Вприпрыжку по мирам - Пол Кофе

Дэн узнал от профессора, что на этот раз погружение будет долгим – длиной в целую ночь. Что они должны будут пройти все шесть циклов сна и дождаться благоприятного момента в быстрой фазе, накануне пробуждения. Нестор считал, что материализатор лучше всего справится со своей задачей, если девушка перейдет из сна в реальность в период, когда разум проводника начнет постепенно просыпаться, проявляя осознанность.

В экспедицию отправлялись: Дэн – в качестве незаменимого проводника из мира снов в мир реальный, Чингиз Черницкий, разум которого должен был сформировать область сновидения и точный образ погибшей, сам профессор, который, как обычно, мог помочь в качестве консультанта и наблюдателя, а в иных обстоятельствах повлиять на ход сновидений.

Кроме того, с собой Нестор прихватил самокат, который уже не раз выручал их, – Гермес всегда был готов ненадолго вернуться в родные просторы срединного мира.

Аврора и Господин Серп, прошедшие краткий курс обучения, оставались в лаборатории, чтобы следить за показателями приборов и быть наготове в случае экстренного пробуждения. Капибара Люся – была все той же капибарой Люсей, а потому ее на время выдворили из лаборатории и закрыли в ванной, чтобы не мешала.

К одиннадцати часам вечера все было готово. Три кресла ждали путешественников, между шлемами изогнулись дуги синхронизаторов. В углу, между блоками материализатора, подсвечивался круглый постамент, на котором к исходу ночи должна была появиться Нора. А может, только ее неправдоподобная копия. Что выйдет из всего этого рискованного предприятия, никто не знал.

Хотя это было не первое погружение, Дэн волновался необыкновенно. Ему казалось, что приборы гудят слишком громко и вот-вот сломаются, что он снова напортачит там, в другом мире, и что-нибудь нехорошее притащит в реальность. Наконец, он ощущал тяжелое и необъяснимое чувство вины перед друзьями, как будто именно из-за него они решились на это опасное дело.

Может быть, впервые Дэн испытывал перед погружением сильный страх, но не от того, что погибнет. Тревожной иголкой где-то в области затылка все время колола мысль о том, что из-за всех этих путешествий он может закончить как его мать: безумием. Это пугало Дэна куда больше, чем смерть во сне или встреча с кошмарным чудовищем.

Студент в последний раз окинул взглядом лабораторию. Аврора и Серп тихо переговаривались, следя за приборами, профессор, кажется, уже спал, клиент тоже. В руке фокусник все еще держал фотографию. Но вот пальцы разжались, и она, покружившись, слетела на пол.

Дэн остановил взгляд на юном лице с портрета. В груди у него разлилось приятное тепло. Может быть, он слишком долго общался с клиентом и заразился теми чувствами, которые тот испытывал к девушке? А может, Дэн и правда когда-то ее знал…

Он смотрел на большие глаза Норы, добрые, пронзительные, глядящие прямо ему в душу, зовущие, смотрел и понимал: он идет в страну сновидений не только потому, что хочет помочь несчастному клиенту.

«Честно говоря, я должен сам тебя увидеть. Хотя бы разок…» – подумал Дэн, и веки его медленно закрылись.

Дэн открыл глаза в белой пустоте. Со всех сторон на него струился свет, неяркий, рассеянный, словно его пропускали через полупрозрачные экраны.

На плечо его легла рука.

– Профессор?

– Засыпание прошло по плану. Мы все здесь. – Нестор отступил в сторону, за ним, подогнув под себя ноги по-турецки, сидел фокусник. Он рассеянно крутил головой, водил глазами и как будто их не видел.

– Что с ним?

– Он пока еще не понял, что попал в сновидение. Но скоро до него дойдет.

– Мы можем начинать?

– Нет. Еще рано. Ты должен немного задержаться, чтобы пройти первую фазу. Снова проблемы с засыпанием?

– Я немного волновался.

– Неудивительно.

Нестор тоже сел на землю. Если, конечно, клубившийся под ногами пар можно было назвать землей.

– А где Гермес? – завертел головой Дэн.

– Сказал, что слетает на разведку. Не волнуйся, он легко может отыскать нас в срединном мире в любую минуту.

Дэн опустился на корточки рядом с профессором.

– Профессор, вы считаете, что нам не следовало… – начал Дэн и вдруг услышал тихий вздох.

– Нора! – Чингиз вскочил на ноги. – Нора, где ты?

Нестор и Дэн поднялись с земли.

– Ну вот и нашелся ориентир. Сейчас сон начнет меняться! – посулил ученый.

И действительно, вдали, в белом пространстве на горизонте обозначилась волна. Серой стеной она двинулась в сторону путешественников, становясь шире и выше.

Дэн заметил, как профессор выступил чуть вперед, как бы закрывая его собой.

Серая широкая стена приблизилась и остановилась примерно в десяти шагах от путешественников. Теперь было хорошо видно, что она образована густым сплетением каких-то сухих побегов, как живая ограда из плюща.

Фокусник, ни слова не говоря, пошел ей навстречу.

Нестор кивнул напарнику, и они с Дэном тронулись следом.

Скоро под ногами захрустела мерзлая земля, на небе проступил болезненно красный румянец то ли рассвета, то ли заката. Где-то в вышине крикнула и пролетела чайка.

– Мы входим во вторую фазу, – прошептал профессор. – Разум нашего клиента создает привычную реальность…

Дэн верил своему наставнику, но приходилось признать, что в пейзаже, выбранном Чингизом, было что-то тревожное и даже зловещее, тем более, периодически дрожала земля и вдали что-то гремело и стучало.

Фокусник первым приблизился к высокой стене из плюща, коснулся сухих веток, поднял голову и застонал:

– Нож. Мне нужен нож…

– Зачем ему нож? – спросил Дэн.

– Вероятно, он хочет пройти на ту сторону.

– Ясно. Жаль, что у меня не…

Студент осекся и сунул руку за пояс, где висел Рудианос.

– Отлично, – прокомментировал профессор. – Наконец-то он тебе понадобился не для того, чтобы кого-нибудь проткнуть.

Дэн дал мысленный сигнал клинку, и тот, облетев клиента, вошел в толщу сплетенных побегов и начал их подсекать.

Не прошло и пяти секунд, как ветки посыпались на землю. В ограде образовалась широкая колея, по которой можно было идти. Чингиз хлопнул в ладоши и, покачиваясь, первым вошел в просеку.

Дэн с профессором двинулись за ним.

Скоро по бокам образовалось две стены, коридор все углублялся, ветки словно таяли под ногами, а впереди поблескивал лезвием, срезая побеги, острый Рудианос.

Клиент шел медленно, спотыкаясь, пребывая в каком-то полубреду.

Тем временем металлический лязг и грохот стали слышаться явственней.