется!

Открыв кран с холодной водой, я встала под ледяной душ и попыталась остыть.

В висках пульсировало от напряжения. Хотелось обернуться волчицей и убежать в сад или спрятаться под кроватью, свернувшись в клубок.

Но я не могла. Меня ждали внизу.

Я должна была вернуться в новом изысканном наряде и собрать восторженные взгляды окружающих, чтобы все в очередной раз убедились в «совершенстве» жены Алана Блэйка.

Ненавижу это.

Я быстро помылась, смыв головокружительный запах с тела и волос, и торопливо вышла из ванной комнаты.

– Я уж начал волноваться… – раздался внезапно металлический голос мужа, и я испуганно вздрогнула, остановившись посередине комнаты.

Когда он вошел? Я не слышала шагов!

– Прости, – произнесла, опустив голову. Ему нравилась покорность. – Пришлось принять душ, чтобы выглядеть свежее в новом платье.

Блэйк отошел от окна и направился ко мне.

Каждый его шаг отдавался глухим ударом сердца. Я молилась луне, чтобы на мне не осталось ни малейшего запаха.

– Хорошая девочка, – одобряюще ответил он, окидывая меня внимательным взглядом ярко карих глаз.

Надо было завернуться в полотенце, но я так торопилась, что не сделала этого, а зря.

Обнаженная грудь плавно вздымалась, капля воды медленно стекала по шее, приковывая мужской взгляд. В воздухе появился аромат мускуса и древесины, выдавая возбуждение альфы.

– Сегодня у нас много важных гостей, Афелия… – монотонно начал он, и его пальцы невесомо коснулись моей ключицы, разгоняя неприятную дрожь. – Нужно их всех поразить.

Я