Какао для ведьмочки - Кира Русова

– Встал, – говорит он, улыбаясь.

Я даже не пытаюсь оправдаться, потому что понимаю, как нелепо это выглядит. Будто я смотрю не туда, куда нужно. Точнее, туда, куда совсем не нужно. Да чтоб его! Пусть не надумывает там себе ничего! Я не из этих его рыжих там всяких, чтобы бросаться на него только за то, что он меня до дома предложил довезти.

– Что?! В смысле, сейчас? – ошалело переспросила, пока щеки предательски горели.

– Ну да. Движение-то плотное, – и он указывает на пробку из машин спереди.

– А… Ну да, – не зная, что сказать, просто смотрела вперед на дорогу, стараясь не думать о моей нелепости. Щеки пылали, и я, стараясь отвлечься, начала кивать в такт песни.

– Ничего такая, да? – заметив, что мое тело откликается на бит, спросил он.

– Да, вполне, – и я решилась снова посмотреть в его сторону. Он поймал мой взгляд, и я не могу понять, почему мне это нравится, ведь еще утром все мои мысли занимал лишь идеальный Арсений Лавров.

Тут у Максима зазвонил телефон, на экране высветилось: «Алинка».

– Да, дорогая, – ответил он на звонок. – Стою в пробке.

Ну конечно, у такого обаятельного парня не могло не быть подружки! Я разочарованно посмотрела в окно, думая, что его простой жест чуть не приняла за интерес к моей персоне. Опомнись, Лиза! Ради этого парня устраивают целый спектакль и бросаются под колеса авто, а ты сидишь в грязном свитере, думая, что сможешь кого-то привлечь!

– Я не смогу тебя забрать через полчаса, потому что сейчас в другом конце города. Потом объясню, – и он кинул на меня многозначительный взгляд, а я от неловкости ситуации пыталась провалиться в сиденье. – Целую, дурында.

Да уж, не самое ласковое прозвище для девушки. А этот парень не так уж и хорош собой! Нос картошкой, да и с внимательностью у него не очень, вон как тигрица корячилась, а ему хоть бы хны! Вовсе не джентльмен! А что, если бы ей и правда нехорошо стало, а он вот так взял и уехал!

Я разозлилась. А поскольку мама всегда говорит, что злость на себя – это слишком негативно и может даже вызвать болезни в теле, то я решила, что во всем будет виноват зеленоглазый.

– Сестра. Просила забрать. Она фигурным катанием занимается, коньки, блестящие юбочки и все-такое, – будто прочитав мои мысли, объяснил Максим.

Ах, сестра… Ну тогда это многое объясняло. Тогда «дурында» – даже ласково…

И мне стало жарко от того, что все же еще есть шанс ему понравиться, раз у него нет девушки. Зачем мне это нужно, я не понимала, но согласитесь, было бы приятно заполучить внимание популярного парня из универа?!

– Красивый вид спорта, – согласно кивнула я. – Но, наверное, травмоопасный.

– Это да, как и любой профессиональный спорт. Однажды она неудачно упала и рассекла себе ногу, пришлось накладывать швы. Кровищи было… – его плечи передернулись от воспоминаний.

– Ужас! Надеюсь, она в порядке?

– Да, но тогда она мне вынесла весь мозг, потому что пришлось прервать тренировки. Алинка постоянно торчала дома и ныла о несостоявшейся карьере, – он поморщился.

Повисла тишина, и лишь звук басов доносился из колонок.

– Кстати, может, сходим на выступление? У них с девчонками как раз скоро концерт.

– Ни разу не была на фигурном катании, – я пожала плечами. – Видела лишь по телевизору.

Интересно, он предлагал мне одной сходить или имел в виду, что мы могли бы сходить туда вместе? Кажется, кто-то позабыл о своем черничном свитере.

– А я все детство был вынужден смотреть на все репетиции Алинки, – усмехнулся он. – А когда стал постарше, уже сам рвался с мамой пойти.

– Почему? – удивилась я.

– Ну… – он хитренько улыбнулся и закусил нижнюю губу. – Сама понимаешь. Шалили гормоны, а там на льду столько красивых девчонок танцует. Это очень… эм… завораживало.

– Ну-ну, – пробормотала я себе под нос, а он рассмеялся.

– Ладно, прости, я просто хотел предложить тебе куда-нибудь сходить вместе, чтобы не чувствовать себя виноватым за сегодняшний случай.

– Забудь, все нормально. Может, в другой раз.

Я почувствовала, как непонятная эмоция захватывала меня, и мне уже совершенно не хотелось никуда с ним ехать. Вот еще, что это за предложение пойти с ним на концерт подружек его сестры?! Я там буду сидеть и чувствовать себя как та самая «дурында», пока он будет завороженно смотреть на стройных девушек с идеальной растяжкой и в коротких юбках?!

– Я что-то не так сказал? – явно почувствовав мою смену настроения, он стал серьезным.

– Нет, – я отвернулась к окну. – Высади меня у торгового комплекса! Я вспомнила, что мне надо в магазин, отсюда уже до дома сама.

– Как скажешь, – и он резко свернул в карман и остановился у магазина. – Можно, я запишу твой номер?

– Это тоже потому, что ты чувствуешь себя в долгу передо мной? – скрестив руки на груди, я гордо вскинула голову.

– Это потому, что я хочу перевести деньги за свитер, а карточка явно привязана к твоему номеру.

– Ничего не надо! – и я вышла из машины, а когда он меня окликнул, даже оборачиваться не стала.

И все-таки Арсений Лавров не такой самовлюбленный чурбан! Во всяком случае, мне так казалось. Что это еще за вынужденное общение со мной?! Мне таких одолжений не надо!

Было непреодолимое желание щелкнуть пальцами, чтобы у него сдуло колесо или бензин кончился. Я уже почти сдержала свои эмоции, как вдруг он начал сигналить, и я от неожиданности резко обернулась.

И почему он постоянно меня нервировало?!

Вспыхнув, я все-таки сделала это посреди улицы! Бабушка бы мной не гордилась! Щелчок и… Но вместо сдувшегося колеса – включились дворники, и во все стороны полилась жидкость из бачка омывателя, которая, конечно же, долетела до меня, забрызгав мое лицо!

Надо ли говорить, что я была в бешенстве?!

– Прости! – Макс тут же выскочил из машины. – Не знаю, как это вышло. Ты в порядке?

Сжав кулаки и прорычав от негодования, я приподняла низ свитера и протерла краем лицо. Резко развернувшись, пошла в сторону магазинов.

– До встречи! – послышалось мне в спину, и я еле сдержалась, чтобы не выкрикнуть что-нибудь язвительное.

Добравшись до своего любимого отдела со свитерами, я обнаружила, что на щеке у меня темно-синее пятно.

– Превосходно! Лучше б я просто съела гречку! Тогда ничего этого не случилось бы! – возмущалась я, оттирая следы ягод с лица.

Новый свитер нежно-бежевого цвета я нашла довольно быстро – мягкий, уютный, из шерсти ангоры – в него хотелось залезть и