Ученик бога-лиса - Гульнара Черепашка

Забавно, если так посмотреть. Он снова начнет зарабатывать на хитах Тенгфея! Только теперь не придется прыгать на сцене и мозолить глаза фанатам.

Последнее более чем радовало.

Его блог по-прежнему будет принадлежать ему. По совести, опубликованные там работы и не вписывались в концепцию существующего репертуара Тенгфея. А то, чем предстояло заниматься ему, не вписывалось в концепцию его блога. Прекрасное разделение заработка и личного пути в музыке!

А незадолго до Хэллоуина напомнил о себе Санин.

Журналист, кажется, уезжал то ли в Псков, то ли в Калининград. Застрял там почти на месяц, и лишь теперь нашел время позвонить. С изумлением выслушал новость — о подписании нового контракта с Шоу-компани, на сей раз в новом качестве.

— Не знаю даже, поздравить и посочувствовать, — высказался он. Яру показалось, он воочию видит, как Михаил качает головой.

— Поздравить, — хмыкнул он. — У меня снова есть источник дохода! Я еще не совсем безнадежен. Осталось с квартирой разобраться — но это уже когда поеду в Питер.

— Ты еще и в Питер собрался? — поразился Санин.

— Встретиться с Караваевым, с моей заменой, — при последних словах Яр невольно усмехнулся — это была его личная победа, о которой никто не знал. Он снова мог медитировать, не отвлекаясь на афишу посреди комнаты. — Заодно и с риелтором пересекусь.

— Со своей заменой, — повторил Санин. — Ты… уверен? Это сильно.

— Уверен, — рассмеялся Ярослав.

Вопрос Санина попал в цель. Бывший айдол и сам задавался вопросом — правда отпустил всё, или занимается изощренным самообманом? Однако тяжести на душе он не ощущал, горечи тоже. И поездка в Питер была, ко всему прочему, способом прояснить окончательно: он действительно изжил привязанность к прошлому? И поселившаяся в груди легкость — не временное явление.

— Может, встретимся? — предложил журналист.

— Я за, — тут же среагировал Яр. — Давно не виделись! Да и я почти никуда не выхожу.

— Вот и отлично! Как раз конец недели…

Санин за столиком оказался не один. Рядом с ним сидела светловолосая красотка. Яр с любопытством глянул на блондинку, подруливая к столику.

Утонченная, элегантная. Светло-серый брючный строгий костюм, волосы собраны в низкий узел на затылке. На бывшего айдола глянула вскользь. Улыбнулась вежливо, кивнула и продолжила пить свой чай.

— Опаздываешь, — хмыкнул Санин.

— Мог опоздать и сильнее. Не тем трамваем уехал, возвращался пешком. Благо, аккумулятор мощный, — парень застопорил коляску возле стола и принялся стягивать куртку.

Поморгал после холодной улицы. Санин забрал куртку, и парень потер лицо ладонями.

— Словом, ты еще и прогуляться успел, — хмыкнул журналист, возвращаясь от вешалки и усаживаясь на место. — А мы сегодня пьем чай! Зеленый. Все дружно. Это так решила Оля.

— Оля, — Яр улыбнулся блондинке дружелюбно. — И часто вы так сами всё за других решаете?

Она приподняла брови, глянула на Михаила вопросительно.

— Ярик, полегче, — осадил его Санин. — Чего ты в бутылку-то лезешь?

— Да вроде не лез пока, — удивился бывший айдол. — Всего-навсего полюбопытствовал.

Журналист вместо ответа налил из чайничка дымящийся чай, придвинул ему тонкую фарфоровую чашку. А запах-то! Яр невольно потянул носом. Что характерно — никаких добавок вроде жасмина. Только зеленый чай.

— То-то же, — назидательно произнес журналист, когда Яр отпил глоток.

— Я молчу, молчу, — отозвался парень.

Горячо! Хорошо. Хоть он и предпочел бы черного с лимоном и имбирем. Или рябиной.

Поставил чашку — и в этот же момент снаружи стеной хлынул дождь. Бывший айдол невольно поежился. Вовремя он до кафе добрался! А то бы и куртка не спасла. Вот тебе и солнышко, выглянувшее с утра! Впрочем, осенняя сырость и хмарь — обычное явление.

Снова перевел взгляд на блондинку.

Сколько ей лет? Если судить по виду — его ровесница. Года на два-три, может, старше. А вид серьезный, даже сумрачный.

— Вот, Оля, — указал на него ладонью Михаил. — Это Ярослав — тот самый, о котором я тебе рассказывал. Стойкий оловянный солдатик. Совершенно несгибаемый парень! Сама видишь — я ни капли не преувеличил, когда говорил об этом. Не теряет бодрости духа в любых обстоятельствах!

Блондинка вежливо улыбнулась.

Интересно, что должно произойти, чтоб она проронила хоть слово? Яр ощутил щекочущее любопытство и легкое раздражение разом. У нее всегда такая непроницаемая физиономия? Ощущение, словно ей на всё вокруг плевать.

— Стопэ, Миш, — спохватился он. — Осади коней! Нет, я совершенно не против, когда меня хвалят — люблю лесть. Даже такую грубую. Но в честь чего дифирамбы?

— Ярик, это не лесть. Это чистая правда — и ты сам прекрасно это знаешь, — Санин шутливый тон не поддержал. — Оля, Яр не просто продолжает реабилитацию, пытаясь восстановить здоровье, насколько это возможно, — снова обратился он к блондинке. — Он снова взялся за работу, за музыку. Подписал контракт со своим же бывшим агентством на аранжировки к новым синглам нового Тенгфея. Опять же — Ярослав решил поступить в ученичество к одному из бессмертных.

— Бессмертных? — во взгляде сидевшей, словно статуя, приятельницы Санина впервые мелькнуло что-то, похожее на интерес.

— Да, и Яр уже достиг определенного прогресса!

— Миш, — протянул Яр укоризненно. — Насчет прогресса ты… погорячился. Не стоит об этом, правда, — он улыбнулся блондинке. — Миша вас разыгрывает, — поведал он доверительно. — На самом деле прогресс и я — две непересекающиеся прямые. Мы далеки, как Северный и Южный полюс!

— Неужто всё так плохо? — она ответила улыбкой — неожиданно живой и дружелюбной. Лицо разом преобразилось. — Не верю. Миша — не тот человек, что стал бы лгать, пусть даже и ради красного словца. Если он говорит об успехах — успехи наверняка есть. Пусть даже вы и недооцениваете их по каким-то причинам. Возможно, вы слишком требовательны к себе?

Яр нервно рассмеялся.

Цинковского на нее нет! Он бы быстро отучил ее хвалить и обнадеживать ученика. Исключительно из благих соображений, разумеется: чтоб не распускался!

— Яр, расскажи лучше о новом контракте с Шоу-компани, — предложил Санин.

Ольга тут же нахмурилась.

— Миш, ты уже рассказывал об этом. Знаете, Ярослав, —