Тренер Гильдии Фамильяров 3 - Сергей Харченко

— То есть я правильно поняла? — произнесла Анна. — У него могут быть несколько хозяев.

— Так точно, и он сам определяет приоритетность, — кивнул я, улыбнувшись.

В этот момент Сверчанкого пыталась обнять Желешка. Ей так понравились его манеры, она так была рада его видеть, что ненадолго приняла жидкую форму. Раскинула щупальца, охватила насекомое. И сверчок оказался внутри желейной массы.

Отчаянным прыжком барон вырвался из любвеобильных объятий.

— Хтьфу, что за манеры, сударыня! — возмущённо воскликнул Сверчанский. — Держите свои отростки при себе!

Он допрыгнул до моего кармана, проворчал что-то в духе «Вот и распинайся перед ними», и затих.

— Не опаздывайте на обед, — повторил я, стараясь, чтобы каждый меня услышал. — Сразу после него отправимся на стройку.

Я отправился к выходу, слыша за спиной жалобные вздохи Дэнни и причитания Кости. Они терпеть не могли погрузчики, но деваться всё равно некуда.

Чуть позже я очутился в столовой. Насыпал на стол Искорке сублимат, наполнил миску Живчика кормом. Окликнул Сверчанского, но тот даже не шелохнулся в кармане. Видно сверчка возмутило поведение Желешки. Да и пусть дуется. Проголодается, сразу же напомнит о себе.

Через пять минут передо мной стояла большая тарелка, доверху наполненная борщом. По центру расплывалась жирной плёнкой домашняя сметана.

В столовой уже стоял гул голосов команды. После изматывающей тренировки бойцы сразу же заработали ложками. Уплетали еду с таким энтузиазмом, словно их не кормили неделю. Раиса Павловна сияла, порхая между столами с тележкой, на которой возвышалась десятилитровая кастрюля, и огромным половником. Рядом на тележке две кастрюли поменьше. Из-под крышки одной из них до меня доносился дурманящий аромат мясного блюда.

— Денис, касатик, ну что ты так долго ешь первое? Вот, возьми ещё макарошек. Тебе массу набирать надо, — ласково ворковала повариха, щедро накладывая мажору двойную порцию макарон с тушёной куриной печенью.

Спасённый утром борщ расходился на ура. Я быстро покончил со своей порцией, убедился в том, что Искорка съела витаминный микс, не оставив ни гранулы на столе. Живчик всё ещё елозил в миске, похрустывая кормом.

— Эй, гусары, на выход, — скомандовал я. — Время обедать!

В ответ та же тишина. Очень непохоже на Сверчанского. Тот бы если и не высунулся, то ввернул своё едкое словечко. Хотя всё равно я не понимал, с чего бы это ему обижаться.

Я запустил руку в карман, куда спрятался барон. Пусто.

Интересный поворот. Сверчанский, конечно, любитель изредка исчезать, отправляясь на самовольную разведку или просто ради любопытства, но обычно он предупреждает об этом. Я настороженно оглядел питомцев обедающих рядом со своими хозяевами. Учитывая страсть сверчка к едким комментариям, он мог запросто спровоцировать кого-нибудь из питомцев на агрессию. Например, во время еды вараны особенно её проявляют, если кто со стороны мешает им принимать пищу. Да и песчаные лисицы довольно раздражительны во время трапезы.

Но в том то и дело, Сверчанского там не было. Что задумал сверчок? Где он шляется?

Оставив команду, я положил сытую Искорку на плечо, взял поводок с Живчиком. Вышел в коридор, направляясь в сторону своего кабинета и прислушиваясь к звукам.

Проходя мимо полуоткрытой двери в комнату Белова, я услышал знакомый баритон и остановился, заглядывая внутрь.

От того что я увидел, улыбка непроизвольно растянулась на моём лице.

Артём Сергеевич сидел за своим рабочим столом. У двери валялись ботинки, чуть дальше на боку покоился органайзер, и вокруг него были рассыпаны шариковые ручки, карандаши.

Помощника не трясло. Пик отвыкания, судя по всему, прошёл. Белов сидел за столом с закрытыми глазами, губы его беззвучно шевелились. Дрожащими пальцами Артём Сергеич размеренно перебирал горстку своих «счастливых» фисташек, выложенных на столешнице ровным полукругом.

А прямо перед ним, вальяжно заложив передние лапки за спину, расхаживал барон Сверчанский. Сверчок мерил стол шагами, то и дело останавливаясь, чтобы погрозить тренеру усом.

— … И что же это получается, милостивый государь? — вещал Сверчанский с интонациями прожжённого полкового командира. — Чуть запахло порохом, чуть закрутило живот, так мы сразу лапки складываем? За химическими пилюлями потянулись? Срамота-с! Малодушие в чистом виде!

Белов не открывал глаз, продолжая перебирать фисташки. Кажется, он находился в таком глубоком трансе, что воспринимал голос насекомого как галлюцинацию или внутренний монолог собственной совести.

— Вы офицер или институтка на выданье? — не унимался сверчок, картинно вздыхая. — Вот в наше время гусары лечили хандру саблей да доброй чаркой! Ну, может, ещё цыганами. А вы? Травите свой организм дрянью, теряете выправку, позорите мундир… тьфу, то есть гильдию! А ведь на вас юнцы смотрят! Солдаты! Как вы их в атаку поведёте, если сами от страха перед ломкой трясётесь, аки осиновый лист?

Я прислонился плечом к дверному косяку, с трудом сдерживая смех. Абсурдность ситуации зашкаливала, но, чёрт возьми, эта гусарская психотерапия работала. Ритмичный счёт фисташек. Непрерывный и нравоучительный бубнёж Сверчанского. Всё это создавало некий терапевтический эффект, цепляясь за который Белов успокоился окончательно.

— Честь, Артём Сергеич! Офицерская выдержка! — телепат торжественно поднял переднюю лапку вверх. — Вот ваше главное оружие! Сожмите зубы, расправьте плечи и покажите этой химической заразе, где раки зимуют! Иначе я лично вызову вас на дуэль и проткну шпагой вашу… эм-м… вашу гордость!

Белов тяжело вздохнул, приоткрыл один глаз, сдвинул одиннадцатую фисташку в сторону. Затем откинулся на спинку своего стула.

Я тихо отступил от двери. Решил не прерывать этот сеанс. Барон справлялся с обязанностями психотерапевта получше, чем любой штатный мозгоправ.

Не успел я отойти от кабинета Белова, как из него вышел сам хозяин. Видимо сеанс был завершён. Походка помощника была шаткой, а лицо оставалось бледным, но паническая трясучка окончательно отступила.

— Запомните мои слова, сударь! — напоследок бросил в его сторону барон Сверчанский, прошествовав мимо и в пару прыжков добираясь до моего кармана, спрятавшись внутри.

В этот же момент из-за поворота вышли Кира и Полина. Девушки увлечённо обсуждали больную тему.

— … и если она продолжит пичкать его углеводами, у него может начаться дисбаланс Ядра, — категорично вещала Док, показывая на экран своего смартфона. — Его пищеварительный тракт не приспособлен к такой обработке.

Артём Сергеевич, увидев владелицу гильдии, инстинктивно втянул голову в плечи, но старые привычки взяли верх. В нём проснулась его фирменная старческая ворчливость.

— Кира, — хрипло начал помощник, преграждая им путь. — Я, конечно, всё понимаю, но ты видела ту лохань на кухне? Я был там, и когда заметил, обомлел просто! Пятидесятилитровая кастрюля борща!

— Артём, подожди, — Кира замерла, округлила глаза на Белова. — Я не очень понимаю суть твоих претензий.

— Это разве претензии? Я